Арктический удар - Борис Царегородцев

– Ну все, надышались сладким воздухом России, это вам не XXI век, а век ХХ, и воздух здесь на порядок чище. Так, сделали еще по глубокому вдоху и спускаемся вниз, – объявил я.

– Командир, может, еще с пяток минут побудем.

– Князь, если тебе мало, возьми в ладошки и неси в каюту. Петрович! Погружение.

И опять мы под водой, наша цель – подводная лодка противника. Три часа в замкнутом пространстве тянулись очень долго. Наконец эта пытка временем закончилась.

– Расстояние до цели?

– Одиннадцать миль.

– Оба Сережи, проверьте все досконально, чтобы без сбоев, и через десять минут доложите.

– Есть, разрешите выполнять, – хором ответили оба.

– Выполняйте. Пал Василич, кроме подлодки в том районе корабли какие-нибудь есть?

– Да, в тридцати милях курсом на запад движется одно судно.

– Вот и хорошо, потом пойдем к нему поближе.

– Товарищ капитан, ракета к пуску готова, – отрапортовали из торпедного отсека.

– Двухминутная готовность.

Подводная лодка U-251 под командованием капитан-лейтенанта Генриха Тима уже вторые сутки патрулировала в районе острова Вилькицкого, надеясь на добычу в виде судна. Ему было сказано, что эти воды так и кишат транспортами противника, но он пока не встретил ни одного. Капитан был рад, можно сказать, счастлив, что он здесь, на севере, где у русских слабая противолодочная оборона, а не там, между Америкой и Англией. Он надеялся отличиться в этом походе на Русский Север. Однако не сложилось.

– Торпеда с левого борта, – раздался крик.

– Полный вперед, право на борт.

Лодка покатила направо. Но не успела убраться с курса торпеды. Да это и вряд ли получилось бы у нее, так как торпеда была самонаводящаяся. Торпеда взорвалась в корме лодки, лишив ее хода. Взрыв восьмидесяти килограммов взрывчатки оторвал один винт и свернул другой. Перо руля заклинило, кормовой отсек затопило. Лодка осталась на плаву, но была обречена, не в состоянии двигаться и погружаться. Капитан не понимал, почему его лодку не добивают. Ждут, чтобы команда ее покинула? Но ни перископа, ни самой лодки противника они так и не увидели, сколько ни вглядывались в водное пространство. Капитан решил пока не покидать лодку, и в эфир полетели призывы о помощи с координатами трагедии. Ох, зря он это сделал. Его радиопередачу тут же кто-то подавил, забивая все частоты.

– Сан Саныч, курс на западное побережье Новой Земли, в район полуострова Гусиная Земля. Опять идем через Карские Ворота.

– Командир, что мы туда-сюда носимся как угорелые, ведь потом опять по этому маршруту пойдем.

– А мы создадим у противника иллюзию что здесь у русских подводные лодки в каждой бухте стоят и сюда очень опасно совать свой нос, можно и по сопатке получить.

Опять мы в Баренцевом море, и сегодня 19 августа.

– Ищите, давайте ищите, они где-то в этом районе среди островов. Конечно, реальность понемногу меняется, но не настолько сильно, хотя одна из них могла пойти на помощь U-251, но вряд ли – U-601 ближе. У U-209 снаряды на исходе, так что обе здесь.

– Поворачиваем к Междушарскому, зайдем в пролив, они в нашей реальности хотели в проливе встретиться, но там были наши корабли, и им пришлось убираться оттуда.

Через час мы были в проливе, где на удалении десяти миль обнаружили обе подлодки, идущие нам навстречу. Все понятно, реальность понемногу меняется, лодки успели перегрузить снаряды и теперь выходили в открытое море. Хотя, возможно, и не успели.

– Петрович, пропускаем их по левому борту, топим замыкающую, первую выводим из строя.

– Командир, а она не успеет смыться, как только мы ударим по замыкающей?

– Они не поймут, что произошло, подумают, что лодка налетела на мину, и попробуют кого-нибудь спасти, вот тут мы им и обрубим хвост.

Но сложилось немного по-другому. Торпеда, выпущенная нами почти в упор по замыкающей лодке, не взорвалась, повредив лишь винт и руль.

– Бурый, едрёна вошь, почему торпеда не взорвалась, чтоб тебя!

– Я не виноват. Это новый комплекс, плохо освоенный. Возможно, мы слишком близко к цели. Похоже, взрыватель не успел взвестись, вот она и не сработала.

– Отрабатываем немного назад.

Подлодка противника пошла на циркуляцию, немцы не поняли, что произошло, и давай семафорить впереди идущей. Первая подлодка развернулась на обратный курс и пошла на сближение.

– Сережа, давай проверенной, если и эта не сработает, я тебя самого с гранатой вместо торпеды в аппарат засуну и выстрелю.

– Товарищ капитан, одной гранаты явно маловато, минимум парочку надо.

– Зубоскалишь. Три гранаты, две в руки, одну в зад. Клоун.

Лодки качались на волнах в каких-то пяти кабельтовых от нас. Артиллерийские расчеты обеих были на палубе у орудий, сигнальщики наблюдали за морем.

– Ну, Сережа, если что, я свое обещание выполню, понял?

На этот раз торпеда не подвела, расколола ближайшую лодку надвое, на второй ударной волной и осколками с верхней палубы за борт смело практически всех. В воде барахтались несколько человек, пытались подняться на палубу второй лодки, температура воды не превышала восьми градусов. Не всем, кто оказался в воде, удалось забраться на лодку. С U-209, которая ушла на дно, оставалось только двое живых, на U-456 погибло шестеро, но она сама не могла управляться.

Отходим на пару миль и выходим в эфир, пусть присылают корабли из Белужьей бухты, здесь недалеко, как раз успеют немцев прищучить.