Мой босс - палач - Анна Владимирова

— А печать? Он сказал, что каждая ее часть остынет, когда я выполню часть договора. Но сначала я думала, что речь идет о работе…

— Создатель печати сам вкладывает в нее условия, — пожала плечами Сильва и присмотрелась к моей. — Очевидно, что два из трех вы уже выполнили.

— Мы?

— Конечно, у Вернона же копия твоей. — Она всмотрелась в мое лицо. — Бэрри, договор ваш общий, он не сидит и не ждет, пока ты выполнишь его условия — к каждому причастны вы оба.

Интересно, какое такое условие, к которому мы причастны, осталось зашифровано в третьей части?

Мы в молчании закончили с соусом для макарон, Сильва сварила кофе и поманила за собой в неприметную боковую дверь, ведущую в сад. Еще один уголок концентрированной тишины и спокойствия привел меня в восторг. Мы накрыли маленький круглый столик к обеду и развалились в больших плетеных креслах.

— Сильва, — затянулась я очередной сигаретой, — чем опасны такие союзы?

— Такими, как я, — пожала она плечами, почесывая кота за ухом. — Салемы, рожденные без отца, и инквизиторы становятся родителями таких, как я…

— Подожди, — выпрямилась я в кресле, — без отца?

— Да, парой инквизитору могла стать только салема, рожденная без отца… Вернон рассказывал?

Я хрипло рассмеялась, а Сильва уставилась на меня.

— Он будет сильно разочарован узнать, что ошибся на мой счет? — подняла на нее взгляд. — У меня есть отец. Вернее, был…

Сильва странно на меня посмотрела, но в итоге пожала плечами:

— О таком не принято говорить, а может, мама твоя и не знала. Ты сильно на нее похожа?

Я тяжело сглотнула, падая спиной на спинку кресла. Очень. Мы как две капли воды. Но мне все время казалось, что… я и на папу похожа. Мама всегда говорила, что характером я в него. Она у меня мягкая, податливая, а я с детства упорная, всегда стояла на своем…

Но если Сильва права… то что? Что это меняло?

— Почему так могло произойти? — безжизненно выдохнула я.

— Может, папа появился позже? Или мама даже не знала — такое тоже бывает. Никто не знает, почему появляются такие девочки. Но такие, как ты — особенные.

— А ты? Чем опасна им? — решила вернуться к важной теме.

— Такие, как я, раньше правили людьми, — улыбнулась она. — Правители наших дней боятся, что мы превзойдем их во всем… Да и люди к нам тянутся. Ты же хотела сбежать, а в итоге осталась… — Сильва беззаботно ласкала Нойла у себя на коленях, совершенно не нервничая по поводу своих слов. — Ну а еще я могу спалить целый город за час.

Я поперхнулась кофе.

— Правда?!

— Да. Но я не пробовала — боюсь огня, как и все салемы. Этому надо учиться, а никто не учит. При инквизиции создан отдел по обучению мне подобных. Но Вернон мне запретил сдаваться властям… Видимо, есть основания. Я ему доверяю.

— С ума сойти… — изумленно качала головой я.

Сильва пожала плечами.

— …Значит, он тебя тут прячет.

— Это дом его родителей, — кивнула девушка.

Я обернулась на дом. Сложно было ассоциировать его с Рэдом. Может, Сильва постаралась, но это место все больше казалось мне кусочком давно забытого рая, а не заброшенным домом четы инквизиторов.

— А как вы познакомились?

— Он меня вытащил из тюрьмы…

Я качала головой, пока она, улыбаясь, наливала еще кофе:

— …Я здесь не трогала почти ничего, — оглядывала она сад. — Вернон предлагал все тут заменить, но я отговорила. Этот домик — живой. А Вернону бы только переступать и идти дальше. Не любит, когда больно…

— А что случилось с его родителями?

— Никто не знает. Они просто выехали как-то в сторону Пинкел-Поинт и не вернулись. Ни машины, ни свидетелей…

— Давно?

— Ему было девятнадцать.

Я больше ни о чем не спрашивала — мне хватило сегодня с головой. Сильва не гнала, наоборот — принесла пледы, подушки, а меня после сытного обеда, как назло, начало клонить в сон и ужасно не хотелось возвращаться в квартиру. Я сползала все ниже под мерное воркование иволги на ветке и редкого возмущения Сильвы поведением Нойла. Или чем-то еще. Казалось, Нойл в какой-то момент ответил ей усталым хриплым баритоном, но я решила, что мне это снится…