Солдат - Роман Пастырь

Четвертым пунктом обдумал заброшенное таинство воли, позволяющее управлять предметами. Один раз камешек, пропитанный моей силой, спас жизнь в бою с рыжей. А я так плохо поступил с этим таинством и дальше его не практиковал. Нужно это исправить, и я даже знаю как. Но позже. Сейчас, пока восстанавливаю энергию, нужно другим заняться. Ещё одним пунктом, который прибавит нагрузки.

Я должен был найти Церена Скрытного.

Для чего собирался пройтись по лагерю. Когда добрался до него, прошёл проверку, а дальше отправился бродить по улицам.

Полностью энергия восстанавливается за сутки. Наполовину где-то за пару часов. За полтора, если медитировать. Дальше скорость падает. Поэтому в планах эту пару часов походить, пообедать нормально и вернуться в лес, к тренировкам.

Бродить по лагерю, чтобы найти того, кого прозвали Скрытным, — затея, обреченная на провал. Хотя бы потому, что во многие места мне нет доступа. Сидит он себе у какого-нибудь аристократа в гостях, и всё, мой поиск обречен. Но я ещё хотел лагерь рассмотреть, да и за людьми понаблюдать. Дар постепенно набирал силу. Я замечал всё больше, и где-то через час голова загудела от обилия информации.

Её было настолько много, что я перестал обращать внимание на чужие тайны. Слишком их много. Скрытое оружие, особенности покровов, другие таинства, которые неизвестно, что делали.

Если я просто каждый день начну применять то, что вижу сейчас, через месяц сделаю совершенный покров. Или через полгода, потому что отличия-то я видел, но не мог оценить их эффективность.

На меня навалилось философское состояние. Я так долго хотел попасть в место, где собраны знания. Это случилось, но радости никакой я не испытывал. Старая причина поиска знаний утратила смысл. Мне больше некуда возвращаться. Я собирался допросить рыжую жрицу, но что-то внутри знало, что она не обманула. Это простое признание было способно уничтожить меня, поэтому я запрещал себе об этом думать. Если бы мог, ушёл бы тренироваться и делал бы это с утра и до ночи, успокаиваясь, только когда падал бы без сил. Но это глупо. У тренировок есть предел, после которого начинается вред, а не продвижение вперед. Специи способны отодвинуть этот предел, но… Опять вопрос упирался в деньги.

В таком меланхоличном настрое, думая о своей дальнейшей судьбе да заработках, я увидел странного человека.

На первый взгляд, самый обычный, но взгляд почему-то за него зацепился. Так дар сообщал, что я увидел какую-то тайну, но пока не хватает информации, чтобы её распознать. Этот человек шёл в сторону ставки Кристиана. Я тоже туда направлялся, навернув круг по всему лагерю.

Выглядел мужчина как типичный солдат. Мундир, копье в руках.

Обычный, но странный. Может, это и есть Церен? Сейчас проверим. В крайнем случае выставлю себя дураком.

— Господин! — позвал я и догнал мужчину.

Уместное обращение ветерана к элитному воину, статус которого приравнивался к дворянскому ненаследуемому титулу.

Он сначала не понял, что я к нему обращаюсь, а потом остановился. Его взгляд как-то нехорошо вильнул, подозрительно. В этом человеке точно тайна скрывается.

— Вы, случаем, не Церен Скрытный? — прямо спросил я, догадываясь, что это не он.

— Ты обознался, — ответил он и собирался уйти, но я преградил путь.

Поступок глупый по многим причинам. Если он самый обычный солдат, то я сам себе создаю проблемы.

— Чего тебе?

— Да так, ничего, — ответил я.

Сделав шаг в сторону, открыл ему дорогу, но уходить не стал.

Что ему не понравилось. И не понравилось вдвойне, когда я пошёл за ним следом. Он бросил сердитый взгляд и дальше зашагал быстрее в сторону тренировочной арены.

А потом события развивались стремительно. До площадки оставалось всего ничего, шагов пятьдесят. Я увидел мастера Давида, как он объясняет очередному ученику таинство вибрации. Быстро стало понятно, что подозрительный тип направляется именно к нему.

Шагов за десять я увидел, как внутри него разгорается таинство незнакомого типа. Не темного направления уж точно, эту стихию я бы узнал сразу.

Когда подозрительный тип готовит атаку за десять шагов до единственного мастера на весь лагерь, который учит стратегически важным пустым таинствам, несложно разобраться, что происходит.

У меня оставалось меньше секунды, чтобы принять решение. Если атакую обычного солдата в лагере, мне в лучшем случае светят ямы — местный аналог карцера. В худшем — могут и казнить. Поэтому бить насмерть нельзя. А вот…

Прыгнув вперед, я врезался в спину солдату. Тот такой примитивной подлости не ожидал и свалился на землю. Нас заметили. Давид повернул голову и нахмурился. Моя выходка дала ему пару секунд на реагирование. Может, поэтому он и выжил, когда упавший вскочил и выпустил прозрачный луч с ладони. Эту атаку принял на меч стоявший рядом с мастером солдат. Он точно не из простых — среагировал молниеносно. Только вот толку не было. Прозрачный луч прошёл сквозь лезвие и врезался в воина, пробив его насквозь.

А дальше включился сам Давид. Он вспыхнул вибрацией, которая луч и разрушила.

В этот момент я на собственной шкуре прочувствовал, что нахожусь в лагере с лучшими воинами. А самые лучшие из них были как раз рядом, вокруг палатки Кристиана.

Не прошло и секунды, как Давида накрыл защитный купол, а следом и защитная стена, что встала между ним и убийцей. Два солдата в один прыжок оказались рядом и прикрыли мастера. Другие в это время атаковали убийцу. Один подлетел вверх, ускорился и как ядро обрушился, ударив секирой. Второй ударил ладонями по земле, и камень под ногами убийцы взорвался. Третий нацелил копье тому в спину.

Все атаки попали, куда надо. Секира развалила тело надвое, копье пробило одну из частей, ту, что под сердцем, а камень превратил ноги в месиво.

Я замер, вжался в землю и постарался не шевелиться, понимая, что любое резкое движение может спровоцировать солдат на атаку. Прибьют на всякий случай, раз оказался не в том месте не в то время. Поэтому я лежал, не шевелился и смотрел во все глаза, запоминая, как действуют все участники конфликта.

Когда чье-то тело разрезают на куски, ждёшь, что на этом бой и закончится. Но не тут-то было.

Вспыхнула кровь, выстрелила нитями, и между двумя оседающими частями тела образовалась алая сеть. Не успел убийца упасть на землю, как оттолкнулся от неё и прыгнул вверх. Полностью восстановленный. Я глазам своим не поверил. Таинства таинствами, но такого уровня пока видеть не доводилось.

В прыжке убийца откинул того, что с секирой. Он подлетел вверх, оттолкнулся прямо от воздуха, изменил траекторию и полетел обратно. Но промазал. Секира вошла в землю, разминувшись с убийцей на считанные миллиметры. Этот человек двигался слишком быстро. Так мне показалось в первый миг. А потом что-то щёлкнуло, и я увидел, что его тело размылось, стало нематериальным.