Соль и сирень - Анастасия Солнцева

Мы с котом синхронно обернулись, я при этом чуть не вывихнула лодыжку.

Скомканное одеяло было отброшено в сторону, а на нас смотрела сидящая на постели худая бледнокожая девчонка, в простой белой рубахе с вырезом клинышком и разноцветными цветами, разбросанными по подолу. Длинные волосы цвета воронова крыла спутались и торчали в разные стороны, словно перья у взъерошенной птицы. Лицо выглядело чуть помятым, но никаких следов сна на нем не наблюдалось. Кажется, она проснулась в момент, когда мы вошли. И все это время подслушивала наш разговор.

— А ты кто? — не растрачивая силы на дружелюбие, поинтересовался кот.

— Меня зовут Мика, — представилась девушка и улыбнулась мягкой светлой улыбкой. — Микаэлла.

— Подслушивать не хорошо, Микаэлла, — наставительно произнес Сократ, очевидно, подумав о том же, о чем и я.

— Я не подслушивала, — удивленно взмахнула девушка длинными, картинно изогнутыми ресницами, подчеркивающими большие выразительные серые глаза. В целом, из-за круглого лица, маленького рта и чуть выпуклых глаз девушка напоминала большую куклу, случайно оживленную пройдохой-волшебником. «Впрочем, — заметил мой внутренний голос, — никто не гарантирует, что так оно и не было». — Я просто услышала, как вы сказали, что хотите отправиться за покупками. Мне тоже надо.

И она, сбросив ноги с постели, встала, чем сразу же разрушила свой кукольный образ, потому как телосложение у неё было далеко, не как у Барби, а как у типичного подростка. Слишком длинные руки и ноги, вся такая угловатая и нескладная, с полным отсутствием хотя бы намека на принадлежность к женскому полу. Если сверху она была такой девочкой-девочкой, то снизу — абсолютнейший пацан. Такой контраст сбивал с толку и… вызывал определенные вопросы!

— А ты точно девчонка? — недоверчиво прищурил свой единственный глаз Сократ, с которым у меня, очевидно, синхронизировались мысленные потоки.

— Конечно! — возмущенно воскликнула моя новообретенная соседка, упирая руки в боки. — Что за подозрения?

— Нормальные такие подозрения, — проворчал кот, все еще пялясь на худосочное тельце. — Потому что подозрительная ты. И на колдунью совсем не похожа. Ты с какого курса?

— С первого, — шмыгнула носом Микаэлла, и потянулась за одеждой, висящей на спинке кровати. — Я из Южного Королевства, меня сюда мачеха сбагрила, чтобы под ногами не мешалась.

— Видать, влиятельная у тебя мачеха, — все еще с отчетливой толикой сомнения, проговорил ушастый.

— Скорее, просто богатая, — презрительно поморщилась девчонка, натягивая черные свободные штаны, похожие на шаровары, а сверху на рубаху набросив похожую на мою накидку, в которой еще трое таких же, как она уместились бы. — Она владеет несколькими прибыльными шартрами в долине реки Лигер.

— Надо же, — с пониманием дела протянул кот, цокнув языком. — Значит, она не просто богатая, а очень богатая.

А я, тем временем, ничего не понимала.

— О чем речь? — обратилась я к Сократу. Микаэлла в это время занялась собственной прической, заплетая спутанные волосы, которые она тут же, не особо заботясь, расчесывала пальцами, в две толстые косы.

— Шартр — это загородная усадьба у южных аристократов, которые часто идут в комплекте с большим наделом земли и прибыльным хозяйством, — принялся объяснять мне кот. — А если речь о долине реки Лигер, то хозяйство, скорее всего, винодельческое и крайне успешное. Эти места поразительно плодовитые, благодаря стабильной влажности, теплу и обилию солнечного света. Вино из винограда, собранного в той долине, очень дорогое, таким вином и заливаться жалко. Это тебе не какая-нибудь разбавленная сивуха в придорожном кабаке.