Охота на ангела - Ли Уэзерли

Следующие несколько часов прошли в молчании. Я смотрела в окно на проносящиеся мимо деревья и фермы, с трудом веря в происходящее. Поток машин тем временем увеличился, и шоссе расширилось до шести полос. Я очнулась от своих мыслей и обнаружила, что мы уже на магистрали Нью-Джерси, ведущей в Нью-Йорк. Как только я об этом подумала, справа за окном появились знаменитые нью-йоркские небоскребы, вонзающиеся в небо на горизонте. Алекс поднялся на мост Вашингтона, оплатив проезд наличными. Обогнув северную часть Манхэттена, он направился в Бронкс. Вскоре мы оказались в квартале, полном ветхих зданий и переполненных мусорных баков.

Я откашлялась.

— Я думала, мы едем в Нью-Мексико.

Алекс даже не взглянул на меня.

— Только не в этой машине, они ее видели. — Его голос звучал резко. Похоже, мысль о поездке в Нью-Мексико в моей компании нравилась ему не больше, чем мне.

Заехав на стоянку маленького потрепанного торгового центра, Алекс припарковался и вышел из машины. Я последовала его примеру, поплотнее запахивая на себе джинсовку Еще не стемнело, но мне было не по себе от разрисованных граффити домов и разбросанных повсюду осколков стекла. Если бы я знала, что окажусь в подобном месте, надела бы что-нибудь попросторнее.

Достав из багажника черную нейлоновую сумку, Алекс расстегнул ее и вынул пухлый конверт. Он засунул конверт во внутренний карман куртки, обошел автомобиль и пошарил под водительским сиденьем, извлекая на свет небольшую металлическую коробку. Он сунул ее в сумку, и я заметила там пару джинсов и несколько сложенных футболок. Достав что-то из отделения для перчаток, он переложил все и черную сумку и застегнул молнию, перекидывая сумку через плечо.

— Пошли, — коротко сказал он.

Стараясь не раздражаться на его манеру отдавать приказы, я хотела сказать ему, что он забыл в машине ключи, но поняла, что он сделал это намеренно. Мне по-прежнему было не по себе, и я пошла вслед за Алексом по потрескавшемуся асфальту стоянки, оглядываясь через плечо на сверкающий черный «порше».

— У тебя есть мобильный? — спросил Алекс, подходя к мусорному баку. Я кивнула. — Давай сюда.

— Пожалуйста, — проворчала я. Покопавшись в сумке в поисках моей маленькой синей «Нокии», я вручила телефон ему. Он достал из собственного кармана блестящий и гладкий аппарат и бросил оба телефона в мусорку. С тихим стуком они упали в железный бак

Я уставилась на Алекса.

— Но…

— Они могут выследить нас по ним. — Алекс ускорил шаг, даже не глядя, иду ли я за ним. — Они наверняка уже просматривают твои звонки, чтобы узнать, связывалась ли ты с родными. Не звони домой ни в коем случае. Мы не можем так рисковать.

Я хотела возразить, но слова застряли у меня в горле. Он был прав. Эти люди действительно хотели убить меня.

— Ладно, — тихо сказала я. Я поплелась за Алексом, пытаясь привести мысли в порядок. Мы с тетей Джо никогда не были закадычными подругами, но она наверняка сойдет с ума от волнения, когда я не приду ночевать. А мама… Мое горло сжалось. Заметит ли она? От этой мысли мне стало еще хуже.

Мы дошли до станции метро, и Алекс бегом спустился по ступеням, выложенным цементом. Он купил нам билеты и сунул один мне в руку, не глядя на меня. Я хотела спросить, куда мы едем, но мне хотелось говорить с ним не больше, чем ему со мной.

Мы молча вошли в набитый вагон. Алекс сел, откинувшись на спинку и слегка расставив ноги, постукивая пальцами по бедру, обтянутому джинсами. Изучая его отражение в темном окне с противоположной стороны, я рассматривала его лицо с выступающими скулами и напряженной складкой, залегшей между бровями. Мой взгляд задержался на его губах. Внезапно я осознала, насколько он хорош собой.

Наши глаза встретились в темном окне, и я чуть не подскочила от неожиданности. На секунду Алекс перестал контролировать себя, и я уловила в его взгляде на меня нечто, похожее на участие. Мое сердце забилось быстрее от удивления. Но двери метро захлопнулись, и Алекс отвернулся, нахмурившись и скрестив руки на груди. Вспомнив выражение отвращения на его лице несколько часов назад, я вдруг почувствовала холод и как можно дальше отодвинулась от него на сиденье.

Мы прибыли на Лексингтон-авеню, и Алекс поднялся, не говоря ни слова. Когда мы вышли из метро, солнце уже клонилось к закату, и облака кровавого цвета заслоняли горизонт. Мы были в другом квартале, тоже грязном, но не настолько, как Бронкс. Рассматривая вывески магазинов, я заметила, что они были на двух языках — английском и испанском.

— Э-э… Где мы?

— В испанской части Гарлема, — коротко ответил Алекс.

Казалось, что он сам не знает, куда идет: мы просто брели по улицам. Через некоторое время мы оказались в жилом районе: повсюду были старые дома из коричневого кирпича и припаркованные машины. Вечер был довольно теплый, и люди сидели на ступеньках домов, смеясь и оживленно болтая. Воздух сотрясала рок-музыка с тяжелыми басами и мелодичным испанским пением. Я глазела по сторонам, рассматривая все вокруг. Я еще никогда не чувствовала себя такой блондинкой.

— Бинго, — пробормотал Алекс. Следуя за его взглядом, я увидела «мустанг босс» оливково-зеленого цвета, припаркованный на обочине. На вид модель 1969 или 1970 года, прикинула я. «Мустанг» выглядел немного потрепанным, но все же это была классика — твердые, мужественные линии. На машине висела табличка: «1200 долларов, торг уместен».

На ступеньках соседнего дома потягивала пиво компания парней. Когда Алекс приблизился, они подняли головы.

— Hola, ¿qué tal? — сказал Алекс. — ¿De quién es este coche?[6]— Он указал на «мустанг». Его испанский звучал легко и уверенно.

— Es mío, — сказал один из парней. — ¿Estás interesado?[7]— У хозяина машины были дружелюбные карие глаза и густые темные волосы. Поднимаясь, он вручил свое пиво одному из друзей и подошел к автомобилю. Алекс пожал плечами, следуя за ним.

— Sí, puede que sí. Si me haces un buen precio, podría pagarte ahora mismo[8].