Исключительная - Кристина Римшайте

Проснулась оттого, что все тело затекло. Онемели ноги… Я едва смогла пошевелиться, а когда смогла, голову пронзило болью.

– Ум… – тихо застонала, пытаясь приложить руку ко лбу. Почему такое чувство, будто у меня похмелье?

Кто там опять меня прижал? Даже приподнимать больную голову не стала: спихнула тело рядом с собой ногой и перевернулась.

Раздался грохот и возмущённый голос Ярослава.

– Почему ты такая жестокая?!

– Потому… – буркнула хрипло. Что это за вкус во рту? Я ела имбирь?

Ярослав поднялся и принёс мне стакан воды.

– Мы, между прочим, вчера весь вечер возились с тобой пьяной.

Прыснула, выплёвывая воду.

– Пьяной? – вытерла рот и судорожно сглотнула. – Как я себя вела? Ужасно, да?

– У Влада спроси, – недовольно произнесла с другого бока Анна. Села и попыталась пригладить волосы. – Не могли бы вы не шуметь с утра?

– Не могли бы вы спать у себя? – возмутилась в ответ и выпила воду.

– У себя неинтересно, – произнёс Яр, застёгивая пиджак. – Ладно, мне нужно помыться. Увидимся за завтраком. Поправляйся, кнопка, – меня щёлкнули по носу и скрылись в тумане.

– Я тоже пойду, – смущённо произнесла Анна, поднимаясь. – Рада, что тебе лучше.

Поймала её за руку и произнесла.

– Спасибо.

– За что?

– За всё… за всё, что делаете для меня…

Анна фыркнула и дёрнула рукой.

– Никому об этом не рассказывай. Тебе всё равно не поверят, - и шагнула в серую дымку.

После её ухода и посещения лекаря, очередного болезненного укола, я смогла самостоятельно принять ванную и нормально одеться. Правда, есть совершенно не хотелось, поэтому…

Поэтому я вышла из комнаты и отправилась бродить по особняку, желая размяться, почувствовать, что всё же могу ходить и не заржавела за эти дни. Меня всё ещё мутило и болела голова, но чувствую себя намного лучше. Кажется, болезнь проходит.

Но основная причина, почему я не спустилась в столовую в том, что… я всё прекрасно помню. Всё, что вчера произошло. Когда мылась, воспоминания накрыли жаркой волной, заставляя стыдиться…

Мучительно застонала и хлопнула себя по лбу.

Невероятно! Как я могла?! Затащить Влада в шкаф и щупать его. Я! Это чудовищно, даже хуже, чем то, что он видел меня обнажённой. А потом… эти дурацкие фанты… Вот ведь, догадались меня напоить.

Нужно срочно наедать массу и приводить тело в спортивную форму, на случай, если снова заболею…

Усмехнулась собственным мыслям и зашла в комнату с роялем. Здесь особенная атмосфера… тёплая. Мне нравится здесь находиться.

Прошла за инструмент и открыла крышку.

Мама всегда играла на фортепиано. И хоть она не занималась серьёзно, она получала удовольствие, а нам нравилось слушать. Мы лежали с Яром на ковре и болтали ногами, заслушиваясь. В такие моменты мы вели себя очень тихо и послушно. Мама часто пользовалась этим приёмом, как только мы начинали беситься и переступали грань. Собственно, грань заканчивалась, когда мы начинали серьёзно друг друга мутузить…

Не заметила, как пальцы коснулись клавиш, извлекая на свет первые лиричные звуки. «Лебединое озеро» – любимая мамина композиция. А Яру нравилась «Лунная соната», а мне…

– Что ты тут делаешь? – раздался жёсткий голос Влада.

Вздрогнула и обернулась. Мелодия жалобно смолкла.

– Прости! – стремительно поднялась и закрыла крышку. – Правда, прости. Я задумалась и… я не случайно. Блин… я не специально…

Влад поджал губы и перевёл взгляд на рояль.

– Что ты сейчас играла?

– А, это?.. – невольно тепло улыбнулась. – Мелодия моего детства.

– Сыграй, – не просьба. Приказ.

– Но… – попыталась возразить, но меня наградили таким взглядом… Злится, наверное, за вчерашнее.

А голос у него и, правда, был забавный…

Мои пальцы мелко подрагивали. Я не то, чтобы хорошо играю… Яр намного лучше, а мама, вообще, превосходно. Но под пристальным прожигающим насквозь взглядом – музыка полилась, будто бы сама.

И нет ничего более чуткого и ласкающего слух, чем звуки рояля… Музыка, поистине, самое чудесное открытие во всех мирах! Музыка заставляет мечтать, наполняет наши сердца добротой… Музыка мотивирует.

Сейчас я очень замотивировалась укусить Влада за руку, которую он опустил мне на плечо. Вот прям по самый локоть…

– Что это за мелодия? – спросил глухо, убирая конечность. И в этом месте, где он так вероломно коснулся, покалывало кожу. Даже через тунику.

– Не знаю, – ответила, как можно спокойней. – Мама часто играла… я запомнила.

– У вас был дома рояль? – заинтересовался вампир, касаясь клавиш длинными пальцами.

– Да… – натянуто улыбнулась и поднялась. – Ладно, я хочу завтракать.

– Сядь, – бесцеремонно приказал вампир. На плечо опустилась тяжёлая рука. Снова. – Что ещё можешь сыграть?

Нахмурилась и сбросила его руку.

– Прекрати вести себя, как при… – прикусила язык и поджала губы. – Владислав. Я устала, голова ещё не прошла, – хотела подняться, но меня рывком вернули на место.

– Хочу, чтобы ты уяснила… – угрожающе процедил Влад, наклоняясь к моему лицу. – Ты – человек. Не смей насмехаться над нами и делать так, чтобы мы выглядели глупо. Кажется, ты забыла, с кем имеешь дело.

Мстительно пнула гада по голени и подскочила, роняя банкетку.