Эльф с радаром - Анна Лерой

— Так полезное же дело! — я тоже оценил Анькино оружие. Но Суса нахмурилась сильнее.

— Только потом он лошадь разобрал.

— Как? — не понял я. Суса показала наглядно, и до меня дошло, что руками и подручным инструментом. И что лошадь была та самая, что лягнула зазевавшегося пажа. И после лошади, возможно, должна была прийти пора других существ. Эльфов, например. Я сглотнул ставшую вязкой слюну и покосился назад. Анька в своем шлеме с легкой, будто наркотической улыбочкой вел спокойно броне-телегу.

— Папенька хотел дурика-Аньку на виселице вздернуть, — вздохнула Суса. — Я плакала, просила, жалко же.

— Но не вздернул.

— Хлюдовик сказал, что это его имущество и повреждать его только ему можно. А маги шлем Аньке передали, сказали, он там к каким-то завихрениям подключается. А это нельзя. Шлем — это чтобы Анька не так часто все придумывал…

Интересно девки-то тут отплясывают, подумал я. Это что получается, в этом мире какой-то портал прямо в наш? То меня выкинет, то Аньки прямо из нашего интернета микросхемы качают? Хотя у нас такого танка с зеленым дымом нет. Или не только в наш мир переходы есть?

Или не переходы, а передачи информации? Ну так ноосферы всякие… У меня маман этими штуками вроде как увлекалась. То числа посчитает, квадраты какие-то разложит и в итоге «Димочка, курицу сегодня есть нельзя, Марс достучался до Юпитера в доме Венеры». То в астрал они с подругами выходили, накатив соточку коньячку и завоняв всю квартиру какими-то потняками. И ноосфера какая-то была — ну, мол, все мысли, когда-либо обдуманные, и все это добро вращается вокруг планеты. А избранные присоединяются к потоку мыслей. Я пытался маме намекнуть, что для избранности просто нужно купить роутер, но меня заклеймили нечувствительным к всяким субстанциям сухарем. Дескать, мужчинам не дано!

И тут вот пример того, что дано, очень даже дано! Может, Анька мне и микроволновку соберет и холодильник пристойный? Это ж какой прорыв! Наверное.

А если он к нашенскому интернету присоединяется, то, может, через Аньку Льву письмо написать? Я даже развеселился. Потом решил, что не стоит, пожалуй. Дойдет ли, как оно работает… А если дойдет, то напарник это все посчитает дурной шуткой. Очень дурной. Я же все-таки умер. Вдруг еще искать шутника пойдет… Я прикинул, что будет, если Лев начнет доказывать кому-то, что я ему пишу с того света. Какая ему там после этого медкомиссия, хорошо если вообще на пару месяцев не закроют, чтобы глюки приостановить. Нет, не заслужил Лев такого, а вот теще… пусть и бывшей…

Теще можно, вздохнул я. Было бы, если бы эта курица компьютер от бревна отличала. А она на планшете моей бывшей взяла и мясо порезала… У-у, ведьма. Я ведь его бывшей в кредит взял на восьмое марта!

— Димиэль? — испуганно окликнула Суса. Ого, вот это память у меня, и злопамятность! Представляю, какую я рожу скорчил. — Не надо на Хлюдовика злиться и на магов тоже, Аньке неплохо… лучше, чем было бы.

— А, ага, — сказал я, потому что — ну а что тут еще скажешь?

Дождь все-таки ливанул. Суса спряталась под своим шлемом и плащом, я… ну я так, обтекал, прямо скажем. Ладно хоть не мерз, а впереди уже виднелись Камненоги — селение гномов.

Давненько я в Камненогах не бывал! Даже развеселился: вот сейчас я и посмотрю, как хлыщ будет изворачиваться. Ну просто потому, что насчет Аньки и Сусы я был абсолютно спокоен.

У гномов жизнь и обычаи интересные. И даже если гномы и переезжают куда, подселяются к кому, то сразу создают свой город в городе. Обычаи чуть слабеют, но сильно не меняются. Начнем с того, что гномы вообще довольно высокомерные. Не чета эльфам, конечно, но держатся возле своих. Если уж начистоту, то, пожалуй, только с эльфами и орками они и общаются, вроде как — тоже свои, малочисленные, так скажем, расы. Хотя это старая договоренность, еще грубж знает с каких времен, сейчас больше традиция.

Впрочем, это не мешало оркам собирать эльфячьи уши, гномам плевать в пиво оркам, а эльфам пускать на компост и гномов, и орков, сопровождая все бреньканьем на арфе и сиянием, ну, кто мог.

Гномы и драгоценности — это любовь на века. Что они себя камнями обожают обвешивать, это всем известно. Что нельзя с гнома эти камни снимать, тоже. Не, придурки такие, конечно, во все времена были, особенно кто разбоем в лесах промышлял. Только вот… каждый камень так заговорен, что лучше не вспоминать, что с похитителем будет. Ничего хорошего, тут хоть к оркскому шаману беги, да и то — предложит сразу заколоться, чтобы не мучился ворюга.

Вспомнил я про камни, а точнее, про помереть, и снова ностальгия на меня накатила. Эх, в последнее время все меня мой мир звал… Странная связь, может, из-за Сусы с ее рассказом про Аньку?

Это уже не в нашем районе случилось, а в соседнем, хотя наш зацепило тоже. Ехала себе спокойно фура-стодвадцатка, никого по дороге не трогала, пока не подвернулся ей какой-то идиот. Сто двадцать кубов, сорок тонн живого весу, в общем, водитель рискнул и фуру свою от лобового увел, положил причем так аккуратненько, набок, выбрался, звездюлей лихачу выписал, скорую вызвал… Ну то есть выписал он на словах, а скорую да ребят вызвал по телефону. А фура, значит, лежит себе на боку…

Скорая приехала, ребята из отдела тоже. Потом дальнобой попросил их по грузу кое-что зафиксировать, подошли они к машине и ахнули. Пока водитель с лихачом бегал, пока вызывал всех, у него уже и тент порезали, и часть груза… того.

А по накладной у него… ну, там иностранцы писали, «ящики деревянные, декорированные, индивидуального пользования, одноразовые».

Суеверные, видать, машину ему люди таможили. Нет бы просто написать все как есть!

А народ накладную, конечно же, не читал, видит — фура, а в фуре — предмет первой необходимости. Рано или поздно пригодится любому! А еще всегда можно продать. Если не подойдет по размеру.

Два дня, пока запасная машина от перевозчика не приехала, охранял несчастный водитель свой груз. Штук пятнадцать не уберег. А теперь представьте себе на минуточку, что идет по деревне вот такой вот довольный мужик, тащит на своем горбу в одиночестве — а что, своя ноша не тянет! — отменного качества гроб, да еще и охотно делится: там, мол, еще тьма такого добра лежит! Гроб! Это ж как додуматься до такого надо было?

Ну а потом ребятки перевозчика вместе с участковыми собирали по всем окрестностям, значит, эти гробы. Народ припугнулся — а ну как кражу пришьют, все ж таки вещь дорогая, и давай эти свежекраденные гробы кто под что приспосабливать. Не помирать же теперь так скоропостижно! Кто рассаду в него, кто туалет типа сортира… Когда из города родня приезжала, весело было: пойдешь так вечерочком о вечном подумать, а тебе напоминание: не балуй!

«Не балуй!» — прочитал я прям на воротах селения Камненогов. Трудно сказать, что гномы имели в виду, скорее всего, переводчик у них облажался.

Гном у ворот придирчиво нас осмотрел. Я, как человек… в смысле эльф, ученый заранее намотал на физиономию специальную тряпку. Суса в шлеме с забралом, Аньке еще и платок повязали, и это гнома устроило. Так что он готов уже был нас пропустить, только без броне-кареты: порушит она все, что с такой любовью построено, а местами и не проедет.