Бог-Император Дюны - Фрэнк Герберт

— Как вы в действительности выглядите? — спросил Айдахо. — Что это за тело червя, о котором твердили тлейлаксианцы?

— Когда-нибудь я буду выглядеть как настоящий песчаный червь. Метаморфоз не закончен и продолжается.

— Что вы имеете в виду под настоящим червем?

— У него увеличится количество ганглиев, которые сообщат червю человеческое сознание.

— Нельзя ли зажечь здесь свет, я хочу посмотреть на вас.

Лето дал команду, и помещение было тотчас залито ярким светом. Черные стены и пучок света, сфокусированный на живом Боге, — тело Лето стало видимым во всех мельчайших деталях.

Айдахо вперил недоуменный взор в разделенное поперечными полосами тело червя, на котором выступали едва заметные рудименты рук и ног. При этом один из них был заметно короче других. Он снова посмотрел на остатки конечностей, потом поднял глаза и увидел розовое лицо, которое выглядело довольно нелепо на фоне огромного тела.

— Я предупреждал тебя, Дункан.

Айдахо от изумления потерял дар речи.

— Зачем это нужно? — спросил за него Лето.

Айдахо кивнул.

— Я все еще Атрейдес, Дункан, и уверяю тебя, что Для этого были очень веские причины.

— Но что…

— Об этом ты узнаешь в свое время.

Айдахо молча покачал головой..

— Это не слишком приятное откровение, — сказал Лето. — Сначала ты должен узнать более важные для себя вещи. Положись на слово Атрейдеса.

На протяжении столетий Лето убедился в том, что Упоминание о верности Атрейдесам безотказно гасило все вопросы Айдахо. Сработало и на этот раз.

— Значит, я снова призван на службу к Атрейдесам, — Сказал Айдахо. — Это мне знакомо, не так ли?

— Во многом да, мой друг.

— Для вас я старый друг, но для себя самого… Как я буду служить?

— Разве тебе не рассказали об этом Говорящие Рыбы?

— Они сказали, что я буду командовать элитной гвардией, набранной из них. Этого я не понял. Что, армия состоит из женщин?

— Мне нужен верный товарищ, который командовал бы армией. Ты возражаешь?

— Но почему женщины?

— Между полами существует большая поведенческая разница, и поэтому женщины особенно ценны в роли гвардейцев.

— Вы не ответили на мой вопрос.

— Ты полагаешь, что они не подходят на эту роль?

— Некоторые из них выглядят весьма крепкими, но…

— Но другие проявили непозволительную мягкость, не правда ли?

Айдахо покраснел.

Лето нашел эту реакцию очаровательной. Дунканы оставались одними из немногих в эти времена, кто сохранил способность краснеть. Все это было понятно и объяснимо — Айдахо прошел курс обучения в те времена, когда были иные понятия о чести — он был настоящий рыцарь.

— Я не понимаю, почему вы доверили женщинам охранять свою жизнь? — Кровь медленно отхлынула от его щек. Он взглянул в глаза Лето.

— Но я всегда доверял им так же, как доверяю тебе, — я доверяю вам свою жизнь.

— От какой опасности мы должны вас охранять?

— Тебя введут в курс дела Монео и Говорящие Рыбы.

Айдахо переминался с ноги на ногу, тело его дрожало в такт бешеному сердцебиению. Он лихорадочно озирался, осматривая блуждающим взглядом стены и потолок маленького помещения. Внезапно он принял решение и посмотрел в лицо Лето.

— Как мне обращаться к вам?

— Ты согласишься называть меня Господь Лето?

— Да… господин, — Айдахо, не отводя взор, посмотрел в голубые фрименские глаза Лето. — Правду ли говорят Рыбы, что… вы храните множественную память… память о…

— Да, мы все здесь, Дункан, — теперь Лето говорил голосом своего деда с отцовской стороны, потом:

— Здесь даже женщины, — теперь звучал голос бабки Лето по отцовской линии.

— Ты их знал, а они знали тебя, — сказал Лето.

Дрожа всем телом, Айдахо перевел дух.

— Мне потребуется какое-то время, чтобы к этому привыкнуть.

— Моя реакция была поначалу точно такой же, — отозвался Император.

Айдахо разразился хохотом. Лето подумал, что его намек вряд ли мог быть поводом для такого безудержного смеха, но ничего не сказал.

Успокоившись, Айдахо заговорил:

— Ваши Говорящие Рыбы должны были привести меня в хорошее расположение духа?

— Они преуспели в этом, не правда ли?

Дункан внимательно присмотрелся к лицу Императора, узнавая в нем отчетливые черты Атрейдесов.

— Вы, Атрейдесы, всегда хорошо понимали, чем можно меня расположить к себе, — сказал Айдахо.

— Вот так-то лучше, — похвалил его Лето. — Ты начинаешь понимать, что я не один Атрейдес, а все они вместе взятые.

— Это когда-то говорил мне Пауль.

— Я говорю то же самое! — этого человека могли убедить только голос и интонации Пауля Муад'Диба.

Айдахо судорожно глотнул и повернулся к двери.

— Вы что-то отняли у нас, — проговорил Айдахо. — Я это чувствую. Монео, женщины…

Мы против вы, подумал Лето. Эти Дунканы всегда, что бы ни происходило, берут сторону людей.

Айдахо вновь посмотрел в лицо Лето.

— Что вы дали нам взамен?

— Мир Лето во всей Империи!

— И я вижу, что все счастливы до блаженства! Именно поэтому вы нуждаетесь в личной охране.

Лето улыбнулся.

— Мой мир усилил спокойствие, а люди всегда восстают против спокойствия.

— И кроме того, вы даете нам Говорящих Рыб.

— И иерархию, которая определяется людьми безошибочно.

— И женскую армию, — процедил сквозь зубы Айдахо.

— Это сила, способная обуздать мужчин, — заметил Лето. — Секс всегда был средством подчинить себе агрессивность мужчины.

— Именно этим они и заняты — смирением агрессивности?

— Они предотвращают и сглаживают инциденты, которые в противном случае могли бы привести к еще большему насилию.

— И это вы заставили их поверить в вашу Божественность? Я бы не сказал, что мне это нравится.

— Путь святости для меня не менее тяжел, чем для тебя.

Айдахо нахмурился. Он ожидал совершенно иного ответа.

— Какую игру вы ведете, Господь Лето?

— Очень древнюю, но по новым правилам.

— По вашим правилам!

— Ты хочешь, чтобы я снова позволил устанавливать правила ОСПЧТ Совету Земель и Великим Домам?