Лабиринты Ехо. Том 1 - Макс Фрай

– О, па-а-а-ачетнейший начальник! О, великий буривух! – Желтое лоохи Мелифаро замелькало перед моими глазами. – Что изволите приказать своему верному рабу?

– Сейчас обижусь и не поведу тебя завтракать, – пригрозил я.

– А я уже завтракал, – надменно сказал Мелифаро.

– Тогда я не поведу тебя обедать.

– А это уже хуже, – пригорюнился он. – Может быть, все-таки смилуешься?

– Может быть, – эхом откликнулся я. – С другой стороны, что еще с тобой делать?

– А меня?

В дверях показалась леди Меламори.

– И тебя тоже – куда я денусь? Впрочем, нет, никуда я вас не поведу, а пошлю зов в «Обжору», пусть приносят наш обед прямо сюда. Ленив я по улицам скакать.

– Как здорово, что ты такой лентяй, – обрадовалась Меламори. – А то мадам Жижинда до сих пор боится Лелео. Пришлось бы оставить его в Управлении, а он этого не любит.

Мохнатое паукообразное существо, пригревшееся на плече Меламори, нежно мурлыкнуло. Голосок у хуба был такой сладкий, что сердце замирало.

– А я его тоже боюсь, – Мелифаро юркнул под стол. – А посему буду обедать прямо здесь. В следующий раз твой сладкий мальчик привезет тебе гнездо арварохских ос, попомни мои слова!

– Вот тогда-то вы все у меня и попляшете, – пригрозила Меламори.

Лицо ее приняло мечтательное выражение, – так иные барышни грезят о романтических прогулках при луне.

Мелифаро выкарабкался на свет божий из своего укрытия, уселся в кресло, даже ноги на стол уложил – сказывалось мое пагубное влияние. Курьер из «Обжоры Бунбы» робко постучал в дверь и начал загромождать наше с Джуффином рабочее пространство подносами с едой. Кажется, я очень неплохо начал.

За едой Мелифаро и Меламори обменивались колкостями. Меламори была, что называется, в ударе. Ближе к финалу Мелифаро заметно скис, но лица старался не терять.

– И чем мы теперь будем заниматься? – ворчливо осведомился он, расправившись с десертом. – Приказывайте, сэр Ночной Кошмар, я жажду инструкций.

– Цыц! – грозно сказал я. – Я думать буду.

– Правда? А ты умеешь? – изумился Мелифаро.

– Ага. Будешь много выступать, и тебя научу, – сурово пригрозил я и повернулся к хихикающей Меламори: – Ты сегодня уже носила своего хуба на половину Городской полиции?

– Нет, не успела.

– Это очень плохо, – строго сказал я. – То-то я смотрю, у них там слишком тихо. Генерал Бубута не орет, капитан Фуфлос вообще куда-то подевался. Безобразие! Городскую полицию следует держать в страхе. Так что немедленно отправляйся туда, и чтобы через пять минут все визжали, ясно?

– Ясно, сэр Макс. Будут визжать, обещаю.

– Вот и умница. А если леди Кекки Туотли вдруг упадет в обморок, приведи ее в чувство и пригласи в свое любимое кафе на площади Побед Гурига VII. Скажешь Бубуте, что я велел ей нам помочь, – сами что-нибудь придумаете, не маленькие. Посидите, поболтаете – все лучше, чем по Управлению без толку слоняться… Вы же подружились, я ничего не перепутал?

– Не перепутал, – улыбнулась Меламори. – Слушай, Макс, ты – прелесть! Может, ну его, этого сэра Джуффина Халли? Ты лучше.

– Ничего-то ты не понимаешь, – вздохнул я. – Если бы Джуффин не заперся в Холоми, я бы мог самолично отправиться с тобой хоть на край света. А теперь я занят.

– Это, конечно, плохо, – кивнула Меламори. – Но твое руководство все равно мне нравится.

– Еще бы тебе не нравилось, – завистливо протянул Мелифаро, глядя ей вслед. И возмущенно обернулся ко мне. – Так, а какие радости ждут меня?

– Никаких радостей. Ты, друг мой, рожден для вечной скорби. А посему, оставайся страдать в этом кабинете. Только постарайся сделать умное лицо, ладно? Если что-то случится, пришлешь мне зов.

– А куда это ты собрался? – насторожился Мелифаро.

– В Иафах.

Я скорчил страшную рожу, Мелифаро непочтительно прыснул.

– Ты что, серьезно?

– Абсолютно серьезно. Дождись меня и постарайся не умереть от скуки, ладно?

– Ладно, – пообещал Мелифаро. – Но чтобы выжить, мне понадобится много камры и, возможно, что-нибудь покрепче. Я закажу выпивку в «Обжоре» и попрошу записать расходы на твой счет, договорились?

– На твоем месте я бы не экспериментировал. Сам же говорил, что твой отец уже привык к тому, что у него целых три сына. Мне бы не хотелось огорчать сэра Мангу, но…

– Ладно, тогда я попрошу записать расходы на счет сэра Джуффина. Ты близко, зато он далеко, – сообразил Мелифаро.

Я погрозил ему кулаком и вышел из кабинета.

Я действительно отправился в Иафах. Решил воспользоваться удобным поводом и навестить леди Сотофу – я ей давно обещал. Дни мои коротки, а неотложным делам нет счета, вот и выходит, что живу я свинья свиньей, нарушая все мыслимые и немыслимые дружеские обязательства.

Несколько минут спустя я стоял под неприступными стенами Резиденции Ордена Семилистника, в том самом месте, где, согласно моим смутным воспоминаниям, должна была находиться одна из Тайных дверей. Справившись с внезапным приступом застенчивости, я послал зов леди Сотофе Ханемер.

«Это ты, мальчик? – удивилась она. – Еще и трех часов не прошло, как старый лис Джуффин скрылся в Холоми, а ты уже умудрился попасть впросак? Не верю!»

«Я просто воспользовался возможностью смыться со службы и пришел выпить с вами кружечку камры».

– И выведать у меня тайну-другую заодно, – насмешливо добавила леди Сотофа, неожиданно появившись у меня за спиной.

– Вы меня насквозь видите, – виновато потупился я. – Обожаю сочетать приятное с полезным. Но именно в такой последовательности, заметьте.

– Не подлизывайся, мальчик. Ко мне подлизываться бесполезно, поскольку я тебя и так люблю, – звонко рассмеялась леди Сотофа. – Давай лучше руку, проведу тебя в сад. Между прочим, мог бы уже и сам наши Тайные Двери открывать, фокус как фокус, ничего особенного.

Она взяла меня за руку и потянула к стене.

– Попробуй не закрывать глаза. Надо же когда-нибудь начинать учиться простым вещам.

В награду за послушание мне открылись удивительные вещи. Я увидел, что бело-голубое лоохи леди Сотофы растворяется в темном камне стены, как сахар в чашке с кофе. Потом стена оказалась так близко от моего лица, что я уже не мог разглядеть почти ничего, – или же наоборот, видел слишком много: почти незаметные царапины на темном камне, мельчайшие пылинки и еще нечто, совсем крошечное, пребывающее в непрестанном движении, живое и, кажется, даже агрессивное. У меня мелькнула дикая идея, что это и есть микробы. Леди Сотофа расхохоталась, тоненькая ветка хлопнула меня по носу, и я понял, что уже оказался по ту сторону стены, в саду Иафаха.