Королева ходит последней - Ольга Валентеева

Взглянул в зеркало, поправил твердый ворог рубашки и направился к его величеству. Сам Илверт выглядел несчастным донельзя. Мальчишку нарядили как куклу — сплошное золото и кружево. Может, кому-то другому наряд и подошел бы, а черноволосый остроносый Ил выглядел в нем просто смешным.

— На меня все будут таращиться, — пожаловался он.

— Да, потому что вы — король, — ответил я, поглядывая на слуг. — И даже если бы вы надели половую тряпку, на вас все равно таращились бы, ваше величество.

— И я бы был королем половых тряпок, — тихо рассмеялся Ил.

— Вполне возможно, ваше величество, — ответил я. — А теперь нам пора, иначе ваша матушка будет гневаться.

Илверт выверенным шагом двинулся в сторону тронного зала, я шел на три шага позади, как предписывал этикет, и еще на три шага за мной — почетное сопровождение.

— Его величество Илверт Второй Литонский, — провозгласил герольд, грянула музыка, и мы вошли в бальный зал. На возвышении стоял трон, на ступеньку ниже — второй, для Бранды. Сама она с улыбкой приветствовала сына.

— Добрый вечер, ваше величество, — мягко сказала ему королева. Умеет притворяться, когда хочет.

— Добрый вечер, матушка, — ответил Илверт, протянул матери руку и отвел ее к трону, а затем занял свое место. Мы же выстроились по обе стороны от возвышения. Гвардейцы короля — справа, гвардейцы королевы под предводительством Сайдена — слева. Королева сделала знак рукой, и заиграл вальс. По залу закружились пары. Ил в силу возраста только наблюдал за праздником, с любопытством таращился на яркие костюмы и плавные движения танцующих. Его матушка выбрала для бала темно-бордовый цвет. По нему золотом вились цветы, а подол украшало такое же золотистое кружево. Лиф был расшит рубиновыми каплями. Слишком напоминает кровь.

Музыка сменилась. Бранда поднялась с трона. Раз король был слишком юн, основную часть бала открывала королева. В Изельгарде, кстати, такого обычая не существовало. Бранда обвела взглядом придворных, на миг остановилась на Мартине Фейне, и тот залился краской до корней волос, а затем протянула мне руку.

— Можете пригласить королеву на танец, лер Вейс, — сказала она, а я почувствовал себя еще более растерянным, чем в купальне. Издевается? Или серьезно?

— Почту за честь, ваше величество, — ответил ей, протягивая руку.

Пальцы Бранды были холодными, словно лед, даже сквозь перчатки. Мои — наоборот, слишком горячими. Видимо, из-за ранения все-таки поднялся жар. Я плохо знал все эти придворные танцы Литонии. К счастью, они оказались не настолько сложными, как в Изельгарде, и мы медленно двинулись по залу, то расходясь, то сходясь вновь. Следом за нами выстроились другие пары.

Я на миг поймал взгляд королевы. Готов поклясться, ее глаза смеялись. Никак не уймется… А я-то думал, что наши попытки извести друг друга остались в прошлом. Хотя разве можно считать танец попыткой извести?

На мое счастье, музыка стихла, и я проводил ее величество к трону, а сам занял положенное место.

— А вы красиво смотритесь вместе, — шепнул мне Ил.

— Ваша матушка рядом с любым мужчиной будет смотреться красиво, ваше величество, — ответил ему.

— Нет, на прошлом балу она танцевала с Марти, и это было…

Мальчик постарался подобрать слово.

— Никак, — сказал он наконец. — Это было никак.

— Просто вы не любите беднягу Мартина. — Я улыбнулся.

— А за что его любить?

Откуда мне знать? Я не королева Литонии. А бал продолжался. Танец сменялся танцем. Королева заметно скучала, но не переставала улыбаться придворным. Ил тоже начал уставать.

— Его величество желает отдохнуть, — сразу заметила Бранда. — Продолжайте без нас.

Похоже, она тоже ждала повода улизнуть. Я шел следом за королем, но у двери на половину королевы Бранда окликнула меня:

— Лер Вейс, мне хотелось бы поговорить с вами, когда проверите посты.

— Слушаюсь, ваше величество, — произнес, склонив голову.

Утомленный Ил почти сразу лег спать. Я действительно прошелся по комнатам, проверил, на месте ли стража, и уже тогда пошел к королевскому кабинету. Но меня перехватила служанка и сказала, что ее величество ждет в будуаре.

Я только убедился в том, что Бранда, выждав время, решила взять реванш. Это хотя бы было для меня понятно, поэтому в комнату входил абсолютно спокойным. Ее величество сидела у зеркала уже в домашнем платье, а служанки вынимали шпильки из высокой прически.

— А, лер Вейс, — обернулась Бранда. — Однако вы не торопитесь.

А вы ждали, ваше величество? Конечно, вслух я этого не спросил.

— Я проверил караулы, как вы и приказывали, ваше величество, это заняло время, — ответил миролюбиво.

— Нарушителей нет?

— Нет.

— Вот и замечательно. Оставьте нас.

Королева махнула рукой, и служанки мигом исчезли, а Бранда поправила рассыпавшиеся по плечам волосы. В такой полудомашней обстановке она казалась совсем юной. Хотя сколько ей сейчас? Двадцать пять? Двадцать шесть?

— О чем вы думаете? — спросила королева, обернувшись.

— О всяких глупостях, — ответил я. — Вы что-то хотели обсудить?

— Да. — Она поднялась и подошла ко мне. — Хочу знать, как вы себя чувствуете, лер Вейс. Все-таки вы рисковали жизнью, защищая меня и короля.

Короля. Не «моего сына». Вот что для Бранды важнее.

— Я в полном порядке, ваше величество, — ответил ей. — Только немного устал. День выдался насыщенный.

— Мне ли не знать. — Она улыбнулась. — И все-таки, есть ли результаты допросов?

— Насколько мне известно, пока нет. Думаю, вам доложат раньше, чем мне.

— А мне кажется, вы уже успели зажать в кулак все и всех в этом дворце. — И королева пристально взглянула на меня.

— Вы не правы.

Бранда так не считала. Я видел по ее глазам. Она будто хотела что-то для себя прояснить, только что?

— Мне не дают покоя слова Эйша, — признала она. — Может, лучше было бы держать его под присмотром?

— Чем дальше от вас находится этот человек, тем в большей вы безопасности, — ответил я.

— Думаете? Его дар помог вам предотвратить покушение.

— Я бы в любом случае не допустил, чтобы вы или король пострадали, — ответил ей. — Вне зависимости от предупреждений Эйша. С будущим не играют, ваше величество.

— Согласна, — вздохнула Бранда. — И все-таки Эйш может быть полезен.

— Решать вам, но мое мнение — нет, не может.

Королева задумчиво кивнула, я уже понимал, каким будет это решение. Тем же самым, что когда-то принял Илверт — использовать магию в целях короны. Муж Бранды заплатил за магию жизнью любимой женщины. Какой бы королевой ни была Бранда, я не желал для нее такой судьбы.