Гром над Араратом - Георгий Григорьянц

– Госпожа, с огорчением должен доложить: Рим опять отверг твои претензии на трон Египта, – сказал Сетос.

Царица Селена действительно была единственной законной наследницей династии Птолемеев и надеялась, что Рим поддержит ее притязания.

Сетос продолжал:

– В Риме извлекли на свет документ, в котором якобы написано, что Египет завещан римскому народу. Думаю, они боятся, что ты заявишь права на объединение царств Селевкидов и Птолемеев.

– Что ж, не все потеряно, – зло сказала она. – Я найду способ вернуть утраченный трон. Моя дочь схожа по характеру со мной, сложность нашего положения придает ей силы.

– Отравить Тиграна не удалось, – посетовал Сетос.

– Я уверена, – сказала Селена, – что Береника получила мое послание по голубиной почте и готовит новое покушение на Тиграна.

– За твоей дочерью во дворце армянского царя постоянно следят. Со мной она встречалась с риском для жизни, выбравшись из дворца по отвесной стене здания.

– Береника на многое способна, ведь в нашем роду были боги! Она вся в меня!

Пятый муж Селены, Антиох X, восхищаясь женой, говорил: «Природа создала красивую, умную, но очень опасную женщину, из рук которой даже яд мужчины принимают с удовольствием».

– Береника такая же златокудрая красавица, как и ты, – улыбнулся Сетос.

Селена была уже в зрелом возрасте, носила скромную прическу с туго уложенными прядями светлых завитых волос на затылке, убранных в сетку из золотых нитей. На ней был хитон, скрепленный на плечах пряжками и подпоясанный на талии.

– Моя дочь мастерски владеет как искусством обольщения, так и боевыми искусствами.

– Да, моя царица, мне показалось, она – порождение необузданных сил природы.

– Тигран запер меня в этой мрачной крепости, а мою бедную дочь сделал своей наложницей. Береника знает, кто ее враг, и ею движет жгучая ненависть к узурпатору.

Сетос видел, как задето самолюбие царицы, но это была та потребность, которая давала ей чувство превосходства над реальностью.

– Береника юна, ранима, – сказал он, – ты требуешь от нее невозможного!

– В ее арсенале гнев, слезы и другие женские хитрости, она умеет льстить и подавлять свои желания. Она справится.

– Ее полюбил сын царя.

– Тигран‑младший стал рабом любовной страсти к Беренике, и она этим воспользуется, я уверена!

– Твой новый план идеален.

– Я безжалостно раздавлю царя Тиграна. Посмотрим, насколько прочна его кожа, устоит ли он в огне и как защитится от магии.

Сетос ушел, а Селена еще долго не могла успокоиться.

В Тигранакерте утро, приятная прохлада проникала во все покои огромного дворца.

– Ты чудо! И всегда действуешь на меня успокаивающе! – говорил Тигран‑младший, целуя и лаская Беренику.

Они лежали на кровати в покоях царевича, где на стенах висели луки, мечи и кинжалы. Один из мечей, подарок отца, был сделан из дамасской стали. Литой узорчатый булат, который резал доспехи, как масло, занимал центральное место в коллекции юноши. Лучи солнца нового дня уже пробивались сквозь окна и создавали неповторимую атмосферу уюта, преображая суровое жилье холостяка.

– Начинается новый день, и опять придется притворяться, что я верноподданный царя Тиграна, и терпеливо выслушивать его нравоучения. Такие муки для меня невыносимы! – продолжал царевич.

– Ты все время думаешь об отце, даже в постели не позволяешь себе расслабиться! – говорила обольстительная Береника.

– Он унизил меня, объявив брата, который глупее и наивнее меня, наследником престола.

– Твой невежественный брат превосходит тебя в силе.

– Ну это мы еще посмотрим!

– Будь осторожным, держи свои мысли при себе, не показывай злость.

– Милая, твои красота и ум удерживают меня от любых неблаговидных поступков.

Она видела, что в душе его горит пламя, им управляют чувства, он упиваешься молодостью.

– Хоть и царишь в моем сердце, боюсь, моя любовь не спасет тебя от одиночества.

– Да, я не люблю постоянство, но я страстно хочу на тебе жениться. Отец не разрешает, говорит, надо подождать. Я достаточно взрослый, чтобы решать такие вопросы самостоятельно.

– Знаешь, я случайно услышала разговор Метродора и Амфикрата. Они говорили, что царь ищет Таблицу судеб.

– Что это? Зачем она ему?

– Она открывает замыслы богов, дает возможность узнать судьбу и повлиять на нее.

– Вот тайна, которую хочет раскрыть отец! Имея такую вещичку, можно стать правителем мира, не то что одного царства! И где она сейчас?

Береника передала подслушанный разговор.

– Отец всегда учил, что сильный человек вершит свою судьбу сам. – Тигран‑младший встал с постели и задумчиво произнес: – Что‑то небывалое случилось в царстве, раз царь решил поспорить с богами.

В зал Военного совета вошел Тигран. Все члены Совета уже были здесь. Они встали и поклонились.

– Мамиконян, докладывай! – сказал царь, усевшись на свое место.

– Государь, получено донесение: в Сирии назревает восстание, туда вернулся беглый Антиох XIII. Он заключил союз с набатеями и сеет смуту, – доложил Мамиконян.

Тигран обвел взглядом членов Совета и произнес:

– Царь набатеев Арета – смелый и мужественный человек.

Набатеи – воинственный и богатый народ. Через их столицу Петру шли караваны из Аравии с ладаном и миррой, которые ценились выше золота. Арета, который контролировал южные торговые пути в Индию и Аравию, задумал оторвать кусок от Сирии, а Антиох нужен был как повод войти на сирийскую землю.

Лицо Тиграна стало суровым. Сирия, где его почитали как представителя народа перед богом, исправно платила налоги и сумела поставить банковское дело так, что серебряные монеты с его профилем ходили по всему миру. Уже четырнадцать лет эта страна благодаря ему не знала войн, процветала и благоденствовала.

– Я не позволю Арете нарушить мир! – грозно сказал царь, затем, успокоившись, обратился к министру: – Васак, докладывай!

Встал Васак и произнес с тревогой в голосе:

– Великий государь! Ты принес Сирии политическое успокоение и экономическое возрождение, но наступают тревожные времена. Агенты Антиоха на юге Сирии подстрекают местные племена, подогревая настроения недовольных.

– Мамиконян, – обратился царь, – какой гарнизон у Баграта?

Во главе стран, захваченных у Селевкидов, в том числе Сирии, Тигран поставил одного из своих приближенных сановников Баграта, умного и решительного человека, хорошего дипломата и политика, не позволявшего никому разжигать конфликты в стране.

– Там расквартирован восьмитысячный армянский гарнизон плюс двадцать тысяч сирийских войск.

– Этого недостаточно, чтобы отразить наступление Ареты, – сказал Тигран. – Ваши предложения?

Мамиконян сказал:

– У нас хорошая разведка, и мы умеем быстро доставлять информацию во все уголки державы: четко работает почтовая и костровая связь. Будем отслеживать события.

Встал Гнуни:

– Государь, фараон Египта Птолемей XII сумел захватить власть лишь благодаря твоей военной и политической поддержке. Предлагаю просить его вступить в войну с набатеями.

Васак предложил:

– Когда ты, государь, освобождая Сирию, прогнал набатеев, они признали твою верховную власть над этим царством, а теперь нарушают договор. Только ты, великий царь, можешь противостоять Арете, только ты должен возглавить войско и немедленно выдвинуться в поход!

Тигран помнил, что Арета постоянно вмешивался в борьбу за власть в Иудеи и давно мечтал взять Иерусалим. Иудеи были агрессивно настроены против набатейского влияния. «Это надо