Пари на пятьдесят золотых - Тата Орлова

Де Борей, когда увидел в первый раз, как я использую магию, попытался запретить, но после замечания господина Дорсэ, что с его бесценными книгами ничего не случится, пошел на попятный.

– А не молод ли ты для этого «побольше»? – иронически хмыкнул де Риньи, выхватывая обнаруженное заклинанием поиска письмо. Развернул его, пробежался по строчкам быстрым взглядом… – Я про этот Кентриль скоро буду знать больше, чем о себе самом, – сказал, подавая мне лист.

И ведь не поспоришь. Эта самая Эллиен была весьма наблюдательна и временами довольно остра на язык.

– А это не может быть шифровка? – посмотрела я на Алекса.

Лучше бы на де Борея, с ним мне было не так колюче и неуютно, но в том, что касалось тайных депеш, граф должен был разбираться лучше.

– Я же говорил, – засмеялся де Риньи, вновь забрав у меня письмо, – что он сообразительный. Но на этот раз ты ошибся. Это – не шифровка.

– А если…

Я хотела предложить спросить у господина Дорсэ, но вовремя остановилась. Не похоже было, что Эдгар знал, кто именно служит в его доме.

– Что – если? – впился в меня взглядом де Риньи.

Прежде чем произнести что-нибудь колкое, посмотрела на часы. До ужина тридцать минут, а Агжея все еще не было. И ведь не было причин для беспокойства, но…

– Уже ничего, – буркнула я, собирая стопку. – Достаем следующий год?

– Прошу меня простить, ваша светлость, – поднялся господин Дорсэ, – но я должен вас покинуть. Мне необходимо отдать распоряжения.

– Да, Марк, идите, – не посмотрев в сторону дворецкого, бросил Эдгар.

Я перевела взгляд с одного на другого. Де Риньи сделал то же самое, но закончил на мне, хмыкнув, когда заметил недоумение, которое я не посчитала нужным скрыть. Утром равнодушное «ты», теперь – «вы». И это после нескольких часов, в течение которых на все вопросы дворецкого герцог отделывался коротким «да» или «нет».

– Его светлость узнал, что господин Дорсэ был другом его отца. Выгоревший во время прорыва маг.

– Что? – вскинулась я, только теперь осознав до конца, с кем меня свела судьба. Знавший мою матушку, выгоревший во время прорыва маг, которого звали Марком!

Память – она странная. Ты можешь не помнить, потому что это было слишком давно, а через мгновение картинка перед твоими глазами настолько ясная, что все кажется происшедшим лишь вчера.

И не важно, что тогда тебе не было и пяти…

– Я хочу кису! – топнув ножкой в украшенном бантиком башмачке, требовательно произнесла похожая на куклу девчушка. И показала пальцем на лежавшую на толстой ветке пятнистую кошку.

Любимица графини де Ланье, гепард Тасла.

– Эта киса кушает маленьких непослушных девочек, – едва не срываясь на смех, но вполне серьезно произнес державший ее за руку мужчина.

– Я хочу кису! – словно не слыша, повторила малышка, глядя на своего спутника так, что он, больше не сказав ни слова, отпустил крошечную ручку, снял камзол и направился к дереву…

Марк…

В то лето он приезжал в замок отца в последний раз. Не знаю, что случилось потом, но этого веселого, готового проказничать вместе с маленьким ребенком мужчину я больше не видела…

– Извините, – отвела я взгляд от Алекса, который продолжал наблюдать за мной. Зачем удовлетворил мое любопытство, спросить я не решилась.

– На сегодня стоит закончить, – не заметив заминки, вернулся к моему вопросу де Борей. – Мы и так проделали…

Дверь распахнулась резко, намекая, что сейчас не время для приличий.

– Ваша светлость! – Дорсэ не вошел – влетел в библиотеку. Посмотрел на меня.

– Что с ним?! – тут же кинулась я к Марку.

Ведь чувствовала!

– Вас – двое. – Дядя подошел, взяв нас за руки. – Я не смогу всегда быть рядом, но вы…

– Я ее никогда не оставлю! – твердо произнес брат.

– Я всегда его защищу, – сквозь слезы отозвалась я.

Родителей не было в живых уже десять дней, но как же этого мало, чтобы привыкнуть к самой мысли, что больше их никогда не увидишь…

– Ранен! Внизу…

Дорсэ еще что-то добавил, но я уже не слышала, проскользнув между ним и косяком. Выскочила в коридор. Как спускалась по лестнице, не запомнила, тут же бросившись к брату, которого только что внесли двое воинов. Положили на пол.

– Агжей!

– Отойди! – рывком отпихнул меня де Риньи, первым оказавшись рядом с братом. Выхватив кинжал, ловко взрезал напитавшийся кровью рукав камзола. – Посылай за лекарем, – кинул, ни к кому конкретно не обращаясь. – Целительство проходили? – Брошенный на меня взгляд был жестким.

– Да, – выдохнула я, все еще борясь с полыхнувшим страхом. Просто стоять и смотреть было невыносимо, лучше уж действовать.

– Проверь на яд, – приказал он, успев жестом остановить направлявшегося к нам де Борея.

Обойдя брата, опустилась на одно колено. Рана на руке не была глубокой, но выглядела неприглядно. Черная кровь пузырилась и пахла плесенью.

Медленно выдохнув, закрыла глаза, перейдя на магическое зрение. Растопырив пальцы, вытянула руку… Заклинание было похоже на дождь. Крошечные капельки срывались с моей ладони, стекали тонкими струйками.

Я боялась, что, попав на кожу, потемнеют, но они оставались прозрачными, выкладывая похожий на разорванные соты узор.

– Это не яд, – открыла я глаза, – остатки щита.

– Уже хорошо, – кивнул Алекс. – Закрывай, – передвинулся он к распоротому бедру. Там тоже пузырилась кровь, но это меня уже не беспокоило. А вот то, что брат оставался без сознания…

– Где его нашли? – Де Риньи надрезал штанину.

– Он был верхом. Упал с лошади у ворот, – четко ответил один из воинов.

– Что-нибудь говорил? – проведя пальцами над истекающей кровью раной, продолжил Алекс допрос.

– Назвал имя. Де Карей.

– Я его…

Алекс на хриплый шепот де Борея даже внимания не обратил, шикнув на меня:

– Что ты возишься?

– Заканчиваю, – уже привычно огрызнулась я. Свернула очищающее заклинание, смешав с «огнем», сбросила с пальцев. Потом свела края – слегка, помня про лекаря, за которым послали.

Когда выступила уже чистая кровь, накрыла ее корочкой и лишь тогда позволила себе вздохнуть. Целитель из меня был…

– Какой щит он использовал? – в очередной раз сбил меня с мыслей де Риньи.

– Полный, Хаббарда, – не задумываясь, ответила я. Потом подняла голову, встретившись с ним взглядом.

Боевой щит, рассчитанный не на одного – минимум на десяток серьезных противников.

Это что же происходило в столице королевства, если брату пришлось использовать подобную защиту?!