Лорд из города теней - Оливия Штерн

Я перечла послание, строчку за строчкой, а потом поймала себя на том, что сижу и глупо улыбаюсь. Отчего-то было приятно, что Аш-исси мне не солгал, и что его слова вполне подтвердились распоряжениями графа Уимбера. Самого же Уимбера хотелось стукнуть по лбу сковородкой потяжелее. Каков гад, а? Талисман против магии Поющих, как же! ещё чуть-чуть, и я сегодня бы шагнула с замковой стены. У-у, хитрая тварь!

Послание начало рассыпаться черной пылью прямо у меня в руках. Оно и понятно: Уимберу совершенно не нужно, чтобы его нашел и прочел кто-нибудь еще.

Значит, мне осталось продержаться совсем чуть-чуть, до того момента, как я смогу увидеть и понять источник магии ле Ферна. А потом — свобода! Если Уимбер и в самом деле пожалует мне особнячок, я обязательно заберу в него Рут, и мы будем пить чай на веранде, и смотреть на то, как расцветают по весне яблони.

В этом будущем, которое нарисовало мое воображение, не было места Эрису Аш-исси. И, в общем-то, так было правильно.

* * *

Во время ужина ле Ферн ни единым намеком не напомнил о том, что произошло днем. Лишь скользнул лениво взглядом по моей фигуре, задержавшись на браслете, нагло усмехнулся и привычно уже углубился в чтение газет. Солья молча ковырялась в тарелке и осторожно следила за нами, и каждый раз, когда ее взгляд обращался ко мне, в нем мелькало нечто, похожее на участие. На герцога же, который ее удочерил, девочка смотрела с плохо скрываемым раздражением. Впрочем, немудрено, отчего это: синяк на ее скуле только-только начал подживать, противно желтел под кожей. Почему-то я не сомневалась, что это — следствие воспитательной работы герцога.

Когда ужин окончился, я торопливо схватила Солью за руку, и мы вместе ушли из зала. Больше всего я опасалась, что ле Ферн отошлет Солью, а надо мной продолжит издеваться, но, хвала Матильде, ничего подобного не случилось. Правда, спиной я чувствовала его тяжелый взгляд — ровно до тех пор, пока мы не свернули в коридор.

— Что у вас случилось сегодня, мисс Кромби? — я вздрогнула.

Даже от нежного детского голоска я начала вздрагивать, до чего ж меня довел этот треклятый герцог! С минуту я раздумывала, что бы ответить, а потом решила — зачем Солье-то лгать?

— Твой отец решил, что может распоряжаться мной так же, как и всеми здесь, — тихо сказала я, — вот что случилось.

— А, — протянула Солья, — понятно. Он всегда такой. Думает, что сильнее всех, думает, что самый сильный маг. Но это ведь не так, мисс Кромби!

Я с благодарностью пожала худенькие пальчики.

— Это мы с тобой понимаем, что это не так. А он — нет.

— Он вам предложил стать его любовницей, да?

— Солья! — и поняла, что предательски краснею.

— У него до вас была любовница, — многозначительно продолжила девочка. И как же странно было слышать подобные речи из уст ребенка! Мне уж начинало казаться, что Солье вовсе не десять лет, а гораздо, гораздо больше.

— И куда она делась? — осторожно спросила я, уже предчувствуя неладное.

Солья вздохнула. Мы как раз шли сквозь удивительно красивую галерею, всю пронизанную розоватым светом заходящего солнца. И в этот момент девочка совершенно спокойно сказала:

— Кажется, с ней что-то случилось. Говорили, она упала с лестницы и сломала шею. Когда выяснилось, что ждет ребенка.

Я передернулась. Не возникало сомнений в «случайности» этого происшествия. Выходит, примерно то же ждало и меня — если не выполню приказала Лесли Уимбера.

Шагая по прекрасной светлой галерее я вновь подумала, насколько пронизан гнилью и ложью этот замок. А внизу, под фундаментом… Что там? Какую чудовищную сделку и с кем заключил герцог ле Ферн?

Я остановилась и, оглядевшись и убедившись, что мы одни, опустилась перед Сольей на колени — так я оказалась даже ниже ее.

— Что вы делаете, мисс Кромби? — необычные глаза девочки округлились.

— Солья, — тихо сказала я, — послушай. Похоже, я недолго здесь проработаю, и мне… придется бежать. Ты же не хочешь, чтобы и меня одним прекрасным утром нашли с поломанной шеей, нет? Но чтобы бежать успешно, мне нужно кое-что узнать. И мне кажется, что это «кое-что» связано с тем голосом, который я слышала в твоей спальне. Что герцог скрывает под замком, Солья?

Девочка выслушала меня спокойно и серьезно, но мне казалось, что она прислушивается к чему-то еще, кроме звуков моего голоса. Затем она прошептала:

— Я не знаю, что под замком, мисс Кромби. Хоть я и вижу плетение заклинаний моего опекуна, ничего я с ними сделать не могу.

Я невольно вздохнула. Нет, было видно, что Солья говорит правду. Но любая информация с ее стороны могла бы помочь мне докопаться до того, что же происходит здесь на самом деле, раз уж из меня сделали лазутчика.

— С кем ты тогда говорила, Солья? Клянусь, я никому не скажу. Но это может мне помочь…

— Так я не знаю, кто это, — она пожала плечиками, все так же спокойно глядя мне в глаза, — это голос, мисс Кромби. Всего лишь голос.

Наверное, я выглядела совершенно огорошенной, потому что Солья хихикнула.

— Простите, мисс Кромби. А чего вы ожидали? Поднимайтесь, не то Сарро нас заметит. Он же повсюду, все видит, все замечает.

Я молча поднялась на ноги, отряхнула подол платья.

— Идем.

Взяла Солью за руку, и мы пошли дальше, к ее комнатам.

— У меня никогда не было мамы, — пояснила она, — а герцог… Он не любил меня, хоть и назвался отцом. Я даже знаю, что он ненавидит меня, только никому не показывает. Заботливый такой… Но он меня с трудом терпит. Не знаю, мог бы отдать кормилице в деревню. А мог бы и убить. Но терпит. Так вот. Я слышу голос, который меня утешает с самого детства, когда я была вот такой, — Солья опустила руку, ладонью отмеряя свой рост, — я его никогда не вижу наяву. Но он всегда был рядом.

— Понятно, — я вздохнула. От рассказа Сольи история не становилась яснее, наоборот, я запутывалась еще больше, — раньше ты утверждала, что это маг, который гостит в замке.

Солья посмотрела на меня низу вверх, прищурившись.

— Тогда я не знала, будете ли вы на моей стороне, мисс Кромби.

— А теперь знаешь?

— Теперь я знаю, что вы — хорошая и добрая, — сказала Солья, — и теперь я могу сказать правду. Голос в моей спальне — это просто голос, и он был со мной всегда.

— А кого же ты тогда нарисовала тогда? — я вспомнила портрет Аш-исси. К сожалению, Солья по — прежнему не желала говорить мне правду, не хотела мне помочь.

— Он мне часто снится, — не раздумывая, ответила девочка, — я подумала тогда, что хорошо бы, чтоб голос имел такую же внешность, как мой сон…

Если бы она лгала, должна бы она была задуматься, хоть немного? Я не знала. Уже ничего не знала, кому верить, кому нет.