Системный властелин - Сергей Слюсаренко

Ранний сентябрь в Киеве, как правило, мягок и добр. Еще совсем зеленые каштаны создают видимость лета, но нет зноя и летней туристической суеты в городе. Можно пойти на собрание даже в пиджаке, придав себе солидный вид. У входа в Дом учителя кучковался разношерстный народ. Пройдя регистрацию прямо у входной двери, я углубился внутрь шикарного здания штучной, не нынешней работы. При регистрации выдали пластиковую папку с надписью «Шестнадцатый городской слет кандидатов в президенты Украины» и бедж, где значилось – Анастас Пархоменко. КАНДИДАТ.

На мое возмущение регистраторша отреагировала спокойно: «Ну, опечатка, вас тут много, а я одна верчусь. Вот вам пустой бланк, заполните ручкой». Писать ручкой мне не хотелось, и из принтера на столе поползла череда беджей, где была написана моя фамилия. Взяв первый, где все было указано правильно, я оставил регистраторшу наедине с принтером читать все остальные. Я там был представлен как покоритель туманных гор и как молодой гвардеец пятилетки, как младший сержант и как студент, как командир студенческого стройотряда «Спадчина» и как аспирант. Да мало ли кем я был в своей жизни. Девица сначала с ужасом выключила компьютер, потом принтер. Когда и это не помогло, она вытащила шнур из сети. Сразу по сотовому ей позвонил самый главный ее начальник и выругал за то, что она выключила оборудование. При новой же загрузке ее компьютера появилась надпись «Еще раз скажешь: вас много, а я одна, – с тобой будет так же!» После чего компьютер тихо хрюкнул и задымился. Не люблю я заносчивых девиц-регистраторш.

К моему удивлению, зал был полон, но кандидаты с красными беджами попадались достаточно редко. Человек пятьдесят. У остальных были странные титулы – «Группа поддержки такого-то». Услужливые очки нашептывали мне:

– Порось Бардресюк. Начинал комсомольским секретарем в райкоме. Потом, достигнув партийного возраста, попал в отдел по распределению жилья в Сталинском районе Киева. За квартиры брал крупные взятки, однако щедро делился и дошел до высоких постов в городской администрации. В настоящее время ведает бюджетными инвестициями в горжилстроительстве. Характеристика из старого кагэбэшного дела – глуп, нагл, но труслив.

– Наталья Тарашко. Бывший администратор харьковского гастронома «Спутник». Быструю карьеру сделала в период развития кооперативов, продавая им продукты по рыночным ценам и делясь с высшим руководством торга, чем обеспечивала бесперебойные поставки именно этих продуктов в свой гастроном. Во времена повального дефицита в магазинах и безумных цен на рынке это был неплохой бизнес. После коллапса системы была избрана в депутаты и возглавляла комитет по продовольственной проблеме. Исчезновение многомиллионной гуманитарной помощи – ее рук дело. Из досье – имитирует левые взгляды. Истерична, глупа и впечатлительна. Симулирует покушения.

– Иоанн Рвач, поэт. Пожизненный председатель Союза писателей. Стал членом союза при советской власти за цикл стихов о современных вождях партии и правительства. В официальной прессе именуется главным поэтом страны. Из трехсот экземпляров его книг за последние двадцать лет продано три. После коллапса впал в глубокий национализм и претендует на роль чести и совести эпохи. Не умен, амбициозен, лжив.

– Ралиса Скорняжик, профессиональная несоглашательница с властями. Академик. По образованию – прораб. Имеет диплом подольского ПТУ. В период становления независимой Украины возглавляла активное крыло политэкономистов и реконструкторов. Была инициатором движения отказников от материальных благ ради процветания страны. Пользуясь положением руководителя этого движения, торговала стройматериалами, покупая их по ценам тысяча девятьсот тринадцатого года. Дура.

Я увидел еще как минимум троих кандидатов – из писателей. Что-то письменников во власть тянет... Хотя они никогда и ста голосов ни на каких выборах не набирали...

Ага – это уже фигура посерьезней:

– Володемар Жищенко. Главный оппонент. Бывший заведующий овощной базой, бывший председатель колхоза. Окончивший с грехом пополам институт народного хозяйства и ударившийся в комсомольскую работу по хозяйственной линии. Там и продвинулся. Благодаря родственным связям второй жены заручился поддержкой иноземного капитала и продал полстраны, но был уличен и свергнут недавно с высших госдолжностей. Однако и это сыграло ему на руку – теперь он, в ранге страдальца за благо державы, хорошо припрятав украденное в годы бытности суперинтендантом Украины, с радостью принял предложение стать зиц-председателем партии оппозиции. Фигура формальная, являющаяся просто прикрытием реальных кукловодов. Жаден, труслив и недалек. Любит покрасоваться.

И так далее... Ну и зоопарк. Хотя почему зоопарк? Животные не лгут. Раздался звонок – нас приглашали в зал.

Заседание открывал сам спикер Рады. Он пожелал всем успехов в борьбе за высокое звание и, передав ведение собрания невзрачному мужичку, незаметно исчез. Я не разобрал его фамилии, однако система моментально передала информацию.

– Андрей Шакваидзе. Формально – зав. отделом социологии Московского института истории социума. Реально – главный организатор блестящей победы российского императора Изяслава три года назад. Нынче приглашен действующим президентом Украины Иваном Петровым как консультант.

Во как. Видно, послал Иван Петров присмотреться – кто здесь и что... Ах, неосторожно я с принтером выступил.

Ведущий передал слово председателю счетной комиссии, и тот кратенько, за час, отчитался о проделанной работе. О повышении качества кандидатского контингента и автоматизации производства. Потом он уделил внимание повышению... И тут мне надоело. Не стесняясь и наступая на ноги, я пошел к выходу. Сколько лет я не посещал подобные шабаши и по простоте душевной считал, что унылый официоз ушел вместе с последним престарелым генсеком и гала-концертами разрешенных певцов.

В фойе меня неожиданно окликнули:

– Александр Андреич, можно вас на минутку? – Это был Андрей Шакваидзе. – Я хотел бы с вами поговорить приватно.

– Отчего же нет? Извините, не запомнил вашего имени-отчества, – ответил я.

– Андрей Магрибович, к вашим услугам. Что же вы так, Александр Андреич, в президенты собрались, а память слабая? – По-моему, он хотел пошутить. – Давайте поговорим в кабинете, только не здесь, поехали в Администрацию, там и уютней, и мешать не будут.

Я возражать не стал.

У Шакваидзе был скромный «фордик». Он сам сел за руль и в течение нескольких минут домчал нас до Банковой. По дороге он был молчалив, только иногда кратко комментировал поведение киевских водителей. На Банковой, под салюты охраны, машина проехала до самого подъезда с лабрадоритовыми шарами по краям ступеней.

В кабинете консультант, вальяжно развалившись в модерновом кожаном кресле и скрестив руки на груди, без всяких предисловий начал разговор о главном.

– Я хотел поговорить с вами как с единственным атипичным кандидатом. Вы, как я понимаю, действительно решили играть в избирательные игры?

– Я бы немножко по-другому сформулировал это – я собираюсь быть избранным в президенты. Украины.