Собственность леди Картар - Валентина Гордова

К несчастью, я поняла это слишком поздно, непоправимо поздно! В тот момент, когда он уже больше не задавал вопросов, пристально глядя мне в глаза, а в голове начали всплывать чёткой чередой все мои воспоминания.

Последний разговор с Орэстом во всех подробностях, мои чувства и мысли в этот момент и неприятное покалывание кожи от его прикосновений. Затем раньше почти на полмесяца, момент нашего с этим мужчиной разговора на пристани, когда я в отчаянном бессилии провожала взглядом уплывающий с моей сестрой корабль.

Затем ещё раньше, его обещание «упростить» мне жизнь, сделав так, чтобы я нашла время для него, Орэста. Он сказал это сразу после того, как я, всё ещё надеясь на благоприятный исход, мягко заметила, что просто не могу быть с ним. Я думала, он поймёт меня правильно, а не… вот так.

И намного-намного раньше, быстро сменяющиеся картинки, отматываемые в обратном времени, все наши встречи с Орэстом, все наши разговоры и все мои мысли и эмоции, как на ладони.

Мьярису понадобилось не больше минуты, чтобы проникнуть так глубоко в мои воспоминания, куда я и сама старалась не заглядывать без нужной на то причины. Он увидел всё, что связывало нас с этим магом. Причём сделал это нагло настолько, что я до сих пор находилась в лёгком шоке от всего произошедшего. Просто вот так открыто использовать запрещённую ментальную магию…

— Отцепись от меня, — прорычала я, но на деле вышел какой-то глухой шепот, вообще едва слышный.

Мне хотелось злиться, хотелось оттолкнуть его от себя, хотелось сделать уже хоть что-то, но на всё это не было сил. Меня просто как будто выжали, не оставив внутри ничего — ни эмоций, ни сил, ни даже мыслей.

— Тихо-тихо, — без сомнений, считав и эти мои мысли, шепнул эймот, перехватывая крепче, окончательно отрывая от пола и устраивая у себя на руках. Вот после этого он, посмотрев на меня с неодобрением сверху вниз, укоризненно покачал головой и даже языком цокнуть не поленился. — Какая ты неустойчивая к ментальной магии. Я же просто посмотрел, ты не должна была даже ощутить этого, а у тебя такой вид, будто тебя несколько суток подряд пили.

Причём с таким недовольством звучало, будто это я во всём виновата, а не он.

— А в чём это я виноват? — Искренне удивился мужчина, утаскивая меня куда-то туда.

Вот если бы у меня были силы, я бы непременно объяснила, в чём именно он виноват. Я бы ему даже наглядно продемонстрировала, что за это бывает. А так же… я себя даже дышать просто заставляла, потому что организм категорически отказывался это делать.

И взгляд Аксэля Мьяриса изменился в тот же момент. Из нагло-насмешливого он превратился в серьёзно-обеспокоенный, немного даже встревоженный. И руки, держащие меня, сжались чуть сильнее, и шаг ускорился.

— Что же с тобой такое, странная моя? — Действительно обеспокоенно поинтересовался мужчина, ударом ноги открывая дверь в какую-то комнату.

— Я не твоя, — нашла в себе силы слабо возмутиться я. — Отпустите меня немедленно.

И, вопреки собственным же словам, прижалась к нему сильнее, попытавшись вцепиться в ворот чёрной рубашки. Пальцы скользнули по гладкой ткани, так ни за что и не зацепившись. К счастью.

— Ты уже определись, — насмешливо глянул он на меня, — на «ты» мы общаемся или на «вы».

На «отстань» мы общаемся. В смысле, оставь меня в покое и исчезни уже куда-нибудь, пожалуйста.

Мужчине мой ответ не очень-то понравился. Он даже головой недовольно покачал, в очередной раз проигнорировав тот факт, что услышать моего мысленного ответа он вообще не должен был. Да если бы не его наглость и не ментальная магия, всего этого вообще бы не было!

В полном молчании мы пересекли всю светло-золотистую комнату, рассматривать которую у меня не было никакого желания, вошли в ещё одну дверь, также открытую Аксэлем ударом ноги, а потом меня очень осторожно положили на что-то не очень мягкое.

— Приведите леди Картар, — мрачно велел кому-то эймот, стаскивая с меня ботинки.

— Да уйдите вы уже, — простонала я, переворачиваясь на бок, отчётливо ощущая подкатывавшую тошноту, что шла в комплекте с головокружением и болью всё той же бедной моей головы.

Мужчина просьбе внять отказался, вместо этого вновь оказался неприлично близко от меня и заботливо отодвинул с лица упавшую тёмную прядку волос.

И всё, я просто не выдержала.

На ноги вскочила просто молниеносно, стрелой метнулась к ближайшей двери, искренне надеясь, что именно за ней прячется столь желанная для меня сейчас уборная. И угадала!

Не помню, как пинком ноги успела закрыть за собой дверь, но выворачивало меня уже в нужное место.