Талисманы Шаннары - Терри Брукс

Он потянулся к рукоятке меча Ли, чтобы убедиться, легко ли тот выскальзывает из пожен, глубоко вздохнул, решительно подошел к двери и постучал. Дверь открылась почти сразу, и на горца уставились изумрудные глаза огненно-рыжей девушки. Она была рослой, хотя и не такой высокой, как Мэтти, и очень красивой — порозовевшей от недавнего сна. Темная одежда ее была измята.

— Я Морган Ли, — представился молодой человек.

Девушка зажмурилась, потом кивнула:

— Друг Пара, горец. Да, привет. Я Дамсон Ри.

Прости, я спала. Который час? — Она вгляделась в небо, просвечивающее сквозь полог ветвей. — Уже почти вечер, да? Я спала слишком долго.

Она отступила на шаг, словно собиралась войти внутрь, но потом остановилась и повернулась к Моргану:

— Я полагаю, ты уже слышал про Падишара.

Ты пришел только что?

Он кивнул, глядя ей в лицо.

— Хочу услышать от тебя, что произошло.

— Ладно. — Девушка, казалось, не удивилась.

Она оглянулась через плечо, а потом вышла на свет. — Давай поговорим здесь. Я устала сидеть в четырех стенах. Устала жить без света. Что рассказывал тебе Кхандос?

Дамсон решительно двинулась прочь от хижины, в гущу зарослей, и Морган понял, что она окончательно пришла в себя.

— Он сказал мне, что федераты схватили Падишара, когда он вместе с Паром освобождал тебя. Он сказал, будто Пар оставил тебя, чтобы отыскать Колла, и что это каким-то образом связано с порождением Тьмы.

— В наши дни все каким-то образом связано с порождением Тьмы, разве не так? — прошептала Дамсон, устало склонив голову. Они уселись на поваленное дерево. Все еще настороженный, Морган заколебался, но потом сел рядом с ней.

Она слегка повернулась, чтобы смотреть ему прямо в лицо.

— Я должна поведать тебе очень длинную историю, Морган Ли, — предупредила она.

Дамсон начала с рассказа о том, как встретилась с Паром и Коллом в Тирзисе после их бегства из Преисподней; как они в последний раз спустились в подземное логово порождений Тьмы; как с помощью Крота сумели найти путь к древнему замку. Оттуда братья вместе отправились на поиски Меча Шаннары. Пар вернулся один с заветным талисманом, обезумев от горя и ужаса, потому что убил своего брата. Несколько недель она выхаживала его в норе у Крота, осторожно выводя из царства бреда. Потом они перебирались из одного укрытия в другое, неизменно унося Меч Шаннары, прячась от Ищеек и федератов, пытаясь найти способ выбраться из города. В конце концов их отыскал Падишар, но при очередном бегстве от федератов Дамсон попала в плен. Падишар и Пар попытались освободить ее, но в результате в плен попал Падишар. Дамсон и Пар, обнаружив наконец способ выбраться из города, отправились на север, ибо ничего не могли сделать для Падишара одни, без помощи.

Дамсон порывисто коснулась руки собеседника.

— И вот, Морган Ли, с вершины над перевалом, вдали, за кострами федератов, мы увидели Паранор — увидели так же ясно, как я сейчас вижу тебя. Он вернулся, горец, вернулся из прошлого! Пар в этом уверен. И сказал: «Значит, Уолкер Бо преуспел в своем деле».

Затем, погрустнев, она описала их дальнейшее путешествие к перевалу и роковую встречу с Коллом или с тем существом, в которое Колл превратился. Он носил странный сияющий плащ, а сам весь скорчился и согнулся, потеряв человеческий облик. В схватке братьев каким-то образом пробудилась сила Меча Шаннары. И Пар узнал правду о брате, которого считал мертвым.

— Конечно же, он отправился вслед за Коллом, — закончила девушка. — Что ему оставалось делать? Я не хотела, чтобы он шел, тем более без меня, но не имела права остановить его. Я не так уверена, как Пар, в том, что он следует именно за Коллом, но поняла, что он должен действовать сам, чтобы обрести душевный покой.

Морган кивнул. Он думал, что Дамсон Ри сделала очень много, чтобы помочь Пару: она рисковала так, как могли бы рисковать только он сам и Колл. Ему казалось, что рассказанная девушкой история правдива и вполне объясняет происшедшее. Сомнения, испытываемые им вначале, утихли. Настойчивость при розысках Меча Шаннары вполне в характере Пара, равно как и его попытка спасти брата. Проблема же заключалась в том, что теперь Пар оказался в полном одиночестве, и это напомнило Моргану о том, насколько безуспешны все его старания помочь друзьям.

Он заметил твердый, испытующий взгляд Дамсон, и подозрения его вспыхнули с новой силой. Дамсон Ри — друг ли она, как считает Пар, или враг, от которого он так безуспешно пытался спастись? Вполне вероятно, что именно из-за нее житель Дола так часто попадает в переделки, а порождениям Тьмы почти всякий раз удается поймать его. Но тогда не ей ли благодаря ему все-таки дано было и спастись?

— Ты не доверяешь мне? — тихо спросила девушка.

— Нет, — признался он, — не доверяю.

Она кивнула.

— Не знаю, как убедить тебя, Морган. Даже не уверена, что стоит и пытаться. Я должна употребить всю оставшуюся энергию на то, чтобы придумать способ освободить Падишара. А потом пойду искать Пара.

Морган отвернулся, глядя на лес и печально размышляя, что порождения Тьмы угнездились в душе каждого из них. Как бы ему хотелось, чтобы это оказалось не так!

— Когда я вместе с Падишаром был на Уступе, — признался он, — мне пришлось убить девушку, которая на самом деле была порождением Тьмы. — Он снова поглядел на Дамсон. — Ее звали Тил. Мой друг Стефф полюбил ее и поплатился за это жизнью.

Он рассказал о предательстве Тил и поединке в глубоких катакомбах в горах за Джутом.

В этой схватке Морган убил порождение Тьмы в облике Тил и спас жизнь Падишару Крилу.

— Чего я боюсь, — сказал горец, — так это того, что ты можешь оказаться второй Тил, а Пару будет уготован тот же конец, что и Стеффу.

Девушка не ответила, взгляд ее был неподвижен и печален. Она глядела куда-то вдаль сквозь Моргана, в глазах ее стояли слезы.

Внезапно Морган потянулся и достал меч Ли.

Дамсон, как бы оцепенев, наблюдала за ним, устремив зеленые глаза на сверкающее острие. Юноша поставил клинок на землю между ними и крепко сжал рукоять.

— Положи руки па лезвие, Дамсон, — тихо велел ом.

Девушка молча, не двигаясь смотрела на него. Горец терпеливо ждал; издали до них доносился говор собирающихся к трапезе свободнорожденных, но в лесу стояла тишина. День уже тускнел, тени сгущались. Морган ощущал необычную отстраненность от всего мира, словно для них с Дамсон время остановилось.

«Только не это… — взывал он из глубины души. — Только не это…»

Наконец Дамсон протянула руки и крепко сжала лезвие. Морган в ужасе смотрел, как сталь глубоко врезается в ее ладони и по мечу струйками начинает стекать кровь.