Любовь к драконам обязательна - Марина Ефиминюк

- Обязательно, – соврала я, собираясь избавиться от сладкого, как только окажусь в коридоре. Даже продумала план. Надежнее всего было выйти на улицу и выкинуть сразу в тележку мусорщика. Они как раз в середине дня объезжали улицы.

В холле на самом видном месте висела большая афиша о том, что в субботу в центральном парке пройдет праздник «День влюбленных в драконов», а на ее фоне, сложив руки в замок, красовалась госпожа Паприка. И она меня перехватила прежде, чем я успела спрятаться:

- Тереза, превосходная идея встретить гостей с коробкой шоколада!

- Мы же им на праздник денег дали, - пробормотала я, осознавая, что если заговоренный шоколад попадет в рот градоначальникам, то в Аскорде случится большая беда. Страшно представить, кто в кого влюбится!

- Так пусть поймут намек, что если вас кормят шоколадом не из королевской кондитерской, то надо поменьше денег тратить.

Она ловким движением забрала коробку. Пока я щелкала клювом, пытаясь понять, как забрать сладкое, парадные двери торжественно распахнулись, и в контору вплыла делегация из пяти важных господ.

- Добро пожаловать в «Драконы Элроя»! – громко поприветствовала мадам Паприка.

И день завертелся, закружился. Я все пыталась не спускать с коробки глаз, а градоначальники с напыщенным видом уже входили в кабинет Элроя, обменивалась рукопожатиями и сыпали льстивыми комплиментами, видимо, извиняясь за возросшие траты. За всей этой суетой мне удалось коробку схватить, и я почти спряталась в стажерской комнатушке, как дракон громко вымолвил:

- Господа, Тереза мой личный судебный заступник и будет присутствовать на совещании.

Да чтобы вас всех приворожило к статуям в центральном парке!

Я развернулась на каблуках и широко улыбнулась:

- Еще раз добрый день!

На встречу приехали исключительно мужчины, и они расселись на кожаных диванах перед кофейным столиком. Было ясно, как божий день, что мне придется не только обслуживать народ, явно жаждавший чаепития в лучших традициях конторского гостеприимства, но и собственными руками травить приворотной магией. К слову, шоколадки уважаемые господа поглощали очень резво. Никого не смутило, что сладкое подали не из королевской кондитерской.

Слушать, на что гости подбивали дракона, с непроницаемым видом восседавшего в кресле, было некогда – я внимательно наблюдала, как холеные мужские руки бодро тянулись к коробке. По всему выходило, что если господа отправятся в Мэрию в одном экипаже и налюбуются друг на друга, то вскоре газеты взорвутся оглушительными любовными скандалами…

- Тереза, что скажете? - услышала издалека голос Элроя.

Я встретилась с шефом глазами. Он изогнул бровь, намекая, что не очень-то прилично заглядывать в рот чиновникам, так что пришлось налету согласиться, неважно что он предлагал:

- Отличная идея!

- Прекрасно, - сверкнул улыбкой Элрой, – значит, госпожа Амэт, завтра лично будет присутствовать на празднике.

Чего? Я только что согласилась работать в выходной. Опять?! Третья неделя подряд, как у ломовой лошади. К слову, а ломовых лошадей можно загнать до смерти?

Дополнительных денег дракон градоправителям не дал, вместо шиллингов подсунув личного стажера, для красного словца названного судебным заступником, и разочарованные визитеры устремились к выходу.

Едва я осталась в кабинете одна, как схватила коробку шоколадок и принялась пересчитывать.

- Я понял. Вы слишком любите сладкое, чтобы с кем-нибудь делиться, - раздалось из дверей насмешливое замечание Элроя, и злосчастная коробка выпала из рук. Конфеты поскакали по полу. Теперь, к моему облегчению, их действительно оставалось только выбросить.

- Простите. - Я присела на корточки и принялась собирать разлетевшиеся вкусности.

- Давайте помогу, – предложил шеф и принялся складывать шоколадки в ячейки. – Знаете, госпожа Амэт, вы с такой жадностью заглядывали им в рот, как будто они вас лично объели.

Не зная, как парировать убийственную иронию, я только пыхтела и молчала. Шоколад был собран. Мы схватились за коробку с двух сторон, одновременно потянули. Я недовольно подняла голову и вдруг едва не впечаталась в губы Элроя, так близко он находился!

- Мама родная! – отпрянула я, и конфеты снова покатились по паркету.

- Не падайте!

Элрой схватил меня за локоть, не давая кувыркнуться на спину. Некоторое время мы странно балансировали, а потом все-таки рухнули. Дракон как-то ловко сгруппировался, уперся ладонями в паркет и навис надо мной, словно коварный соблазнитель, добравшийся до невинной монашки. Ошарашенные конфузом некоторое время мы не шевелились. Я цепенела от осознания, что ко мне нижней половиной тела прижимался Элрой, а он, по всей видимости, от изумления, что в принципе валялся посреди собственного кабинета. Вряд ли до появления в его жизни личного стажера, он вообще обтирал полы конторы, как впрочем, любые другие полы, дорогим костюмом.

- Надо встать, - подкинул он здравую мысль.

- Да, пожалуй, - согласилась я.

Таннер откатился, выпрямился и подал руку.

- Поднимайтесь.

- Нет! – испуганно выпалила я. - Не надо мне помогать. Я сама как-нибудь…

Самой пришлось для начала снять туфли на высоких каблуках, а потом же, судорожно оправляя юбку, подняться. В отличие от меня, совершенно ошарашенной пережитой близостью крепкого мужского тела, Элрой сохранял видимую невозмутимость.

- У тебя в волосах… - Он протянул руку к растрепанной шевелюре, и я испуганно попятилась.

- Я за уборщицей!

Выскочила в приемную с такой проворностью, словно за мной гнался отряд из разозленных будущих жен дракона. Под озадаченным взором мадам Паприки, втихомолку почитывавшей детектив, оперлась о стол и перевела дыхание.

- Госпожа Амэт, у вас все в порядке? – уточнила она странным голосом.

- Все отлично! - нервно улыбнулась я. - Мы там шоколад просыпали… а потом еще разок. И растоптали. Пойду за уборщицей.

- Босая? - сухо заметила Паприка.

- Ах, это… - Я по–дурацки посмотрела на босые ноги в тонких чулках. – Знаете, я тут прочитала, что для ступней самое естественное состояние – это ходить без обуви. Вот решила попробовать.

- В конторе?

- Ну, по улице еще холодновато ходить босой.

- Осторожнее, – фыркнула она мне в спину, – в коридоре грязные полы.

- Ладно, вы правы! – обернулась я. – Можете одолжить на пять минут свои туфли? А то на моих сломался каблук. В смысле, оба каблука. Одновременно…

На лице Паприки появилось выражение искреннего, ничем не замутненного изумления. Вряд ли выщипанные брови могли заползти на лоб выше, а уж когда из кабинета вышел Элрой с туфлями, то у нее ещё и челюсть отвалилась.