Под чужим именем - Владимир Сухинин

Первой он вызвал дочь поварихи. Девушка вошла, вся дрожа, и тут же упала на колени.

— Не губите, барин, я ни в чем не виновата. А то, что вино домой таскала, так это… я больше не буду. Истинно вам говорю! — Она осенила себя священной змейкой и поползла на коленях к Свирту.

— Ну если не виновата, то тебе бояться нечего, — спокойно ответил Свирт. — Поднимись с колен.

Девушка с трудом поднялась на трясущихся ногах.

— Ты была подругой Норы? Ведь так? — спросил Свирт.

— Я?

— Ну да. Тебя как зовут?

— Тамила, ваша милость.

— Скажи, Тамила, ты передавала молодому красивому аристократу записку от Норы?

— Я не передавала. Если хотите, поклянусь. — И она снова осенила себя змейкой. — Хранитель свидетель, это сделала не я.

— Не ты, а кто?

— Прокла! Она хвалилась, что организовала свидание нашей Норочки с господином и получила за это рукль.

— Что еще слышала?

— Что потаскушка Нора тайно встречалась с этим господином. Это тоже Прокла рассказывала. Говорила, что он и ей под юбку заглядывал. Но это она врет, ваша милость. Правда, Нора с молодым господином встречалась, но недолго, тот господин исчез. Нора немного посохла по нему и запрыгнула в постель к истопнику. — Девушка осеклась и зажала рукой рот. — Ой! Только маме не говорите, она и Фрода, и меня прибьет.

— А где они встречались, ты знаешь?

— Как где? В замке, где же еще.

Свирт многозначительно посмотрел на посмурневшего Крюшона.

— А как он попадал в замок? — поинтересовался сыщик.

— Так Норка знает все норки в замке и тайные ходы… вот и провела, стало быть, любовничка. Ей хозяин показал, чтобы она могла незаметно приходить к нему в спальню. — Девушка произнесла это спокойно, как само собой разумеющееся.

— Это тоже Прокла рассказала?

— Нет, ваша милость, сама Норка. Мы ее так и звали: Норка — дырявая норка. Всем дает. Она и рассказывала, и злилась на Марту, что та тоже ходит к хозяину.

— Понятно. А что, все слуги знают о тайных ходах?

— Ну что они есть, знают. А вот где — этого я не знаю. Может, другие знают, но я не знаю. Нам вход в господские покои запрещен.

— Ну хорошо, у меня к тебе, Тамила, вопросов больше нет. — Свирт посмотрел на Крюшона. — Пусть посидит отдельно, а ты пригласи эту Проклу.

После разговора с бойкой на язык рябой девушкой Свирт понял, как Кертинг обстряпывал здесь дела. У него в голове сложилась четкая картина происходящего. Сначала он втерся в доверие к отцу Кринтильды под именем Арниса Кропье и, скорее всего, использовал для этого Мрачного, которого якобы ранил на дуэли, заступившись за престарелого конта. Затем выяснил подробности семейной жизни ландстарха и соблазнил скучающую и отчаявшуюся обрести счастье красивую женщину, отвергнутую мужем. Затем, используя болтливость стражников, вызнал, кто из служанок готов пойти на близость, и вышел на любвеобильную Нору. Ему не стоило труда обворожить девушку, и она провела его в замок через тайный ход. Она же подложила записку наследнику, и, когда тот, движимый детской страстью к молодой дочери Барбары, вышел на верх башни, скинул его оттуда. Все было проделано настолько четко и умело, что Свирт диву только давался. Какой способный молодой человек. У него прямо-таки незаурядный криминальный талант. Интересно, он тоже отметился в смертях других претендентов?

Он закончил допросы, заполнил опросные листы и вышел подышать свежим воздухом на верх башни, откуда упал Ризбар.

В последнее время его туда почему-то тянуло. Небо было усеяно звездами, дул северный прохладный ветерок, проникая под сюртук. Но для Свирта это было самое то. Он мог спокойно разложить по полочкам то, что удалось узнать, и обдумать свои следующие шаги. Свирт вошел в беседку и в полной темноте наедине с самим собой предался размышлениям. Он так увлекся, что, услышав шум за спиной, недовольно подумал: «Опять этот противный недомерок здесь бродит…»

Свирт так и не смог узнать, какую роль сыграл во всей этой истории карлик. Он хотел крикнуть: «Кыш! Пошел отсюда!» — но из горла вырвалось только:

— Кхр…

Удавка сдавила ему шею, и он захрипел. Судорожно ухватил руками тонкую веревку, пытаясь ослабить ее, и засучил ногами.