Тамплиер. На Святой Руси - Юрий Корчевский

Ехали не спеша. Рука у Саши не зажила, и лучше было бы любых столкновений избежать. Правой рукой Саша владел, но левая в лубке и на перевязи, и щит он ею не держит. Случись сабельная рубка, и без щита придётся очень туго. Как говорят китайские философы, лучший способ победить в драке – это избежать драки. Местность Афанасий знал, в бытность свою подростком ходил с отцом по зиме на отхожие промыслы, плотничать. Но предупредил Александра.

– Я дальше Яхромы не был, так что не взыщи.

Саша, качаясь в седле, сожалел, что не удалось проводить Фотия с иконой обратно во Владимир. Да и стоило ли сейчас? Монастырь если не разрушен, что затруднительно, то монахи и послушники погибли при обороне. Припасы монастырские, как и ценности, наверняка разграблены. Жители сами в бедственном положении и монастырю не помогут. Тогда пусть Фотий отсидится в местах дальних.

Города объезжали стороной – разрушены, частично сожжены, гарью до сих пор тянет. Кое-какие продукты в деревнях покупали, ночевали на сеновалах, а когда случалось, то и в лесу. Хотя уже прохладно было, особенно под утро. А хуже всего, когда моросил дождь. Если была возможность, в такие дни отсиживались в деревнях, в амбарах, на сеновалах. Попадались деревни и сёла вовсе безлюдные, по которым бродили редкие куры или свиньи. И вот это безлюдье, сожжённые поселения, поля крестьянские, на которых никто не работал, навевали уныние. Обезлюдела, обессилела Русь, и сколько времени нужно для восстановления? И на реках, вдоль которых приходилось идти по берегу или переправляться, уже не видно торговых судов. С задержками, но прибыли в Новгород через десять дней. Афанасий головой по сторонам вертел. В таком большом городе он был впервые. Расположились на постоялом дворе. Комнату на двоих сняли и первым делом в баню. Лесная неустроенная жизнь свой отпечаток наложила, при помывке вода грязная текла с тел.

– Хорошо-то как! – довольно улыбался Афанасий. – Ещё немного – и обовшивели бы.

А потом в трапезную. Горячие щи, гречневая каша с мясом, жареные пескари в сметане да под пиво. Давно так сытно не ели, всё больше всухомятку. И народа много, что в трапезной, что на улице, непривычно. Разморило сразу, спать захотелось, противиться не стали и проспали до утра. После завтрака на торг. В лесу пообносились, да и грязна одежонка. Огромное торжище повергло Афанасия сначала в шок, а потом в дикий восторг.

– Это же надо! Каких товаров здесь только нет!

Купили чистое исподнее, а ещё по рубахе и портам. С торжища по мосту перешли на другой берег Волхова, к Софийскому собору. Как православным, свечи перед образами поставить надо за то, что уберёг Господь от гибели или тяжёлых ран. Афанасий росписи на стенах и потолке разглядывал, рот открыв.

– Лепота!

А вышли на площадь перед собором, а там толпа вокруг мужика.

– Пойдём, послушаем, что глашатай бает, – попросил Афанасий.

А не глашатай это был, вербовщик, если современным языком говорить. Охочих людей – добровольцев набирал на войну со Швецией. Военные конфликты между Новгородской республикой и Швецией шли за владение северным побережьем Финского залива и ижорскими землями. В 1136 году Новгород отломился от Киевской Руси, образовалась республика. Конфликты между Новгородом и могучим северным соседом вспыхивали регулярно. Ещё в 1142 году шведы на Балтике остановили новгородский купеческий караван из трёх лодей, убили полторы сотни новгородцев, сами потеряв при этом три шнеки и 150 человек. В 1164 году шведы напали на Ладогу, но флот их был разбит, шведы потеряли 43 судна. В отместку новгородцы и их союзники карелы стали организовывать пиратские набеги на шведские земли. В 1184 году новгородцы напали на шведский город Сигтуна и вывезли в Новгород Сигтунские ворота, установив их в Софийском соборе как ценный трофей.

В 1293 году, пользуясь тем, что Русь ослаблена нашествием Дюденевой рати, Швеция захватила западную Карелию и построила на захваченной территории Выборгский замок, а также крепость Кексгольм.

Но, рассчитывая на слабость Руси и Новгорода, шведы просчитались. Новгород и Псков откупились от Дюденя и сохранили людей и города. Правящий в Пскове Довмонт, сын Миндовга, отделился от Новгорода. И теперь Новгород собирал силы для борьбы с захватчиками. Для Новгорода свободный выход через Неву в Балтику был очень важен для торговли. А шведы, построив укрепления, могли проход судов контролировать.

Александр не торопился, хотел послушать, о чём будет говорить глашатай, на какое дело охочих людей собирает. Афанасий погорячился, сразу спросил.

– Как платить будут?

– Новгородская денга в день, харчи за счёт города, оружие своё.

– Я при коне.

– Овёс за счёт города, – сразу отреагировал глашатай.

– Старшой, давай запишемся. Денга в день. Да я на избу себе заработаю!

– А голову не боишься потерять? – попробовал остудить его Саша.

Желающие вступить в ополчение нашлись, стали записываться, толпа начала редеть. Саша размышлял. С руки лубок сняли уже вчера, но полностью он ею не владел, слабость ещё была. Щит рука держать могла, но наносить им удары не в силах. Осень уже, хоть в Новгороде тепло, впереди зима, деньги на житьё нужны. В общем, согласился Саша. У Руси врагов много, на всех границах, всех бить надо, иначе земли оттяпают. Афанасий обрадовался.

– Пока до шведов доберёмся, с рукой и вовсе хорошо будет.

Оказалось, ополчение набирали уже две седмицы, и выход был назначен на послезавтра. В этот день и на следующий отъедались горяченькой похлёбкой – с грибами, убоиной. В походе еда известно какая – кулеш, а то и сухомятка.

В день сбора воинства собрались быстро. На лошадях подъехали. Большая часть ополчения пешая. Их на пристань отправили, на суда, всё быстрее будет. А конные своим ходом. Два дня на рысях, и впереди очертания недостроенной крепости. Предводитель ополчения, тысяцкий, показал рукой.

– Кексгольм впереди! Подождём судовую рать да ворота бить будем.

Суда с пешцами прибыли на следующий день, провизию привезли. Сотники и тысяцкий отправились к крепости, сейчас бы это назвали рекогносцировкой. Подходы разведать, укрепления осмотреть, план штурма разработать. Воины в лагере костры развели, кулеш варили, точили мечи, сабли, копья. Настрой у ополченцев боевой.

– Возьмём крепость, трофеи будут.

А откуда трофеям взяться, когда крепость только построили, гражданских нет, а у воинства брать нечего, кроме оружия. Саша к ополчению приглядывался – народ самый разный. Молодые и старые, со шрамами на лице, опытные. И оружие самое разное, от рогатины охотничьей до мечей самого разного вида. А сабель мало, их монголы на Русь принесли, как и арабы в Палестину. В кольчугах немногие, и щиты не у всех, как и шлемы. Ночь провели у костров, всё же теплее. Сентябрь за Невой уже прохладный, от Финского залива и болот сыростью тянет, одежда волглая. Тысяцкий утром объявил.