Фальшивый принц - Дженнифер А. Нельсен

Когда меня уложили в постель, Эррол попытался заняться моей спиной, но делал это так неуклюже, что я активно сопротивлялся, а когда проснулся, оказалось, что рядом сидит Имоджен.

Я пробормотал приветствие. Она взглядом показала, что в комнате Эррол, он стоял у стены и выглядел сердитым. Я закрыл глаза и снова заснул.

Когда я проснулся в следующий раз, Имоджен влажной тряпкой протирала мне лицо. За окном стало темнее, хотя огней еще не зажигали. Я осмотрелся кругом, мы были одни.

— Где Эррол? — спросил я.

— Его нет. Пока что.

— Так тебя из кухни отправили прямо сюда?

— Никто больше не захотел идти после того, как Эррол рассказал, сколько с тобой проблем.

— Он мне только больнее делал.

Она нахмурилась.

— Я постараюсь быть аккуратнее. Дай взглянуть.

— Не надо. Если выглядит плохо, тебе придется лить туда эту гадость.

— Эта гадость спасет от инфекции. — Она помогла мне перевернуться на живот, подняла рубашку и сдвинула повязку. Она молча смотрела мне на спину. Казалось, она даже не дышит. — Ах, Сейдж!

— Всего лишь ссадина…

— Выглядит она ужасно. Еще и синяки… — Она осторожно провела пальцами по моей спине.

— У тебя руки холодные, — пробормотал я.

— А у тебя кожа горячая. — Она размотала повязку. — Рана затянулась, это хорошо, но все же надо ее промыть дезинфицирующим раствором.

Я зарычал и зарылся головой в подушку. Она смочила полотенце и протерла мне спину, стараясь причинить мне как можно меньше мучений. Наконец она закончила и, пока я восстанавливал дыхание, сделала мне новую повязку.

— Слуги говорят, ты сделал это из-за какого-то камня, — сказала она. — Нас заставили искать его повсюду, но никто не смог найти. Куда ты его дел?

— Что тебе обещали за мой ответ?

Имоджен отпрянула, обиженная:

— Я не шпионка. Я просто спросила.

— Если бы ты узнала, где камень, они попытались бы выведать у тебя ответ.

— Ты единственный в целом мире, для кого этот камень что-то значит.

— Это золото.

— Что бы это ни было, глупо было бросать вызов Коннеру.

— Осталась неделя. Потом все изменится.

— Ты ничему не научился в подземелье? Ничего не изменится, пока ты живешь по правилам Коннера. Тебе надо придумать, как выбраться отсюда.

— Если он выберет меня, я мог бы и тебя отсюда вытащить.

Она помолчала, потом сказала:

— Ты не в себе от истощения.

— Это не так.

— Так, — настаивала она. — Сейдж, это так, поверь мне.

— Когда я стану принцем…

— Какой бы титул тебе ни присвоили, ты всегда будешь слугой Коннера. Ты всегда будешь принадлежать ему и не сможешь принимать решения. Но хватит об этом, тебе надо поесть. Ты можешь сесть?

С помощью Имоджен я кое-как сел. Она предложила покормить меня, но я сказал, что попробую сам.

— Став королем, я мог бы провести Коннера, — сказал я, съев пару ложек теплого овощного супа. — Освободиться от его влияния. Тогда ты могла бы…

Тут в комнату вошли Тобиас и Роден. Они остановились в дверях и изумленно таращились на меня.

— Думали, не увидите меня больше? — спросил я.

— Это как покойника увидеть, — сказал Роден.

— Мы не думали, что Коннер вернет тебя сюда, — сказал Тобиас. — После того, что ты сделал.

— Значит, нормально, что он крадет у меня, и ненормально забрать это назад?

Они не ответили и уставились на Имоджен, явно желая, чтобы она ушла, прежде чем они скажут что-то еще. Я доел суп и вернул Имоджен тарелку. Она холодно кивнула, забрала ненужные вещи и быстро вышла из комнаты.

— Все равно тебе теперь бесполезно и пытаться, — сказал Тобиас, садясь за стол. — Ты пропустил столько занятий, что не сможешь догнать нас. Даже Родена. Коннер выберет меня.

— Откуда ты знаешь? — спросил я.

— Нет, это правда, — подтвердил явно испуганный Роден. — Сегодня за ужином Коннер ясно дал понять, что я разочаровал его, а ты ненадежен. Про Тобиаса он ничего не сказал. Если бы с ним тоже были проблемы, Коннер сказал бы.

— Тобиас недостаточно силен, чтобы стать королем, — возразил я. — Мы с тобой показали себя. А он?

— Я тоже себя покажу. — Тобиас уже покраснел, и я подозревал, он станет еще краснее, когда закончит. — Можете не сомневаться — и не стойте у меня на пути.

Притворившись, будто не заметил его угрожающего тона, я прислонил голову к стене:

— Значит, у тебя есть шанс. Будь сильным. Будь смелым. Покажи ему свои записки. Покажи, чтобы доказать, каким ты стал умным.

Тобиас быстро взглянул на свою стопку бумаг. Он беспокойно наморщил лоб и спросил:

— Ты залезал в мои бумаги?

— Какой мне от них прок? Я просто решил, что записи покажут результат твоего обучения, докажут, что у тебя есть собственные планы.

Тобиас быстро схватил бумаги и бросил в огонь. Он подошел к моей кровати и, ткнув пальцем мне в лицо, прокричал:

— Ты думаешь, ты такой умный, — а будешь состязаться со мной, поймешь, как ты глуп!

— Я никогда не отрицал, что я глуп, — ответил я, ложась на постель. — В этом вся разница.