Легенды доблестных времен - Валентин Леженда

– Не пропадём! – не согласился с приятелем Гийом. – У нашего ветхого спутника в карманах полно звонких монет, или ты забыл об этом?

– И впрямь забыл! – обрадовался Мелоун и поволок упирающегося Бертольда с удвоенным энтузиазмом.

Городские улицы в такой ранний час были практически пусты.

– Что это?!! – воскликнул безымянный рыцарь, указывая на блеснувшее в тумане нечто.

– Если не ошибаюсь… – Гийом наклонился, подбирая с мостовой старый ржавый наплечник.

– Я узнаю его! – горестно воскликнул Мелоун. – Это часть доспехов моего несчастного господина. Я лично некогда полировал этот наплечник.

И оруженосец сэра Дорвальда тихо зарыдал.

– Ты чего вдруг сопли развёл, дурачина? – удивился Йорик.

– Сэр Дорвальд ни за что ни при каких обстоятельствах не расстался бы со своими верными доспехами, – сквозь всхлипывания ответил Мелоун. – И если мы нашли часть его доспехов, брошенную здесь, на мостовой, то это значит… это значит… это значит, что мой господин погиб смертью храбрых.

– Большую чушь я слышал только один раз, – расхохотался гомункулус, – от одного короля, возжелавшего соединить себя узами брака с любимой кобылой.

– Этот король… – смущённо поинтересовался сэр рыцарь. – Наверное, он был слегка сумасшедшим?

– Абсолютно невменяем! – с удовольствием подтвердил Йорик. – И именно поэтому он мне так нравился.

– Мелоун, с чего ты решил, что сэр Дорвальд погиб? – попытался успокоить друга Гийом. – Наверняка в этом городе у него нет врагов. А что, если он просто потерял часть своих доспехов, залив за железный воротник слишком много местного пойла?

Мелоун призадумался, перестав всхлипывать.

– А вот это, – успокоившись, произнёс он, – вполне возможно!

Подобрав наплечник, беглецы осмотрелись.

Наплечник валялся невдалеке от трактира под названием «Форт Роял».

Туман слегка рассеялся, и взорам удивлённых оруженосцев и благородного рыцаря открылась самая странная картина из всех когда-либо ими виденных странных картин.

Прямо у входа в трактир на вымощенной камнем дороге лежали четыре закутанных в грубую ткань тела довольно громоздких очертаний.

– По всей видимости, сегодня ночью здесь произошла кровавая резня, – попытался как-то объяснить увиденное безымянный рыцарь. – Какое ужасное зрелище!

Гийом нахмурился, его обуяли сомнения.

Подойдя к лежащим в рядочек покойникам, оруженосец громко втянул ноздрями холодный утренний воздух и резким движением сдёрнул с одного из тел грубую ткань.

– Привет!!! – сказал сэр Бонифаций, улыбаясь во всё поднятое забрало. – А мы накануне всё гадали, куда это вы запропастились?

Гийом в ужасе отшатнулся, безымянный рыцарь изумлённо хмыкнул, ну а Мелоун от неожиданности выпустил Бертольда, и дедушка с глухим стуком повалился на мостовую. Звук был таким, словно на камни упало старое хорошенько просушенное бревно.

Тем временем сэр Бонифаций невозмутимо поднялся с земли и, осмотрев свои доспехи, с неудовольствием пожаловался на едва заметные следы ржавчины в местах сочленений.

Затем благородный рыцарь растолкал остальных.

Словно в страшном сне, накрытые тела оживали, потягивались, зевали, скрипя верными боевыми доспехами.

– Мне кто-нибудь что-нибудь наконец объяснит? – в отчаянии прокричал Гийом.

– Чего голосишь, дурачина, – поморщился Йорик. – Мне чуть уши не заложило. Всё до смешного просто. Благородные кре… тьфу ты… господа накануне слегка увлеклись со своей инспекцией и, соответственно, перебрали. Кое-кто из них стал буянить. Господ быстро утихомирили и вынесли на свежий воздух, дабы те пришли в себя. А чтобы их боевые доспехи не слишком проржавели… погода-то сырая… какая-то добрая душа укрыла каждого куском непромокаемой ткани. Я верно всё излагаю, сэр Гэвин?

– Именно так, дружище, именно так! – подтвердил зевающий сэр Гэвин.

– Всё так и было! – добавил сэр Нэвил и, уставившись на безымянного рыцаря, громко расхохотался.

– Что случилось, мой благородный друг? – встревоженно поинтересовался сэр Бонифаций, помогая сэру Дорвальду приладить потерянный наплечник.

– Нет, ну вы только посмотрите на это! – всё не унимался сэр Нэвил. – Мы тут чуть ли не весь город вверх дном перевернули, а он вот где – стоит в двух шагах от нас и непонимающе улыбается.

– Господа, я, конечно, рад встрече, но… – смущенно проговорил безымянный рыцарь, – но чем же так могла вас заинтересовать моя незначительная персона?

– Вальтасар, неужели ты не узнаёшь меня! – прокричал сэр Нэвил, снимая с головы шлем.

– Не может быть… этого просто не может быть… сэр Нэвил!!!

– Он самый!

– Сколько лет, сколько зим. Скажите, вы по-прежнему непорочны?

– Как пятнадцатилетняя монашка!

– Просто поразительно! Ваша доблесть и стойкость должны быть непременно воспеты странствующими менестрелями.

– Да уже поют… уже поют… – гнусно захихикал гомункулус.

– Что, правда?!! – не поверил сэр Нэвил.

– Уже вся Англия об этом судачит, уж я-то знаю, – мстительно заявило зловредное существо. – В пабах Северной Ирландии только об этом и говорят. Ну а в Уэльсе… уже второй год делают ставки, когда же наконец вы лишитесь обета и при каких обстоятельствах.

Сэр Нэвил выхватил меч, и лишь совместные усилия сэра Бонифация, сэра Гэвина, сэра Дорвальда и проявившего удивительную солидарность сэра Вальтасара удержали разъяренного рыцаря от расправы над столь ценным волшебным помощником.

– Всё, довольно! – гневно взревел сэр Бонифаций после того, как яростно сопротивляющийся сэр Нэвил заехал ему железным локтем по забралу. – Сэр Нэвил, вы смешны! Ведёте себя как… как… неоперившийся юнец. Да, как юнец! Немедленно прекратите! Это недостойно благородного рыцаря!

Пристыженный сэр Нэвил вернул меч в ножны и взглядом пообещал осклабившемуся гомункулусу очень скорую мучительную расправу.

– Как же вы отыскали сэра Вальтасара? – всё недоумевал сэр Дорвальд. – Ведь мы столько потратили времени, и всё впустую.

– Это долгая история, – ответил Гийом. – Просто нам сначала страшно не повезло, после чего мы неожиданно встретили сэра Вальтасара, и тут нам повезло по-крупному. Так сказать, и шкуру спасли, и друга к вам привели.

– Удивительные вещи творятся на белом свете, – пробормотал сэр Гэвин и скрепя сердце выдал каждому из оруженосцев по золотой монете.

Безучастному Бертольду золотую монету положили в рот под язык.

– Значит, вы всё-таки согласны присоединиться к нам? – уточнил сэр Бонифаций после того, как рыцари, сбросившись, купили на местном рынке сэру Вальтасару коня по кличке Баклажан.