Меморанда - Джеффри Форд

– Не стрелять! – крикнул я.

– Почему это, черт возьми? – опешил Нанли. Раздался хлопок: доктор все же выстрелил. Комнату заволокло дымом. Я бросился к окну и заглянул доктору через плечо – как раз вовремя, чтобы увидеть расплывшуюся в ночном небе красную лужу. К счастью, на фоне зарева я разглядел далекий силуэт Мисрикса – мощно взмахивая крыльями, демон мчался вертикально вверх.

– Ну как, попали вы в эту грязную тварь? – запыхавшись, спросил Брисден.

– Сомневаюсь. – Адман скептически покачал головой. – Хорошо хоть себя не ранил. Меня, знаете, вряд ли можно назвать суперменом.

Нанли и Брисден расхохотались. Я поблагодарил их за помощь. Брисден осмотрел рубец на моей щеке и уважительно присвистнул. Доктор, перезарядив пистолет, предложил пока оставить его у меня, и я согласился – дабы казаться таким же встревоженным, как и все.

– Правда, осталось только два патрона, – извиняющимся тоном сообщил Адман. – Один я для вас зарядил, а второй у меня в комнате.

– Ну, вот и дождались, – проворчал Нанли. – Вернулось наше чудовище.

– Это было так ужасно! – простонала Анотина. – Клэй, тебе повезло, что оно тебя не убило.

Теперь только я обратил внимание, что все мы абсолютно голые. Когда джентльмены ушли, заверив нас, что явятся по первому же крику, мы с Анотиной вернулись в постель. Она была уже не в настроении заниматься экспериментами и уснула у меня руках, а я долго еще лежал без сна и размышлял, как всех спасти.

На другой день все мы, на этот раз в одежде, встретились у края острова, неподалеку от лебедки.

– Плохо дело, – констатировал Нанли, указывая туда, где земля наполовину ушла из-под основания гигантского механизма.

– За ночь стало гораздо хуже, – заметил Брисден. – Похоже, скорость разрушения острова значительно увеличилась. Как по-твоему, Анотина?

Та кивнула:

– Без сомнения.

– Любопытно, не связано ли это с появлением чудовища? – риторически спросил доктор.

– Нам уже недолго осталось, – сказала Анотина. – Все указывает на то, что этот процесс будет ускоряться.

К сожалению, это было правдой. Лебедка теперь буквально балансировала на краю пропасти, со всей наглядностью демонстрируя динамику разрушения.

– Думаете, Белоу бросит нас здесь на произвол судьбы? – спросил Брисден.

– Вряд ли стоит надеяться на его человеколюбие, – заметил Нанли, – раз уж бросил нас в вашем обществе.

Брисден вяло улыбнулся, но напряженный взгляд, прикованный к шаткому механизму, выдавал его тревогу.

– Нам нужен план, – объявил доктор, – и, как это ни печально, он может идти вразрез с правилами, установленными хозяином Меморанды. Все согласны?

– Вы имеете в виду бунт? – осторожно уточнил Нанли.

Доктор кивнул.

– Я – за, – заявил инженер.

– Анотина? – Адман вопросительно вскинул бровь.

– Да, но при одном условии, – сказала она. – Клэй становится нашим полноправным товарищем и больше не рассматривается как экземпляр.

– Черт возьми! – выругался Брисден. – Какое же все-таки унылое местечко… Что до Клэя, то я не возражаю.

Доктор и Нанли тоже согласились принять меня в члены группы. Я поблагодарил их за оказанное доверие.

– Не спешите с благодарностями, – буркнул Адман. – Вы еще не знаете, что происходит с теми, кто идет против воли острова.

– О чем это вы? – не понял я.

– Вы про беднягу Клаудио? – спросил Брисден. Доктор кивнул.

– Не стоит обсуждать это прямо сейчас, – предостерегла собравшихся Анотина. – Стоит таким мыслям появиться у нас в голове, как тут же прилетит Вызнайка.

– Ваша правда, – согласился Нанли.

Я решил поделиться нашим открытием:

– Мы тут на днях выяснили, что эта штука не может копаться в мозгах, когда человек пьян.

– После этого ее штормит, как подбитую птицу, – хихикнула Анотина.

– Ну что ж, – сказал доктор, – в таком случае предлагаю напиться, и как можно скорее.

– У меня? – предложил Нанли.

– Отличная мысль, – поддержал его Брисден, который тем временем отделился от группы и шагнул к лебедке. – Попрощайтесь со своей любимицей, доктор! – С этими словами он протянул руку и легонько подтолкнул тяжелую деревянную конструкцию.

Этого было достаточно, чтобы вся громадина заскользила к обрыву – сначала медленно, потом все быстрее и быстрее. Мы все присоединились к Брисдену и, стоя у края пропасти, наблюдали за падением механизма. С огромной скоростью рухнув вниз, он протаранил облака и, все уменьшаясь в размерах, полетел к океану.

Нанли зааплодировал.

– Это лучшее, что вы совершили со дня прибытия, Брис, – заявил он.

– Я всегда мечтал это сделать, – признался философ.

– Интересно, нарушит ли это сон океана? – меланхолично произнес доктор, когда махина плюхнулась в жидкую ртуть, подняв фонтан серебристых брызг почти в милю высотой.

– А что, эта штука может его разбудить? – заинтересовалась Анотина.

Доктор пожал плечами:

– Возможно. А быть может, породит новый кошмар.

На мой взгляд, «кошмар» было очень точным словом. Ситуация развивалась далеко не в лучшем направлении, и выхода из нее не предвиделось. Я так основательно выкинул из головы все мысли о вакцине, что теперь с трудом мог припомнить, каким образом попал на остров, не говоря уже об абсурдности того, что я здесь собирался делать. Не думал, что буду когда-нибудь благодарен демону за пощечину, но если бы не визит Мисрикса, нереальная реальность этого места поглотила бы меня с головой. Самое неприятное заключалось в том, что я был без памяти влюблен в Анотину, и никакими рассуждениями поправить это было уже нельзя. Видно, женщины, которые мне не принадлежали, были одним из лейтмотивов моей жизни – наравне с островами.

Лебедка через некоторое время всплыла на поверхность – ничтожная точка в бесконечности океана. Я искренне ей сочувствовал. Все молча смотрели, как медленно, но верно она погружается в серебристые волны. Теперь уже навсегда.

В наступившей тишине Нанли произнес:

– Кто следующий?