Как стать героем - Вячеслав Козырев

Только вчера один такой глазастый отсюда неподалеку пузыри пускал. До чего накачался, что решил по воде, словно по дороге, пойти прогуляться. Русалочки-умницы давай его выпихивать, а он уперся и ни в какую. Как раскричался на всю речку: «Девочки. Я с вами. Буду самым главным дельфином». А сам лыка не вяжет. Плавники все у себя искал. Пришлось этому, «бутылконосому», по щекам хвостом нахлестать, тогда немного очухался. А тут, как на грех, жена его по воду пришла. Видит, муженек-то в воде, с русалками вперемешку, и в крик: «Спасите, люди добрые. Помогите». Мужик-то сразу протрезвел. На берег выкарабкался, и что ты думаешь? Правильно. Бросился к своей законной половине к давай ей врать, что его, мол, эти соблазнительницы заманили, с ног сбили, в воду затащили, утопить хотели, но он им, уродинам, не дался. Лишь одну тебя люблю, а этих — только на сковородке. Теперь в деревне разговору будет на месяц.

Санька посмотрел на играющих в воде русалок.

— Может быть, и так, — неуверенно проговорил он. — Они, конечно, ничего, симпатичные. Но мне идти надо, царь ждет. Нечего время зря терять.

«Задание я выполнил, уж теперь-то царь будет доволен. Пора о деле поговорить», — размышлял Санька, барабаня по воротам.

Однако он опять размечтался раньше времени. Из бойницы соседней башни выглянуло угрюмое лицо советника.

— Как там Водяной поживает? — недружелюбно полюбопытствовало лицо, со злостью разглядывая вернувшегося живым и невредимым посланника.

— Нормально. Кувшинки пересчитывает. Открывай давай. — Паренек развернулся спиной к воротам и принялся колотить по ним ногой, подняв ужасающий грохот.

— Кончай безобразничать! — завопил Хряк. — Стража, взять его — и под замок!

Ворота отворились, из них выскочили три стражника, больше смахивающих на небольших гиппопотамов, чем на воинов, и дружно затопали к возмутителю спокойствия, выставив вперед пики. Увидев это воинство, Санька сразу понял, что перед ним опять-таки не дружинники Липуни, а люди советника.

— И чего он ко мне привязался? — вздохнул молодец и начал медленно пятиться назад, затем неторопливо побежал. Это подбодрило нападавших, и они добавили прыти, пытаясь догнать и окружить паренька. Он слегка прибавил, делая большой круг. Стражники, сопя от усердия, тоже поднажали, постепенно вытянувшись гуськом. Санька вернулся к воротам и резко развернулся лицом к преследователям.

Бежавший первым широкомордый детина ткнул в него пикой, но промахнулся и, потеряв равновесие, споткнулся. Голова его воткнулась в щель между створками, где и застряла. Второй стражник, громко сопя и задыхаясь от такого забега, оказался удачливее и попал в цель. Правда, не туда, куда целился, а чуток пониже — первому в зад. Пострадавший взвыл и, вывернувшись, с размаху опустил свой щит на голову растяпы. Тут наконец-то подоспел третий, самый толстый, самый неповоротливый стражник, и, не сумев затормозить, со всего маху врезался в первых двух. Раздался оглушительный грохот, вопли и ругань. Перед воротами образовалась небольшая свалка из рук, ног и доспехов. Хряк взвыл от злости.

Санька стоял рядом, задумчиво разглядывая эту симпатичную картину.

Берендей в это время поднимался на крепостную стену. Услышав шум, он подскочил к бойнице и выглянул наружу:

— Что, где, почему? — но, увидев кучу мала и рядом Саньку, упер руки в боки. — Опять хулиганишь?

— Ничего подобного. Пытаюсь пройти для доклада. Водяной привет передавал. Сказал, на завтра сапоги готовь, дождик пройдет.

— Ты чего несешь?

— Вот и я удивился, при чем тут погода. А он говорит, что ты у него уже третий раз прогноз узнаешь.

Берендей пожевал губами, посчитал в уме. Действительно, Хряк посылал на верную гибель двоих смутьянов, и те сгинули, а этот, вишь, вернулся. Не сработало колдовство.

Советник тем временем вихрем взлетел на стену, подскочил к царю и настойчиво потащил его прочь, погрозив молодцу кулаком.

— Царь-батюшка сейчас отдыхать идут, а ты домой отправляйся, завтра будет тебе новое задание.

Санька шел домой, задумавшись о том, что все это очень странно. Берендей совершенно не желаете ним разговаривать. Советник постоянно ставит палки в колеса и скорее всего опять даст какое-нибудь идиотское поручение. Этак он никогда не узнает, какое же тут Зло объявилось, а если и узнает, то не будет ли слишком поздно?

Задачка, похоже, оказалась ему не по зубам; зря Кащей на него понадеялся. Это было как-то даже обидно, и парнишка размашисто шагал, невнятно бормоча ругательства и дергая головой. Редкие прохожие шарахались в сторону, что также раздражало. Но было еще что-то такое, от чего становилось и вовсе неуютно.

Он резко остановился и осмотрелся вокруг. То, что он увидел, настроения не прибавило. Во-первых, забрел неизвестно куда. Во-вторых, совершенно не представлял, как отсюда выбраться. Два тупика, куча высоких заборов. Возле одного из них что-то жгли — к небу тянулся серый дым.

Прикинув, где примерно может находиться его дом, парнишка повернул обратно. Проплутав еще немного, он вновь огляделся. Впереди засияли маковки царского дворца. Санька хотел шагнуть в этом направлении, но замер: из зарослей крапивы вверх поднималось знакомое серое облачко.

Санька насторожился, но виду не подал, а, небрежно насвистывая, зашагал к дворцу. Выйдя на площадь, он резко повернул, краем глаза посмотрев назад. Настырный дым двигался следом.

«Похоже, за мной шпионят. Интересно кто? Что, если это злые силы узнали, кто я такой, и решили расправиться? — От такого неожиданного вывода ему стало не по себе. — Баюн говорил, если понадобится, то Василиса поможет. Да и Липуня может чего-нибудь умного подсказать. Однако сразу сейчас к ним пойти нельзя, об этом тотчас станет всем известно. Хорошо, устроим маленькое представление».

Он остановился, задрал голову вверх, закатил глаза и, подвывая, затянул гнусавым голосом:

— Призываю силы небесные, дабы поразили они все ту маны стелющиеся, а через них и врагов моих невидимых.

Дым задрожал и моментально растаял в воздухе.

— Так, от ищейки избавились на время. Теперь нужно Липуню и Василису отыскать. Сначала домой, в этом деле без Домового не обойтись.

Парнишка прибавил шагу и вскоре открывал дверь в свою избу:

— Ау, люди!

Из-под печи показалась заспанная голова Домового:

— Чё случилось?

— Срочно разыщи воеводу и царевну. Но так, чтобы ни одна собака не пронюхала. Встречаемся у Лени.

— Усе исполним, и в лучшем виде, — лихо отрапортовал Домовой и исчез.

Выйдя за ворота крепости, Санька направился к знакомой хибаре. Здесь было по-старому, словно он никуда и не уходил. Леха все так же лежал на своей лавке и глядел в потолок.

— Все лень?

— Лень — двигатель прогресса. Вот новое заклинание придумал. — Леха произнес коротенькую фразу, и вмиг не большой смерч вымел весь сор из избы. Правда, исчезла и последняя корочка хлеба, одиноко лежавшая на столе.