След паука. Часть первая - Анна Шнайдер

Гектор услышал, как упала на пол оторванная пуговица, а затем почувствовал ладони Кэт на своей груди.

– Нет.

На этот раз он целовал её гораздо дольше и глубже, чем в театре, а она гораздо смелее гладила его по спине и волосам, тихонько то ли всхлипывая, то ли постанывая, и сердце её колотилось ещё быстрее, ещё взволнованнее.

Отстранившись, Гектор с улыбкой взглянул в абсолютно малиновое от смущения лицо девушки, и подумал, что Урсула права и ждать не стоит. И дело не в том, что Кэт могут увести, это как раз не проблема. Просто с ней нельзя делать то, что сейчас делал Гектор, не рассчитывая потом жениться.

– Я опять как вата, – прошептала девушка и тоже улыбнулась. – Это я так работать не смогу.

– Сможешь. Но прежде, чем мы с тобой вернёмся на рабочие места, я хочу задать тебе вопрос, Кэти. Когда я закончу расследовать дело о заговоре против императора, ты выйдешь за меня?

Глаза у Кэт полезли на лоб, и дышать она перестала вовсе. И не отвечала ничего секунд пятнадцать, глядя на Гектора так, словно увидела спустившегося с неба Защитника.

– Мне повторить? – поинтересовался он иронично и, чтобы привести девушку в чувство, опустил ладонь с её талии на бедро. – А то ты, кажется, не расслышала.

– Рас… Я…

– Можешь ответить не сегодня, и даже не завтра. Думай хоть до окончания расследования. Я просто решил озвучить вопрос.

Кэт кашлянула, опустила на мгновение глаза, а потом, подняв их вновь, тихо поинтересовалась:

– Вы правда этого хотите?

– Правда.

– Но…

– Кэти, детка, – Гектор засмеялся и покачал головой, – не надо никаких «но». Либо «да», либо «нет». И не обязательно сегодня, можно…

– Да, – перебила она его. – Если вы правда этого хотите – да. Тут и думать не о чем.

– Не о чем? – Дайд шутливо поднял брови. – А как же Роджер?

Кэт насупилась, сразу став похожей на маленькую девочку, и у Гектора защемило в сердце. Защитник, ну какое ей замужество, тем более – главный дознаватель Альганны… На что он её обрекает?

– А Роджер пусть идёт к демонам. Я на него обиделась, – буркнула Кэт.

– Я понимаю. И вот ещё что, Кэти. Никому ничего не говори до окончания расследования. Я скажу своим родным, но больше…

– Разумеется, – она важно кивнула. – Ни одной живой душе не скажу. Честное слово.

– Очень хорошо. – Гектор поцеловал свою новоиспечённую невесту в щёку и отпустил её, отсев на прежнее место. – Давай теперь к делу. Я вчера просил подготовить мне документы на мужское имя. Сделала?

– Да, конечно, – ответила Кэт, почему-то вновь смутившись. – Сейчас принесу.

Через полминуты Дайд понял, отчего девушка так смущалась – на удостоверении личности и корочке Дознавательского комитета значилось имя Джон Эйс.

– Джон Эйс? – повторил Гектор изумлённо, поднимая голову и изучая розовое лицо секретаря. – Кэти?!

– Ну, вы сказали – любое имя. Так моего отца звали, и я подумала…

– Ах, вот оно что. – Дайд фыркнул. – Что ж, принимается. Только обещай мне одну вещь.

– Какую?

– Обещай, что никогда и ни при каких условиях ты не будешь называть меня папочкой.

Пару секунд Кэт молчала, удивлённо хлопая ресницами, а потом громко рассмеялась, закрыв рот ладонью, и глаза её радостно светились.

Следующие несколько часов Гектор разговаривал с сотрудниками первого отдела по поводу происходящего в Императорском театре, смотрел отчёты третьего отдела и слушал доклад по арестованным подозреваемым, в том числе по Арвену Асириусу. Тот, как оказалось, полдня терпел и не просил помочь ему зажечь оставленную Дайдом сигару, но потом всё же не выдержал. И это было отлично. Значит, подозреваемый впервые проявил слабость, пошла первая трещина, и в дальнейшем она будет только расширяться. Впрочем, Гектор не сомневался, что с Арвеном он и его коллеги ещё хлебнут проблем.

Примерно через три часа явился Роджер. Хмурый и мрачный, совсем не похожий на себя обычного, он прошёл в кабинет Гектора, отчитался по текущим делам, не глядя на начальство, и уже хотел удалиться, когда Дайд спокойно приказал:

– Погоди, Роджер. Ещё два слова. – Финли напрягся и всё-таки кинул на Гектора настороженный взгляд. – Насчёт нашего секретаря. Впредь, пожалуйста, я прошу тебя держать язык за зубами и обращаться к Кэт только по рабочим вопросам. Если ты желаешь обсудить её или моё поведение – милости прошу в этот кабинет, я дам тебе возможность высказаться. Но если я ещё раз увижу её расстроенной по твоей вине – приму меры. Всё понятно?

Роджер, явно сжавший зубы во время этой отповеди, кивнул.

– Тогда можешь идти.

Он встал, несколько мгновений медлил, не отходя от стола Гектора, а потом выпалил с отчаянностью человека, который ждёт, что ему вот-вот дадут в морду:

– Зачем тебе Кэти, Гектор? – Дайд, всё это время с интересом изучавший физиономию собственного заместителя, поднял брови. – Если тебе нужно было попасть в театр и пустить определённый слух, для этого отлично подошла бы сотрудница первого отдела. А ты повёл туда Кэт, и теперь все газеты смакуют, как главный дознаватель развлекался в театре с неизвестной девушкой.

Гектор чуть не засмеялся. Развлекался в театре с неизвестной девушкой – звучало это так, будто он не всего лишь ухаживал и поцеловал один раз, а по меньшей мере задрал ей юбку.

– И я не понимаю. Ты бы не стал использовать Кэт просто для того, чтобы запустить сплетни. Но в чём тогда дело? Ты же… – Финли сжал кулаки. – Гектор, я прекрасно знаю, где и с кем ты проводишь время.

– Прекрасно знаешь? – хмыкнул Дайд, доставая из нагрудного кармана портсигар. – Серьёзно?

– Ну хорошо, это слухи, но я им верю. Верю, что ты посещаешь заведение в переулке Магнолий.

– Верь. – Гектор пожал плечами, раскуривая одну из сигар и не отрывая взгляда от постепенно багровеющего лица Роджера. – И при чём тут Кэти?

– А при том, что она не шлюха! – Чуть не заорал Финли, но в последний момент понизил голос. – Её нельзя просто поиметь и оставить!

Гектор вновь чуть не засмеялся, удивляясь тому, что Роджер от ревности совсем с ума сошёл. Не зря говорят, что от любви даже самые умные голову теряют. Вот что Финли ему сейчас тут нагородил? Ну бред же полнейший!

– Тебе не кажется, что это не твоё дело, Роджер? Я взрослый человек, да и Кэт совершеннолетняя. Мы с ней можем заниматься чем угодно, когда угодно, где угодно и в какой угодно позе, и тебя это абсолютно не касается. Или я не прав?

После этих слов парень стал окончательно напоминать варёную свёклу, и Дайд его даже немного пожалел. Сам Гектор давно не испытывал ревности, ему казалось, он уже и забыл, что это такое. Помнил только, что соображать в процессе сложно, и Роджер ему это только что продемонстрировал наглядно.