Повелевающая - Келли Армстронг

Очень хорошее продолжение дня. Лучше, чем я ожидала…

И тут я остановилась, как вкопанная. В соседнем дворе был призрак. Маленькая девочка.

Это мог быть только призрак. Девочка играла на улице одна. Одета она была в вычурное платьишко — прямо-таки свадебный торт из кружев и ленточек. В волнистые локоны тоже вплетены ленточки, а на лакированных кожаных туфельках нашиты рюши. Прямо портрет Ширли Темпл со старой киноафиши.

Я перекидала мешки с мусором в контейнер, где до них не добраться енотам и скунсам. Мешки с гулким стуком упали на деревянный настил, но девочка, игравшая всего в каких-то десяти метрах от контейнера, даже не подняла голову. Я заперла мусорный ящик, подошла к забору и присела на корточки, чтобы быть с девочкой на одном уровне.

— Привет, — сказала я.

Она нахмурилась, словно не понимая, с кем это я разговариваю.

Я улыбнулась.

— Да, я тебя вижу. Красивое у тебя платье. У меня тоже такое было, когда мне было примерно столько же лет.

Она еще разок неуверенно оглянулась, а потом подошла поближе.

— Мне его мама купила.

— И мне платье мама покупала. Тебе нравится?

Она кивнула, и улыбка озарила ее темные глаза.

— Да уж наверняка нравится. Мне мое тоже нравилось. А ты?..

— Аманда!

Девочка отпрыгнула, хлопнувшись на попу, и заплакала. Женщина в узких брюках и кожаной куртке рванула к ней. Дверь черного хода захлопнулась.

— Ох, Аманда, ты все красивое платье перепачкала. Придется мне переносить встречу с фотографом. — Женщина метнула в мою сторону сердитый взгляд, подхватила девочку и понесла ее домой. — Я же велела тебе не подходить к этому забору, Аманда. И никогда не заговаривать с детьми с той стороны. Никогда, ты меня слышишь?

Не разговаривать с сумасшедшими детьми. Мне хотелось крикнуть, что мы никакие не сумасшедшие. Я просто по ошибке приняла ее дочурку за призрака, вот и все.

Интересно, есть ли какие-нибудь книги на эту тему? Например, «Пятьдесят способов отличить живых от мертвых, пока не загремишь в мягкую комнату». Уверена, в библиотеке есть что-то подобное.

Не могу же я быть единственным человеком на свете, который видит призраков. Может, я это унаследовала, как свои голубые глаза? Или подхватила, как вирус?

Должны быть и другие люди, которые видят призраков. Как их найти? Смогу ли я вообще найти их? И стоит ли искать?

Гулкие шаги подсказали мне, что кто-то приближается. Кто-то живой. Этот урок я уже усвоила: призраки могут кричать, плакать, говорить, но при движении они не производят ни звука.

Я по-прежнему стояла позади контейнера с мусором, скрытая от посторонних взглядов. Как в подвале. Только тут никто не услышит, если я буду звать на помощь.

Я кинулась вперед ровно в тот момент, когда тень обогнула контейнер. Симон.

Он направлялся ко мне. Лицо его потемнело от гнева. Я застыла, но не отступила ни на шаг.

— Что ты сказала? — Слова его прозвучали медленно и отчетливо, словно он изо всех сил старался сдержать себя.

— Я?

— Да, нянечкам. Про моего брата. Ты его в чем-то обвинила.

— Ничего я нянечкам не говорила…

— Ну, значит, твоя тетя. — Он барабанил пальцами по краю контейнера. — Ты же понимаешь, о чем я говорю. Ты сказала тете, она — нянечкам, потом доктор Джил провела с ним беседу, в которой предупредила, чтобы он не доставал тебя. А если он будет к тебе лезть, то его отошлют отсюда.

— Ч-что?

— Одно твое слово, и его уберут. Переведут. — Жилка у него на шее бешено пульсировала. — С ним все было отлично с тех пор, как он попал сюда. И тут вдруг ни с того ни с сего, после единственного инцидента с тобой его берут на карандаш. Если он хотя бы посмотрит на тебя не так, его переведут.

— Я-я-я-я…

— Между вами вчера вечером что-то произошло, ведь так? Дерек вернулся в комнату сам не свой. Сказал, что поговорил с тобой и все испортил. Это все, что он мне сказал.

Я подумала, не сказать ли правду — что я и не думала жаловаться на Дерека. Что я была молчаливой за завтраком, и моя тетя сама поняла, что я чем-то расстроена. Но тогда могло показаться, что я специально сидела мрачная, чтобы из меня все вытянули.

И меня разозлила позиция Симона. Он практически обвинял меня в том, что я все сочиняю и несправедливо обвиняю его бедного, неправильно понятого брата.

— В ресторане было жарко, — сказала я. — И я закатала рукава.

— Что?

Я засучила левый рукав, продемонстрировав ему четыре синяка, темных, как чернила. Симон побледнел.

— Моя тетя пожелала знать, что случилось. Я отказалась отвечать, но она хитростью заставила меня признать, что тут замешан парень. Утром она видела Дерека, и он с ней не поздоровался. Вот она и решила, что это, скорее всего, он. Я ничего не подтверждала. Так что, если у него проблемы, то это не моя вина. У меня было полное право пожаловаться, но я этого не делала.

— Ладно, ладно. — Он задумчиво потер губы, все еще глядя на мою руку. — Значит, он схватил тебя за руку? Выглядит именно так. Правильно? Просто схватил чуть сильнее, чем рассчитывал.

— Он швырнул меня через всю комнату.

У Симона от удивления аж глаза на лоб полезли. Он, правда, попытался это скрыть.

— Но он не нарочно это сделал. Если бы ты видела, как он перепугался вчера, ты бы сама убедилась.

— И что, это сразу все меняет? То есть если я разозлюсь и залеплю тебе пощечину, то это будет нормально, потому что я ведь не хотела, не планировала этого делать?

— Ты не понимаешь. Он просто…

— Она права. — Голос донесся до нас раньше, чем из-за угла появился Дерек.

Я невольно отпрянула. При этом в глазах у Дерека промелькнуло что-то странное. Раскаяние? Вина? Но он моргнул и принял свой обычный невозмутимо-безразличный вид. Он остановился за плечом Симона, в полутора метрах от меня.

— Я хотел поговорить с тобой вчера вечером. Когда ты решила уйти, я потянул тебя назад и… — Он замолчал, отведя глаза.

— И швырнул меня через всю комнату.

— Я не… Да, ты права. Не отрицаю. Никаких оправданий. Симон, пойдем.

Симон покачал головой.

— Она не понимает. Видишь ли, Хло, Дерек тут не виноват. Он очень сильный, а…

— А на тебе не было твоего криптонитового ожерелья. — Дерек кривовато усмехнулся. — Да, я очень большой. Я быстро вырос. И, может, я еще не до конца знаю свою силу.

— Это не… — попытался возразить Симон.

— Не оправдание, верно. Ты хочешь, чтобы я держался от тебя подальше? Будет сделано.

— Дерек, скажи ей…