Тебя уволят, детка! - Влада Южная

Как назло, вечером пришлось задержаться, так как отчеты требовались «очень срочно», поэтому на сорок минут позже положенного я выползла из офиса, ощущая себя выжатой, как лимон. Стоянка почти пустовала – все уже разъехались по домам. Бабуля пряталась за спиной, как будто почувствовала мое плохое настроение. Увидев мужскую фигуру у мотоцикла, я тихонько застонала. Что этому козлу от меня надо? Мало вчерашнего?

Ден, видимо, успел уже переодеться после работы, так как красовался в куртке и джинсах. Он стоял, прислонившись бедром к своему «байку» и сложив руки на груди.

– Здравствуй, Вика! – серьезным тоном поприветствовал, когда я проходила мимо.

Я молча подняла руку и показала ему средний палец, решив не тратить время на пустые разговоры. Неужели он думает, что кинусь любезничать? После того как он шептал мне какую-то ересь, а потом свалил со своей подружкой, будто по пятам за ним волки гнались?

– Ты сегодня трезвая? – с издевкой спросил Ден, когда я поравнялась с ним.

Игнор. С моей стороны он получит только это. Или оплеуху, если попробует полезть снова.

Я миновала Дена и уже отошла на несколько шагов, когда за спиной прозвучал его голос.

– Я знаю, что такое «оша».

Я остановилась так резко, что каблуки заскрежетали по асфальту. Повернулась, не веря своим ушам. Ден стоял в прежней позе. Он не улыбался.

– Что? – я не поленилась вернуться, чтобы заглянуть в его глаза.

– Я знаю, что такое «оша», – спокойно повторил он. – То есть бред, конечно… но я уверен, что это так.

– И что это такое? – Я зажала сумочку под мышкой и подбоченилась свободной рукой.

– Э, нет, – твердо произнес Ден. – Если мне придется помогать тебе, я хочу для начала услышать одно слово.

Я подняла брови в притворном изумлении. Он скептически покачал головой.

– Не догадываешься? Начинается на букву «и» и заканчивается тоже на букву «и».

– И-ди… – медленно протянула я, словно угадывала на ходу, – в… задни…

– О’кей, – Ден картинно вздохнул. – Пока, Вика.

Он повернулся, перекинул ногу и уселся на мотоцикл, сделав вид, что собирается завести мотор.

Я скрипнула зубами.

– И почему я должна от тебя зависеть?! За что я так наказана?! Ты идиот!

Ден пожал плечами и все-таки запустил двигатель.

– Хорошо! – Я схватила его за локоть, будто могла удержать, если бы он рванул с места. – Подожди.

Ден заглушил мотор, но слезать с мотоцикла не торопился.

– Почему это я должна говорить тебе «извини»? И за что? – возмутилась я. – За то, что ты зажимал меня в лесу, испортил мою репутацию в глазах Антона и вообще вел себя по-свински?!

– Ну, если ты не понимаешь… – его рука снова потянулась к ключу.

Гад! У меня просто слова для его характеристики уже закончились! Я едва удержалась, чтобы не топнуть от негодования ногой. Бабуля, будь она неладна, все это время кружила вокруг нас. Сколько нового узнала за последние дни старушка…

– Извини, – процедила я убийственным голосом, – что пыталась опозорить тебя вчера при твоих друзьях.

– Это ты про секс, который длился пять минут? – он слегка улыбнулся.

– Одну минуту! Он длился одну минуту! И даже меньше! И это я еще не сказала про твой крохотный член.

– О, крохотный член, – он сделал вид, что задумался, – вчера в лесу он тоже показался тебе крохотным?

Я сглотнула. Меньше всего мне хотелось обсуждать размеры его дурацкого члена. Мне нужно было узнать, что означает проклятая «оша» и избавиться от бабули! А Ден только и делал, что упивался выгодами своего положения.

– Нет, – выплюнула я. – Он был огромным как Пизанская башня. Ты доволен?

Ден слез с мотоцикла и опять сложил руки на груди.

– Прежде чем перейдем к главному, нам нужно обсудить ПДЛКНДД.

– Что?! – скривилась я.

– Правила Для Людей, Которые Ненавидят Друг Друга.

Я подняла глаза к небу.

– О, Господи! Пошли мне сил вынести этого придурка! Ну какие еще правила?

– Во-первых, никогда больше не называй меня придурком, идиотом и любыми подобными словами. У меня есть имя, – отрезал он.

Я с шумом выпустила воздух из легких. Придурком могу продолжать называть его мысленно, и никто мне этого не запретит.

– А ты не смей называть меня стервой.

– Договорились, – кивнул Ден. – Также не смей никогда больше вспоминать прошлое, и особенно делать это при посторонних.

– А ты не смей выставлять меня алкоголичкой! Не смей постоянно говорить обо мне гадости! Что ты сказал Антону? – я пронзила его взглядом. – Когда я вернулась, вы с ним разговаривали. После этого он едва на меня смотрел. Что ты ему наплел?

Брови Дена нахмурились.

– Сказал то же самое, что и тебе. Что вы друг другу не подходите.

Я издала стон ненависти.

– Это не тебе решать!

Проигнорировав мои возмущения, Ден вдруг схватил меня за руку и дернул на себя. Я повалилась на его твердую грудь, одновременно ощущая его губы у своего уха. Перед глазами пронеслись воспоминания прошлого вечера, когда он прижимал меня к дереву.

– И последнее. Если ты еще раз меня доведешь, – пробормотал Ден прямо мне в ухо, и в его голосе прозвучала угроза, – я тебя трахну. Я не остановлюсь на этот раз. Сделаю это, даже если ты будешь повторять «нет», как заведенная. Если захочешь снова меня дразнить, подумай об этом.

Он отпустил мою руку, и я тут же отпрыгнула обратно. Отвернулась, сделав вид, что рассматриваю стоянку, а на самом деле пыталась скрыть дрожь, которую породил в моем теле его голос. Меня пугали эти его новые замашки и попытки подавить. Невыносимо хотелось выглядеть в этот момент холодной и независимой, но не получалось.

– Да ты… – прошипела я.

– Правило номер один, – тут же отрезал Ден, как будто готовился к подобной реакции.

– Что ты о себе возомнил? – не сдавалась я. – После…

– Правило номер два.

Ч-ч-черт! Избавлюсь от бабули – запихаю ему эти правила в глотку так глубоко, как только смогу.

Я натянула издевательскую улыбку и смерила его с ног до головы взглядом.

– И правило номер три, – темные глазищи Дена сверкнули.

– Что? Даже и улыбаться нельзя?

– Так, будто бросаешь мне вызов, – нет. Только смиренно и вежливо.

– Смиренно… – я едва не задохнулась от негодования.

– Ладно, – Ден смягчился и даже погладил меня по щеке. Я отбросила его руку, правда, сдержала все, что крутилось на языке. – Мне тоже стоит извиниться. Я не должен был озвучивать то, что ты сказала Алине. Про отморозков, которые к тебе приставали. Просто в тот момент меня поразило, с какой легкостью ты отмела более страшные вещи и выбрала привидение. Как будто то нападение не задело тебя. Хотя по разговору с Алиной я слышал, что задело.