Дочь воздуха - Наталья Авербух

Рейнеке пожал плечами. Он не собирался тут особо задерживаться, с другой стороны, идти ему сейчас было некуда. Родную страну он исходил вдоль и поперёк, подаваться в чужие края было неохота. Ему почему-то казалось, что не стоит далеко уходить от того места, где они с Ликой встретились во второй раз. Какая разница, где думать?

— А что? — лениво спросил он. — Или ты забыл о моём проклятии?

Судя по выражению лица, Нивард действительно забыл и сейчас не мог даже вспомнить, о чём говорит приятель.

— Есть пара идей, — осторожно сообщил изобретатель. Рейнеке вскочил на ноги.

— Ну, нет! — решительно объявил он. — Знаю я твои идеи!

— Да погоди ты! Ничего тебе делать не надо. Просто посмотри, где я ошибаюсь.

Рейнеке успокоился и уселся обратно на землю.

— Это запросто, — согласился он. — Это мы можем.

— Смотри! — раздуваясь от гордости, потребовал Нивард, подводя приятеля к запертому на засов сараю.

— Сарай, — кивнул Рейнеке. И добавил. — Хороший сарай. Тут даже жить можно.

— Дубина! — отмахнулся изобретатель и с натугой отодвинул засов. — Эй! Не лезь внутрь, он сам выйдет.

— Он?

Но Рейнеке уже услышал мерные шаги, которые стали различимы, когда дверь приоткрылась. Ждать пришлось недолго. Шаг-шаг-шаг-шаг. Глухой удар. Снова шаги. Опять удар. Снова шаги. И из сарая вышли глиняные ноги. Или, говоря точнее, глиняная задница на глиняных ногах.

— Голем! — с гордостью представил изобретатель своё детище. — Первый в мире шагающий голем!

— Опять прототип? — с подозрением спросил Рейнеке, разглядывая творение. Говорили, что познавший основы материи может вычленить дух жизни и наделить ими неживое, и это неживое будет покорно создателю. Говорили, что следующий шаг — создание живого из ничего. Но и голем, и гомунклус были только мечтой, легендой. А ведь Нивард никогда в жизни не тратил времени на изучение основ материи. Он вообще не любил учиться, изучать, познавать. Изобретать разные бредовые заклинания — вот это было больше по вкусу приятелю. Рейнеке пришло в голову, что дух жизни вычленять не надо. Если верить Лике, то такими вот духами жизни являются эльфы. Интересно, из них следует выделить эликсир или нужно собрать квинтэссенцию их магии?..

— Сам ты прототип, — надулся Нивард. — Это работающая модель.

— Работающая задница, — жёстко поправил Рейнеке. — А где всё остальное?

— А зачем?! — искренне удивился Нивард. — Он же ходит!

— А что он умеет? — уточнил Рейнеке.

— Он ходит, — нетерпеливо ответил изобретатель и побежал догонять своё творение. — Может огибать препятствия.

Нивард встал на пути мерно шагающего голема. Тот упёрся в создателя, немного постоял, повернулся под прямым углом и зашагал дальше.

— Отлично, — скептически похвалил Рейнеке. — И что ты от меня хочешь?

— Помоги мне его усовершенствовать, — попросил Нивард. — Я его и так, и сяк проверял. Ходит. Огибает. Знает команды «стой» и «иди». Но мне не хватает воображения.

Рейнеке хмыкнул. Воображения ему не хватает. Ну, хорошо…

Он догнал голема и как следует пнул. Голем упал на бок и продолжал махать ногами, пытаясь продолжать движение.

— Ты чего?! — оскорбился Нивард.

— Устойчивость, — пояснил Рейнеке. — Или пусть не падает или пусть поднимается. И, кстати, земля тут слишком ровная.

— Так хорошо же для испытаний! — не понял изобретатель.

— Первая в мире шагающая по ровному полю задница? — уточнил Рейнеке. Нивард насупился. — Или изобретай выпрямлятель земли или пусть учится ходить по неровным поверхностям.

Они провозились с големом до поздней ночи, но всё, чего сумели достичь — это того, что, после столкновением с препятствием он не поворачивался, а возвращался на прежний путь. Ну, ещё несколько большей устойчивости. Теперь его можно было свалить не с одного, а с пяти пинков. На этом Рейнеке объявил, что устал и хотел бы уснуть. И желательно под крышей.

— Нет! — решительно заявил Нивард. — В сарай я тебя не пущу! Над тобой всегда крыша течёт, а у меня там голем стоит. Ему под воду нельзя попадать, он же глиняный.

— Мог бы и обжечь, — проворчал Рейнеке. Приятель очень уж некстати вспомнил о проклятии. — Последний он у тебя, что ли?

— Так ведь не мой же! Меня командор только в один сарай и пустил. Испортишь этот — куда я денусь? Давай тебе шалаш построим.

— Что поделать, давай, — согласился Рейнеке и тоже кое-что вспомнил о своём приятеле. — Только на другой стороне замка.

Нивард насупился, но ничего не сказал. Он страшно храпел и, когда ученики чёрного ордена стали подрастать, старшим не удавалось найти никого, кто согласился бы спать с ним в одной комнате.

Утро началось с какого-то странного грохота. Рейнеке с трудом открыл глаза. В голове трещало. Вчерашнее пиво оказалось на редкость паршивым. На какое-то мгновение Рейнеке показалось, что это стучит у него в голове. Но нет. Грохот разносился со стороны. Он сел. От этого движения и без того хлипкий шалаш рассыпался и еловые ветки упали ему на голову. Это не привело чёрного мага в доброе расположение духа.

— Эй! — закричал он, страшно недовольный своим пробуждением. — Нивард, ты совсем спятил?! Нивард!

— Сам ты спятил, — обиженно отозвался приятель. — Я готовлю площадку для испытаний! Сам же говорил вчера!

Рейнеке обошёл дом и уставился на то, что недавно было относительно ровным местом между стеной и башней. Теперь вся земля там была изрыта, словно перепахана огромным плугом. И вместо плуга по ней шагал… шагал…

Чёрный маг открыл рот и в самых простых выражениях описал то, что предстало его глазам. Вчерашний голем обзавёлся выростом спереди, длинным и узким, которым он бороздил землю. Выходило похоже на задницу с тем, что обычно прикрывается одеждой. Натыкаясь на участок более твёрдой земли, голем удваивал усилия и принимался громко топать ногами.

— Сам ты, — ещё больше обиделся Нивард. — В кои-то веки я сделал что-то работающее, а ты…

— Ты сделал задницу с… — выругался Рейнеке. — И ты сделал её на рассвете. Ты не мог подождать хотя бы конца первой дневной стражи?!

— Не мог, — огрызнулся Нивард. — На меня упал шалаш. Этот твой малец…

— Какой малец? — не понял Рейнеке.

— Тот, который за тобой притащился, — отмахнулся Нивард. — Что-то про эльфов болтал. Обошёл все мои защиты, наткнулся на мой шалаш…

— Где же труп? — удивился Рейнеке. Нивард только казался занятым своими идеями недотёпой, но он был чёрным магом, а правила ордена не позволяют спускать даже пустяковые обиды. Особенно пустяковые обиды.

— Да здесь где-то бегал, — отмахнулся Нивард. — Эй, ты чего? Не стал я его убивать. Твой малец, сам его и убивай. К тому же, это он мне предложил приделать к голему разрыхлитель.