Королева ходит последней - Ольга Валентеева

С Вейсом было проще. Как ни странно, я привыкла к его молчаливому присутствию. А еще поняла, как глупо вела себя изначально. Я много слышала о Белом Лисе. Он был в Изельгарде фигурой полулегендарной, потому что мало кто знал его в лицо. Король Осмонд знал и употреблял по отношению к Лису очень цветистые выражения, которые королям-то и знать не положено, притом что Лис работал на Изельгард и фактически должность получил от короля.

Странно, что Вейс вообще согласился поехать в Литонию. Уверена, у него и в Изельгарде хватало забот. Да, это не меняло того, что он шпион Осмонда. Вот только мне все равно было некому довериться, а он заботился об Илверте как мог. Поэтому пусть остается, пока не лезет в мои дела.

Служанки два часа колдовали над прической и платьем. Я выбрала для праздника ярко-синий цвет. Бледные тона лучше подходили незамужним девушкам, более яркие — счастливым женам, а я оставалась вдовствующей королевой. Смотрела на себя в зеркало и думала о видениях сына. Почему Илверт беспокоит моего мальчика? Зачем? Хочет возмездия? Сама моя жизнь — одно сплошное возмездие. И что бы я ни делала, этого не изменить.

— Вы грустны, ваше величество, — заметила одна из фрейлин, которые крутились здесь же. — Вас не радует праздник?

— Радует, — ответила я. — Но в праздничные дни я часто вспоминаю о муже.

Была б моя воля, в день его смерти тоже учредила бы государственный праздник. Фрейлины закудахтали, как квочки, о том, каким великим человеком был король. Был, да весь вышел. Негодяй и мерзавец. Ненавижу! До сих пор ненавижу каждой клеточкой тела. Может, Вейс и нрав и я переношу на сына все, что чувствую к его отцу. Но что с этим делать? Пока не знаю.

Пора выходить. Нам нужно ехать в главный храм столицы, где когда-то проходила моя свадьба. Он посвящен сразу четырем богам Литонии, и мне нравилось там бывать, несмотря на грустные воспоминания. Вот только… туда надо было ехать, а Эйш сказал… проклятый Эйш!

Мне бы поговорить с ним с глазу на глаз. Илверт с помощью этой семейки победил в войне. Может, и я могла бы попытаться? Да, Эйш был опасен, но и я — не девочка. Кто кого…

Сын уже ждал меня. Его тоже нарядили как куклу, и в праздничном костюме Ил был похож на шута. Ему не шел этот блеск и кружево. Сын тоже это понимал и выглядел совсем несчастным.

— Нам пора, ваше величество. — Я опустила руку ему на плечо. — Держитесь рядом.

— Хорошо, матушка, — тихо ответил он.

Мы медленно пошли к выходу. За нами следовали представители самых знатных родов Литонии. А у дворца уже ждала королевская карета. У нее маячил Вейс, к счастью, не в изельгардском мундире, а то с него станется.

— Прошу, ваше величество. — Он отворил передо мной дверцу совсем другой кареты. Я сделала вид, что так и надо.

— Не открывайте окно, ваше величество, — тихо сказал Ник.

Ему подвели белую лошадь, и он с легкостью запрыгнул в седло. Понятно, будет сопровождать нас верхом.

Всю дорогу я чувствовала себя взвинченной до предела. Хотелось выскочить из кареты и бежать или отменить праздник, или… Вариантов было множество, но ни один не подходил. Оставалось довериться Белому Лису. А это прозвище шло Вейсу, несмотря на то, что носил он исключительно черное. Белый Лис.

Но вот карета остановилась, и мы благополучно прошли в храм. Жрецы, все в белом с алым — цветах Уруна — поднесли нам с сыном чаши, на которых были вырезаны символы четырех богов, и мы отпили по четыре глотка воды. Затем присели на отдельную скамью, и начался праздничный ритуал. Это было красиво. Жрецы пели, и сверху на них будто сыпались искры света. Я понимала, что это магия, но все равно смотрела, как завороженная. В завершение ритуала жрецы благословили сначала короля, потом меня, и мы с сыном направились обратно к выходу из храма. Кареты ждали. И Ник снова был у другой.

— Сюда, ваше величество, — склонил он голову.

Отметила, что он не входил с нами в храм. Следил, чтобы никто не повредил нашу карету? Наблюдал за входом? Заскрипели колеса. Стоило поприветствовать народ, но раз Ник просил держать окна занавешенными, мне стоило прислушаться. Так мы и ехали, пока вдруг что-то не громыхнуло. Карета покачнулась и начала заваливаться на бок, но устояла. Я прижала к себе Илверта.

— Мама, что происходит? — жалобно спросил он.

— Ничего, дорогой, скоро поедем дальше, — только и смогла ответить.

А снаружи послышались крики, шум. Дверца кареты распахнулась. Я уже готова была закричать, но это оказался всего лишь Вейс.

— Как вы, ваше величество? — спросил он.

— Мы в порядке, — пролепетал Ил. — Что случилось?

— Небольшая неприятность. — Ник улыбнулся так искренне, что я почти ему поверила. — Уже едем.

И дверца закрылась, а карета снова покатилась по улице, но так быстро, что меня начало укачивать.

Ил прижался ко мне, и я не стала делать ему замечаний. Наоборот, сама обняла. Хотелось узнать, чего мы только что избежали, но Ник явно дал понять: пока не доедем до дворца, рассказывать не станет. Наверное, это было и правильно. Мы только испугаем ребенка. И все-таки, королева я или нет?

Впрочем, окончательно решиться устроить допрос прямо сейчас мне никто не позволил. Карета остановилась, и один из гвардейцев подал руку, помогая выйти. А где Ник?

Я оглянулась по сторонам. Из нашей охраны рядом остались шестеро, и Вейса среди них не было.

— Что происходит? — спросила грозно.

— Ваше величество, зайдите во дворец, — обратился ко мне тот гвардеец, который подавал мне руку.

— Смеете указывать королеве?

— Нет, прошу. Зайдите во дворец. Снаружи опасно.

— Ваше величество, идемте, — сказала я сыну и все-таки послушалась. Мы поднялись в мою гостиную, и только тогда охрана осталась за дверью, а я вцепилась в своего собеседника:

— Докладывайте немедленно!

— Карету, которая ехала первой, взорвали, — ответил гвардеец, краснея и бледнея. А я тяжело опустилась в кресло. Ил притаился так, что даже не заметила, когда он исчез из поля зрения.

— Пострадавшие есть? — спросила я хрипло.

— Вроде бы нет, не знаю, — ответил гвардеец. — Там остался лер Вейс, он преследовал преступников.

Конечно, ни одно происшествие не обойдется без лера Вейса. Куда ни плюнь, обязательно в него попадешь.

— Пусть придет ко мне, как только появится, — приказала гвардейцу, тот поклонился и наконец-то избавился от моего общества.

— Ил, ты где? — позвала я сына.

Уже убежал. Что за несносный мальчишка? Наверное, отправился на поиски друга. О сыне я не беспокоилась. Одного его не оставят. Да и потом Эйш сказал, что опасность угрожает нам только за пределами дворца. Эйш… Его дар действительно поражал. Мелькнула мысль, что Айк сам мог и подстроить покушение, вот только зачем? Нет, здесь дело в другом. И мне бы очень хотелось узнать, в чем именно.