Стихийная работа - Сол Энденцо

Я нашарил в кармане орочье снадобье и намазал рану – тело, даже бесчувственное, судорожно дернулось. Орки очень хорошие лекари, но почему-то гуманность лечения их никогда особо не заботила. Неприятно, конечно, и шрам останется огромный, но мне сейчас важна была скорость восстановления, а со шрамом Корэн сам разберется. Попозже.

Порез затягивался на глазах, и, аккуратненько подняв друга на руки и пристроив на плечо неудобную косу, я потопал назад к «Миражу», напрашиваться на Мурково сочувствие и гостеприимство.

Отложи на послезавтра все, что можно сделать сегодня, и у тебя появится два свободных дня.

Народная мудрость.

Путь мы продолжили через два дня, гадая, стоит ли соваться в «город-сказку» после недавнего побоища. Оказалось, стоило. Айраны будто ничего не заметили. Просто на их счету оказалась еще одна непонятность.

- Вот она, легенда о божестве двух колец, - я держал в руках книгу повышенной пыльности и старательно не дышал. Да и говорить, пожалуй, не стоило…

- Апчхи!

Не с моей пожароопасной аллергией рыться в архивах. Корэн извлек из воздуха огнетушитель, и струя пены хлынула на пылающие страницы.

- Дай-ка мне, - он забрал истекающую пеной книжку. – Целее будет. Как думаешь, если айраны не заметили пропажи целой армии, заметят они исчезновение одной маленькой книжки?

- Может, здесь прочита… апчхи!

Корэн едва успел увернуться от шаровой молнии.

- Нет, не может! Не дыши пока.

- Каким… Апчхи!

Теперь орудовать огнетушителем пришлось мне самому.

- Пошли отсюда, - скомандовал Корэн. - Пену бы еще убрать, следы замести…

Я дирижерски помахал руками, и пеня исчезла, а перед нами открылась пространственная дверка в мой замок.

- Молодец, - поаплодировал Корэн и первым перешагнул порог.

Я шагнул следом и врезался в его спину. В замке грохотала музыка. Точнее, то, что из музыки получается при переизбытке громкости. Уши зажимаешь быстрее, чем понимаешь, что происходит. Не знаю, как Корэну, - мне это ничуть не помогло. Казалось, звук проходит едва ли не по костям.

На столе в библиотеке, как ни в чем не бывало, спала моя летучая мышь.

- Асфа! – позвал я, сам не услышал своего голоса и, пожертвовав благосостоянием правого уха, подергал помощницу за крыло.

- Что? – спросила она, извлекая из уха клок ваты. Я, правда, вопроса не слышал, но что еще она могла спросить?

- В чем дело? – я повысил голос, но и это не принесло ощутимого результата.

- А? – на стол перекочевала еще одна порция ваты.

Великий Хаос! Я запоздало активировал звукоизоляцию, и в наступившей звенящей тишине раздался облегченный Корэнов вздох.

- Ась? – еще раз осведомилась Асфа. – Что говоришь?

«Вату вытащи», - объяснил я жестами.

Мышь понимающе кивнула и продолжила разгружать уши. Когда она закончила, извлеченной ваты хватило бы на среднего снеговика.

- Что у вас стряслось? – поинтересовался я. - Что за чушь, и почему так громко?

- Отвечаю по порядку. Первое – что за чушь, я не знаю. Это Милена с Мирового радио записала, что-то якобы по твоему заказу ставили. А почему громко – это к Милене. Мы тут привыкли уже, почти неделю наслаждаемся. Всю вату извели, объясняемся письменно. Без ваты Милена только обходится и Бур - у него уши каменные. А изоляцию твою мы включать не умеем.

- Астинити не умеет?

- Мы Астинити уже неделю не видели. Загулял наш Нежить, покинул родной замок, и изоляцию включить некому, - с проникновенным подвыванием запричитала Асфа.

- Вы тут и спите под музыку? – перебил я.

- Ну, да. Все, кроме Милены. Та вообще не спит от расстройства… Чуть за Винден не отправилась, еле поймали. А ты чего с косой?

- С косой? Да так, случайно. Меч вот тоже в расстроенных чувствах. Я его, видите ли, обидел. А с Миленой что стряслось?

- Тоже обидели.

- Неужели тоже я?

- Ты.

- Ну, надо же! Меня и дома-то не было.

- А кому ты ее камень отдал?

- Кинту. В обмен.

- «Хрустальное сердце» - в обмен?!

- А что?

- Ты хоть знаешь, кому его дарят?

- Знаю, и что?

- В обмен! Детсадовец ты всемогущий! А я-то думала…

- Про индюка пословицу знаешь? Тоже думал… Выключаю, готовьтесь!

Все заткнули уши, и я снял звукоизоляцию, однако музыки не было. В замке царила благословенная тишина.

- А что ты про Винден говорила? – вдруг вспомнил я. – Кто куда отправился? Она же тапир. Или нет?

- Ну, да, тапир, - не очень уверенно согласилась Асфа, решая, врать или не стоит. – Была.

- Что значит «была»?

- У Астинити спроси. Он лучше знает, - вывернулась мышь.

Что случилось с музыкой, я выяснять не стал, и только спустя несколько дней узнал, что конец концерту положила Тетушка Миша. Поскольку эпицентр этого стихийного бедствия находился в кухне, медведица не выдержала первой, и Миленины переживания закончились конфискацией записи.

Малой кровью не обойдемся.

Рассуждения хирурга.

Аджар действительно был божеством Двух Колец, причем похожим на свой портрет в книжке, что, кстати, большая редкость. Айранским божеством. Лет ему оказалось не триста, а гораздо-гораздо больше, и даже айранам он достался «в наследство».

Некоторое время назад (вот откуда я помню Аджара – из птичьих новостей) была шумиха с изгнанием трех древних сумеречных богов: Аджара - бога Двух Колец, Лаолы – Весны (видели, знаем!) и Ксины – Уничтожающей Тени (ба, знакомые все лица!). Ксина занялась наукой, сохранив большую часть врожденного могущества. У Лаолы дела пошли куда хуже – силу ей давало поклонение и, лишившись храмов, она сошла с ума и скрылась в подземелье. Аджар с тех пор несколько раз рождался в человеческом теле, тоже потеряв силу, и теперь, когда прошли все сроки давности, решил вернуть свое могущество, заключенное в двух кольцах, одно из которых и было храмом, как помнил Аджар. Ключ к храму, тоже колечко, я как раз видел у нашего божества на пальце. А второе, маленькое, кольцо (легенда все сильнее походила на ювелирный магазин) было ключом не к двери храма, а к его силе. И если месторасположение большого кольца осталось загадкой – лист с картой пал жертвой аллергии, - то с маленьким дело обстояло куда проще.

Я достал из кармана подарок айранской близорукой статуи: каменный обруч, украшенный то ли худосочным кочаном капусты, то ли очень упитанной розочкой. Если это не то самое малое кольцо, то Аджар страус. Хотя кто знает, кем он был в раннем детстве.