Любовь дракона - Екатерина Каблукова

На следующий день они выехали в столицу. Погода стояла ужасная. Снегопад закончился, и теперь ветер поднимал снег с земли, швыряя его в лицо всем, кто осмелился выйти на крыльцо. Придерживая капюшон плаща двумя руками, Эмбер обеспокоенно посмотрела на герцога.

— Может, стоит отложить поездку?

— Да? И до каких пор? До весны? — Он насмешливо посмотрел на жену. — Не волнуйтесь, моя дорогая, в карете тепло и комфортно.

Девушка покачала головой и бросила взгляд на Роса, уже сидевшего рядом с кучером. Оба были закутаны так, что из-под вороха одежды торчали лишь кончики носов. Заметив обеспокоенный взгляд хозяйки, слуга улыбнулся и заговорщицки показал на флягу, висевшую у него на поясе.

Девушка улыбнулась в ответ и села в экипаж. Амстел последовал за ней, как всегда, заняв место напротив. Привычно откинувшись на подушки, он со скучающим видом посмотрел в окно.

— Да, кстати, я приказал Элджворту рассчитать расстроившую вас горничную.

Настроение Эмбер тут же испортилось.

— Очень мило с вашей стороны! Но, право, не стоило так беспокоиться!

— Я слышу ноты осуждения в вашем голосе, Колючка? — Герцог повернул голову и холодно посмотрел на нее. — Мне кажется, вчера вечером я дал достаточно исчерпывающие объяснения на эту тему.

— Да, конечно.

Прикусив губу, Эмбер отвернулась, делая вид, что увлечена пейзажем за окном. Герцог последовал ее примеру.

Это путешествие разительно отличалось от предыдущего. Утоптанный тракт, по которому то и дело проносились экипажи, почтовые станции и придорожные таверны, в избытке стоявшие вдоль дороги, ухоженные деревни — все говорило о том, что они приближаются к столице.

Карета остановилась около одного из постоялых дворов. Судя по тому почтению, с которым хозяин выбежал на крыльцо и отвел их в отдельную столовую, Амстела здесь хорошо знали. Ему даже не потребовалось делать заказ: на столе тут же оказались супница, полная густого ароматного супа, деревенский хлеб и кувшин эля.

За время обеда герцог не сказал и двух фраз, обращаясь с женой настолько учтиво-холодно, что та почувствовала себя провинившейся девочкой. Она понимала: ей придется попросить прощения за столь безобразную сцену, но ее гордость противилась этому разумному решению.

Украдкой девушка изучала бесстрастное лицо своего спутника, надеясь найти хоть какую-то зацепку для начала разговора. Наконец, в десятый раз посмотрев на мужа, она вдруг натолкнулась на его почти веселый и понимающий взгляд. Эмбер возмущенно отвернулась, но любопытство взяло свое, и она вновь обратила внимание на Амстела. Он уже откровенно посмеивался.

— Ну же, дорогая… Поверьте, это не так уж и сложно…

— Вы невыносимы! — воскликнула она, кусая губы. — Признаю, я погорячилась! Но…

Она осеклась, заметив с каким интересом блестят его глаза.

— Прошу вас, продолжайте, — мягко сказал герцог.

Она покачала головой:

— Это не важно.

— И все же?

— Эта горничная… где она найдет работу?

— Полагаю, на полученные от меня деньги купит гостиницу или таверну.

— Ах вот как… Вы никогда ничего не упускаете, верно?

Он не стал настаивать, лишь озорно взглянул на нее и достал колоду карт.

— Желаете взять реванш?

— У меня это вряд ли получится! Вы для меня слишком опытный противник!

— Я искренне рад, что вы понимаете это, Колючка!

* * *

Амстел предложил разбить путь на два дня, но Эмбер отказалась, прекрасно понимая, что муж хочет как можно быстрее оказаться на месте. Ей и самой было любопытно увидеть особняк, красочно описываемый Маркусом.

К нему карета подъехала глубокой ночью. К удивлению девушки, на освещенных новомодными газовыми фонарями улицах было полно народу. Экипажи и портшезы то и дело создавали заторы на дороге, по тротуарам неспешно вышагивали столичные щеголи. У перекрестка остановилась живописная группа: молодые люди в темных, подбитых ярким шелком плащах и касторовых шляпах оживленно о чем-то спорили. Дело дошло даже до шуточного фехтования на тростях.

Дорожная карета с гербом Амстелов на дверцах вызвала немалый интерес у праздношатающейся публики. А когда экипаж остановился у особняка, крыша которого по углам была украшена статуями драконов, счастливцы, позабыв о приличиях, просто выстроились у ограды, не в силах пропустить столь знаменательное событие, как появление новой герцогини. В том, что это ее карета, никто не сомневался.