Опальная принцесса - Мария Ирисова

Аромат жареного мяса щекотал ноздри, я невольно облизнулась. То, что нужно, беру флягу и заливаю воду в котел, совсем немного, главное, чтобы мясо не пригорало, следом отправляю молодые еловые веточки и чесночок. И такой аромат из котелка валит, что мы всей толпой сидим и облизываемся, слюнки попутно глотаем.

— Через полчаса будет готово!

А в глазах людей разочарование, есть они уже сейчас хотят и тут на помощь приходит сеньора-богатырь.

— Чего сгрудились как попрошайки у церкви, все дела переделали? — и взгляд такой, что даже я вспомнила, чего с утра не доделала и где-то в душе даже устыдилась.

Сеньньорита воительница уже во всю строила народ, ее палец уткнулся в мой экипаж.

— П-почему вот эта ось криво стоит? Ну-ка быстро переделать! Как мы в экипаж лошадей впрягать будем? Что значит переделали, плохо переделали, давайте-ка еще раз! Лошадей всех нашли? За них, между прочим, деньги уплачены. Так поживее ищем, еще целых полчаса на это дело имеется. За такое время слона из болота вытащить можно, а вы шесть лошадей никак не найдете. А почему ручка щита до сих пор не блестит? А вот это что за грязь? Почему башмаки зеленые, если им полагается быть черными? Натереть, вымыть!

Сеньорита Фалькони была повсюду, она находила все подозрительное, проверяла и перепроверяла. Языковой барьер ей нисколечко не мешал, женщина беззастенчиво тыкала пальцем в то, что ее не устраивало.

— Дже-еремия, — имя дипломата в ее устах звучало по-особенному, ласково так, правда вышеозначенный прохиндей менялся в лице и пытался слиться с окружающей обстановкой. Хамелеон из него никудышный, потому сеньорита находила мужчину взглядом в два счета. Далее ей хватало всего двух слов: «покажи» и «вели», благо они звучали немного созвучно нашим. И что странно, Джереми понимал и даже внимал, а затем просил наших стражей выполнить. Хотела бы я знать, чем она его так прижала, почему он шелковый сделался?

Глава галисийского отряда, усмехался и даже не предпринимал попыток возражать деятельной сеньорите. Попробуй тут возразить, сметет как тайфун.

— Кажется, я задремала…

Оборачиваюсь и встречаюсь взглядом с настоящей сеньоритой Фалькони. Наконец-то могу ее рассмотреть.

Высокая, худощавая девушка лет двадцати пяти. У нее очень выразительные глаза, светло-карие, в обрамлении темных ресниц они казались еще больше. Сеньорита улыбнулась, и на щеке появилась умилительная ямочка. Темные волосы за время отдыха растрепались, и волнами ниспадали по плечам.

Больше всего заинтриговал ее наряд. Никогда подобного не видела. Темная блуза с пышными рукавами и весьма смелым вырезом медленно переходила в юбку, которая и юбкой скорее всего не была. Нет, это определенно штаны, просто достаточно широкие, чтобы маскироваться под юбку. Тонкую талию обвивал широкий коричневый пояс. Изящно, удобно и со вкусом.

— Похоже зрение наконец-то к тебе вернулось, — сообразила купчиха.

— Это мазь сработала, от шишки почти ничего не осталось. Травки Радужного леса творят чудеса.

— И правда, — согласилась девушка, взглянула на Ральфа, просто взглянула, даже слова ему не сказала, но страж мигом освободил для нее место. — Ты готовишь?

— Как видишь, приходится, а то меня вчера кашей потчевали по-солдатски. Жуть! С одной стороны, недоварено с другой — подгорело. Чтобы так испортить блюдо нужно хорошенько постараться…

Лаура улыбнулась и осведомилась:

— Помочь чем-нибудь?

Я невольно покосилась на холеные ручки девушки и мотнула головой.

— Нет, я уже закончила.

— Ты не думай, я умею…

— Лау… Филиппа, я не сомневаюсь, но ты и без того очень сильно мне помогла. Давай хотя бы от этой рутины я тебя избавлю.

Обед как-то постепенно перерос в ужин. Галисийцы присели к нашему костру и с удовольствием отведали моей стряпни. Рустам неведомо каким образом очутился подле воительницы Фалькони. О чем они беседовали я не слышала, но сеньорита рыцарь улыбалась. Не моргнув глазом, она смела двойную порцию моей стряпни, похвалила, а затем велела поделиться запасами. Я думала там ничего особенного, но на столе появились соленья, свежие фрукты, мясо и даже копченная колбаска со специями, такую только на ярмарке можно купить. Как по мне — это уже настоящий пир.

Лаура же выхватила для нас тарт Сантьяго. Невероятно вкусный хрустящий пирог с орехами.

— Ничего вкуснее не пробовала, — призналась соседке, уминая второй ломтик размером с мою ладошку.

Лаура глядела на меня с усмешкой, а вот дуэнья, сидя по другую сторону шипела рассерженной змеей.

— Леди Вержана, будьте сдержанней. Вы же на людях!

Надо признать в этом море простых людей Мелисса сохраняла аристократическую осанку и манеры. Оттого ее трапеза настолько затянулась, что каша давно остыла, а пирог мы с Лаурой слопали настолько быстро, что компаньонке и попробовать не досталось.

— Ага, только в большой семье — клювом не щелкай. Мужчины сейчас все сметут, а вы Мелисса останетесь голодной.

Леди окинула взглядом сотрапезников, вздохнула и принялась накладывать снедь в свою миску. Посуда была маленькой, а жадность — наоборот, потому в мгновение ока все пространство оказалось занято бутербродами, колбасками и прочими вкусностями.

И все бы ничего, но это дело заметила сеньорита рыцарь.

— Вот что бывает, когда хочется всего побольше и сразу! Ох, как я ее понимаю, — дама отсалютовала моей дуэнье вилкой. — Приятного аппетита, милочка!

Мелисса очутилась под пристальным взглядом мужчин. Вся такая худенькая, изящная и с полной тарелкой колбасок, щеки девушки мигом заалели.

— Что она сказала?

— Пожелала приятного аппетита.

— И все? — Мелисса смотрела недоверчиво.

— А еще разделила вашу тягу к вкусному.

— Но они смеялись… — она поникла.

— Просто вы очень мило краснеете, леди Реймс, — широко улыбаясь к нам подсел Джереми. — Приятного аппетита.

Дуэнья чуть было не подавилась и покраснела еще сильнее.

Барлоу перевел взгляд на меня.

— Значит вы, леди Вержана, умеете готовить?

— Разумеется, не велика наука.

— И полевую кухню знаете.

— В последние годы я постоянно ездила с торговым караваном в Прелес. Чтобы не быть обузой, я освоила полевую кухню. Вот и весь секрет.

— Ярмарки? — Барлоу воззрился на меня как на восьмое чудо света.

— Ага, надо же было на что-то жить, вот мы продавали товары местного производства.

— А как же содержание?

— Думаете оно было? — задала вопрос в пику ему.

Мужчина одарил меня невольным взглядом.

— Но я видел книги в вашем доме!

— Леди Вилая писала всем знакомым, а также рассылала письма в школы и академии с просьбой поделиться учебной литературой. Все, что вы видели — это пожертвования.

Тишина стала мне ответом. Граф только глазами хлопает, а Мелисса смотрит так жалостливо, будто вот-вот заплачет.

— Ну, чего вы так