Тень Кощеева - Татьяна Осинская

– Куда пойдем?

– Предлагаю прогуляться к морю.

– Я не против, только…

– Что?

– Кушать хочется, – смущенно призналась я.

– Меня радует твой аппетит, – улыбнулся Константин, поглаживая мою ладонь.

– Он есть всегда… Другое дело, что не всегда хватало времени и сил его удовлетворить, – сказала и тут же пожалела об этом. – Но меня все устраивает!

– Я учту, – кивнул царевич, и непонятно, к какой части фразы это относилось.

Дальше мы шли молча, каждый думал о своем. Не знаю, какие мысли в голове Кости вызывали хмурую складочку между бровями, я же размышляла о своем поведении и той легкости, что пришла на место застарелой боли от потревоженных воспоминаний. С одной стороны, это оказалось невероятным счастьем – сбросить груз прошлого и попробовать жить настоящим. Но с другой… Я не могла, не имела права забыть совершенные ошибки. А их на моем пути было очень много. Эта двойственность восприятия разъедала, мешая сосредоточиться на деле.

– Константин, когда мы приступим к поискам Источника?

– Мы в процессе.

– То есть?

– В первую очередь я решил проверить все волшебные места острова, среди которых был княжеский терем, ель с хрустальным домом, а теперь и берег моря, ближе всех подступающий к городской стене.

– То есть это не праздная прогулка по окрестностям?

– Скажем так, я совмещаю приятное с полезным. Нам сюда.

С этими словами царевич свернул к одной из построек, над которой висела вывеска «Веселая печка». Внутри было светло, несмотря на клонящееся к горизонту солнце. В центре зала стояла большая печка – белая, с изящным орнаментом по бокам и массивным дымоходом. Справа от нее стоял столик с пирогами и пирожками, а слева – самовар и кружки. По кругу от печки располагались столы со стульями, за которыми сидели посетители.

Приблизившись к столу с выпечкой, Костя вопросительно посмотрел на меня, предлагая сделать выбор. Вот зря он это! Пироги я любила, и очень. Особенно те, что готовила Скатерть-самобранка на поляне у девочек. Да и сами посиделки с долгими разговорами…

– Тенья?

– Прости, сейчас.

Выбрав пирог с мясом и несколько пирожков с ягодами, я положила их на тарелку и передала царевичу. Сама же взяла чай, от которого шел потрясающий аромат облепихи, и указала на столик поближе к окну.

– Расскажешь, что тебя опечалило? – спросил Кощей, когда мы устроились.

– Вспомнила Школу Сказок и девочек.

– Скучаешь по ним? Если захочешь, я организую вам встречу, когда вернемся.

– Не стоит, – невесело улыбнулась я, опуская голову. – Они даже не захотят со мной разговаривать.

– Пока не попробуешь – не узнаешь. Не грусти, душа моя. Все будет хорошо.

– Для кого-нибудь точно. Какие у нас планы? – решила я сменить тему.

– Для начала сходим на морской берег и полюбуемся на смену караула, а заодно проверим воду. Кто знает, может, Источник находится на дне. Если нет, тогда придется обследовать пещеры. В любом случае, если верить моим людям, он должен располагаться именно в этой части острова.

– А что, если Источник все же внутри терема?

– Не переживай, разберемся. Сейчас главное не привлекать к себе лишнее внимание.

– Считаешь, наши прогулки по берегу и пещерам не заинтересуют стражу?

– Заинтересуют, но… Мы с тобой молодожены, душа моя. Нам можно искать укромные уголки, чтобы побыть вдвоем.

Это было сказано так, что я невольно покраснела, опуская взгляд на скатерть. Знала, что Костя поддразнивает меня, специально вызывая эмоции, но ничего не могла с собой поделать. Из-за обновленного заклинания чувства брали верх над разумом, заставляя вести себя импульсивно.

– Мне нравится, как ты краснеешь.

– Поэтому ты все время говоришь и делаешь возмутительные вещи?

– Например?

– Например, в ванной, когда помогал снять платье.

– Но помог ведь.

С этим было трудно поспорить. Он действительно стянул с меня мокрое платье, а затем принялся за рубашку. При этом не прекращая поцелуя и ласк, от которых кружилась голова, а тело наливалось тяжестью. Он сводил меня с ума до тех пор, пока ванна не наполнилась водой. Смотреть, как я буду отогреваться, царевич не стал, скрывшись в неизвестном направлении. Чему я только порадовалась – слишком уж бурно реагировала на прикосновения, слишком сладкими казались поцелуи.

Вернувшись спустя полчаса, Костя вытащил сонную меня из воды и отнес на постель, позволяя отдохнуть. Когда я проснулась, гроза уже прошла, не оставив и следа. На улице вовсю светило солнце и слышались веселые голоса.

– Совести у тебя нет, – выдохнула я, снова заливаясь краской от воспоминаний.

– Ни капельки, – подтвердил бессовестный царевич и улыбнулся так, что мне сделалось жарко.

После перекуса мы действительно отправились на морской берег. Край солнца уже коснулся воды, словно растворяясь в ней и делясь красными красками с темной пучиной. Небо тоже не осталось в стороне, позаимствовав у светила розовые росчерки. На фоне великолепного заката из пенных шапок медленно выходили богатыри, которые казались призрачным видением. Ожившей сказкой, о которой я столько раз слышала. Прав был Батька, в каждой сказке есть доля были!

– Невероятно… – выдохнула я, греясь в объятиях Кощея.

– Согласен, весьма интригующее зрелище.

– Думаешь, Источник на дне морском?

– Предполагаю. В противном случае даже не знаю, что богатыри там делают.

– Возможно, они дети Золотой рыбки, как Злата? Тогда можно объяснить и их кольчугу, похожую на чешую, и привязанность к морю.

– Не исключаю и этого варианта, но тогда становится любопытно, как они оказались на службе у Гвидона.

– Знаешь, я слышала несколько легенд. Одну рассказывала детям на поляне, она была самая приемлемая. А остальные… Слишком уж они нереальные.

– Расскажешь? У нас как раз есть время до захода солнца.

– Расскажу, только не смейся. Так вот, по одной из них, отец Гвидона – царь Салтан – женился на девушке, которая пообещала родить ему не одного богатыря, а тридцать три. Не спрашивай как, это все народная молва! В указанный срок она действительно родила тридцать три мальчика, а тридцать четвертым, как чудо, был Гвидон. Поговаривали, что у него ножки были в серебре, ручки по локоть в золоте, а во лбу горела звезда. Народ испугался его, поэтому мать и малыша закрыли в бочке и выкинули в море. Что было дальше, ты знаешь.

– Любопытная версия. Ты только самому Гвидону о ней не рассказывай.

– Костя, я же просила не смеяться!