Проклятие на удачу - Валентина Савенко

— То есть Кай — колючая гадость, которая, как ни поливай, исколет, а я — ядовитая пакость, нюхай, но не забывай, что все равно отравит? — хмыкнул Эмрис, покручивая подарок в пальцах.

— Нет, — улыбнулась я. — Он стойкий, а ты редкий.

Эмрис многозначительно фыркнул. Столько предвкушения было в его голосе, что я ожидала как минимум кактус-опунцию с редкими длинными колючками. Однако проклятие, изучив содержимое лотка, недовольно поцокало языком.

— Позвольте ваши ручки, леди? — Не дожидаясь ответа, сцапало мою руку и возложило сверху ладонь оторопевшей от неожиданности альвы. — Ну что вы глядите, нет тут нужного цветка.

Девушка отмерла, понимающе закивала. В этот раз ее магия блуждала долго. А когда вернулась, я рассмеялась — мне принесли светящуюся в темноте веточку плетельницы, на прозрачном стебельке которой распускался цветок, напоминающий астру. Он сиял крохотной звездой.

— Ты такая же. — Эмрис вложил подарок мне в ладонь. — Разгоняешь тьму и сияешь.

Альва завистливо вздохнула.

Проклятие увлеклось. Перестаралось с игрой в человека. Напомнить ему? Не стоит.

— Вот, каждому по гербарию, можно теперь и обратно идти! — весело объявил Эмрис.

Чертополох и олеандр. Кайден бросил взгляд на Летту, идущую рядом с темной сущностью. Она верно подметила их характеры. А они попытались показать, что для них значит девушка. Темная сущность и охотник — более странной компании для юной особы не найти.

Кайден вспомнил, как кружил Летту в танце, как душу окутывало тепло, когда двумя звездами сияли глаза девушки. И ее удивление, когда он, вспомнив, что женщинам нравятся комплименты, решил попробовать. Впервые за много лет охотник потерпел поражение, проиграл темному. Куда уж его косноязычной попытке до словесного кружева Эмриса.

Злость и раздражение, забытые за ненадобностью, пускали в душе корни. Но пока не могли зацепиться: не давало четкое понимание, что Летта — его работа. Однако Кайдену пришлось признать: воспринимать девушку как одну из многих сложно. Из-за эмоций, что просыпались в сердце. Они были виноваты в том, что охотник ощущал себя так, словно выздоравливал после долгой болезни. Он будто опять учился ходить, говорить и управлять своим телом.

Глядя на Летту, Кай переставал чувствовать себя оружием, которым управляет чужая рука. Это было непривычно и определенно нравилось ему.

Ощущение надвигающейся тьмы вернуло Кайдена на пустынную улицу. Эмрис тоже почувствовал, остановился, желтые глаза в прорезях маски сузились. Летта взволнованно нахмурилась и тихо спросила:

— Химера? Я же остановилась, везения не было?

— Ты не виновата. — Кайден также не понимал, как их нашли.

Летта, умница, старательно сдерживалась, хотя иногда ее желание одарить кого-нибудь везением было нестерпимым. За неделю — ни одной искры. И вот опять химера. Химеры.

Кайден неторопливо вытащил спрятанный на голени нож. Тьма приближалась сразу с трех сторон. Сгустки были небольшими, но это не означало, что они неопасны. Мелкие химеры быстрее.

Кай оттеснил Летту за спину. Эмрис фыркнул, встал с другой стороны. То, как темная сущность оберегала девушку, радовало и раздражало. Умом охотник понимал, что забота Эмриса ему на руку, но вот сердце почему-то протестовало. При этом и желания отправить проклятие в темные туманы не возникало, и расположение к нему не исчезло.

Кай сосредоточился на приближающейся опасности.

— Три мертвых тузика? — рассмеялся Эмрис, оценив выскочивших из полумрака химер.

На самом деле «тузики» были собаками лишь частично. Половина собачьего тела, половина того, что оказалось рядом. В итоге одному монстру повезло стать наполовину огромной крысой, двум другим — чем-то вроде крокодилов. Звери, скалясь, принюхивались, вытягивая головы в сторону Летты. Но на что их направляли?

— Ну что, охотники, вперед! — насмешливо предложила сущность.

Бросив взгляд через плечо, Кай заметил, как Эмрис туманом вытек из одежды, обернулся огромной летучей мышью и, подцепив пискнувшую Летту за плечи, взмыл над макушками деревьев.

— Не дергайся, он справится, ему эти милые зверюшки — как тебе тараканы, — успокоил он девушку.

Летта взволнованно вцепилась в его лапу, явно собираясь потребовать немедленно вернуть ее на место. Потому что у нее везение и воздушный удар, доставшийся от названого братца.

— Не врешь?

Нетопырь закатил глаза и фыркнул:

— Я кристально честен! Сама скоро увидишь.

Кай улыбнулся. Когда за тебя боятся, это приятно. Рукоять ножа привычно холодила пальцы, магия отозвалась мгновенно. Вскрик Летты заставил отвлечься — девушка, ставшая призраком, исчезла в белой вспышке.

Химеры замерли, закрутили головами, не понимая, куда делась их цель. Эмрис уменьшился, стал глазастым филином и с уханьем устроился на ветке дерева:

— Что? Имею право насладиться бесплатным зрелищем. Я свою миссию выполнил, Летта в безопасности. Ну разве что Арвель опять ей пару заклинаний прочтет! Ну ничего, ему полезно, хорошая дикция — для политика залог успеха. Так что давай приступай к работе! Хотя нет, слушай, а поймай-ка мне вон ту крысу, а?

За такой нагло-командный тон любому бы давно дали в бубен. Будь ты хоть трижды темной сущностью, называющей себя проклятием. Но Кайдену идея с поимкой химеры понравилась. Охотник не заблуждался — нить управления их противник оборвет вовремя, по ней не пройти. Однако если перекинуть управление химерой на себя, можно попробовать выяснить, на что ориентируется темный. Уж точно не на везение Летты.

— Ну что, подаришь котику крысу? — хмыкнул Эмрис.

— Подарю. И бантиком завяжу.

— О! Благодарю, мой заботливый недруг!

Кайден, вместо того чтобы прицельно бить магией, выпустил тьму, как делал, когда надо было захватить сразу несколько противников. И лишь потом ленты магии сожгли двух химер, оставив одну обездвиженной. Тьма вернулась к хозяину, Кайден подцепил добычу магическим арканом и направился в сторону парка, издалека напоминающего непроходимые дебри. По крайней мере, там их опыты никому не помешают.

Впервые сказочный вид ночного облачного города внизу раздражал. Не мог перенос к братцу повременить немного? Нет, с точностью до минуты я провалилась к принцу в гости. А в парке остались химеры и мои друзья. Эмрис заверил, что ничего с Каем не случится, но это же проклятие!

Я сердито пнула белую каменную балясину.

— Не поцарапай, тебя горничная потом без приправ съест! — обозначил свое присутствие развалившийся в кресле Арвель.

— Твоя горничная даже не узнает, что я тут была, — огрызнулась я, скрестила прозрачные руки на груди и смерила хмурым взглядом братца. — Так что за все царапины будешь сам отвечать.

Светлые брови сильфа насмешливо дрогнули, волосы шевельнулись: