Лиарха - Марина Эльденберт

По-моему, мне надо выпить.

Эта мысль пришла как-то очень спонтанно, как раз в тот момент, когда из кухни донесся голос Кьяны:

— Хар! Помоги мне, пожалуйста.

Хидрец.

Я не хотела тут оставаться одна. То есть одна с ними, но похоже, придется.

— Я помогу, — это вырвалось раньше, чем я успела себя остановить.

Плевать я хочу на то, что это похоже на бегство, но всяко лучше, чем смотреть на их обнимашки.

— Вирна, все хорошо? — еле слышно спросила Кьяна, когда мы оказались втроем на кухне.

— Да. Я просто рассчитывала провести этот вечер в вашей компании и со своим парнем, и немного расстроилась, что он занят.

— Дело только в этом? Я имею в виду… — она кивнула в сторону гостиной и поставила тарелку с нарезками на эйрстолик.

— Только в этом.

— Хорошо. Потому что если она еще будет выступать, я ее придушу.

— Кьяна с Лирой не очень подружились, — это Хар шепнул мне на ухо, выставляя бутылки с алкоголем на нижнюю полку эйрстолика.

Да, это я поняла сразу. Чтобы Кьяна на кого-то так наезжала, Кьяна, которая вообще кладезь рассудительности и спокойствия… да еще и при том, что этот… эта кто-то сидит в ее гостиной.

— Я все слышу, — она махнула в нашу сторону полотенцем.

— Что мне сделать? — спросила я.

— В общем-то, мы уже все сделали. Осталось только все красиво поставить и перевезти в гостиную.

— Да, изначально мы хотели собраться на кухне, но потом передумали. Здесь тесновато, вид на дверь…

— С намеком для некоторых, — фыркнула Кьяна, но потом снова стала серьезной. — Простите. Сама не знаю, что на меня нашло.

Я не выдержала и улыбнулась.

Мы вместе составляли тарелки, бокалы, шутили и смеялись, резали аргору (единственное, что не порезала Кьяна, чтобы сок не стек), и мне стало удивительно тепло и хорошо. Я даже снова поверила в то, что смогу начать новую жизнь и не обращать внимания на всех К’ярдолиров, правда, верила я в это аккурат до того момента, пока снова не оказалась в гостиной.

Потому что они совершенно точно без нас не скучали, и весьма увлеченно целовались на том самом диване.

Едхов диван.

— Кхм, — кашлянула Кьяна. — Мы вам не мешаем?

— Нет.

Разумеется, это озвучил К’ярд, а мне захотелось повторить трюк с подносом из «Бабочки». К счастью, у меня сегодня выходной, мы не в ложе, и эйрстолик не так-то легко перевернуть.

Я растянула губы в улыбке и устроилась в кресле, закинув ногу на ногу.

— Где твой очаровательный цветочкодаритель? — поинтересовался К’ярд, глядя на меня.

— На работе, — сообщила я. — И да, некоторые умеют ухаживать.

— Это вы о чем? — Лира потеснее прижалась к нему.

— О цветах. Он, — я ткнула в К’ярда трубочкой для коктейлей, которую вытащила из пакетика, — их не дарит.

— Может, просто кто-то их не заслуживает, — поинтересовался К’ярд, глядя мне в глаза.

— Не знала, что цветы можно заслужить. Сообщишь, как?

— Так же, как и…

— Лично я хочу есть! — выразительно произнес Хар. Настолько выразительно, что перекрыл музыку, которая звучала достаточно громко. — И если вы намерены выяснять что-то там про цветы, предлагаю это временно отложить.

— Да нет, мы все выяснили. Мэйс прекрасно меня поняла. — К’ярд притянул Лиру к себе и поцеловал в губы.

Кьяна глубоко вздохнула и устроилась в соседнем кресле.

— Сегодня бармен я, — сообщил Хар, отвинчивая пробку у какой-то бутылки. — Поэтому всем, кто продолжит выпендриваться, подмешаю слабительное.

— Мне не подмешаешь, — сообщил К’ярд. — Мне на работу, поэтому я буду пить только воду.

Чтоб ты подавился.

Никогда не умела быть доброй, а сейчас, глядя как Лира положила ладонь ему на бедро, а он ей — на пятую точку, мысленно вдогонку пожелала еще и несварения. Им двоим.

— Вирна, тебе какой коктейль? — спросил Хар.

— Я не разбираюсь, поэтому любой на твой вкус.

— Начни с «Оранжевого заката», — улыбнулась Кьяна. — Он в меру сладкий и не очень крепкий.

А можно мне что покрепче?

Вслух я, разумеется, ничего такого не сказала, просто кивнула.

«Оранжевый закат» действительно оказался очень вкусным, и я выпила половину раньше, чем успела это понять. Не только я, кстати: Хар тоже ополовинил свой, и неудивительно. Наша «дружеская вечеринка» слегка провисала в моментах общения. Достаточно сложно общаться с теми, кто все время целуется, а еще с теми, кто совершенно не представляет, что со всем этим делать.

Хар и Кьяна явно не представляли, и я им точно не завидовала.

— Когда вернешься в Кэйпдор? — поинтересовался Хар. — Адмирал тебе сегодня поставил прогул. Ты в курсе, что это значит?

— Разберемся, — отмахнулся К’ярд. — Я сюда вообще не об учебе пришел говорить.

Да, ты сюда пришел целоваться.

— Вирна, как дела у сестер? — это была следующая попытка, на сей раз уже от Кьяны.

— Вообще отлично.

В этот момент Лира сунула К’ярду в рот кусочек аргоры и примкнула губами к его губам, а я чуть не выплюнула коктейль обратно в бокал. К счастью, не выплюнула и залпом допила остатки.

Кьяна посмотрела на Хара с самым несчастным видом.

— Не скучаешь по Кэйпдору? — спросил он меня.

Не скучаю ли я? Разумеется, я скучаю. Даже по своей идиотской казенной форме, которую выдавали под отчет. По своему желанию стать лиабиологом. И по тому, как мы вместе с Кьяной готовили курсовую по лиархам и въерхам. По легендам, которые оказались вовсе не легендами, но я ничего этого не могу сказать, потому что я вроде как ушла сама.

— Немного.

— Я тоже, — искренне произнесла Кьяна. — Даже, пожалуй, много. Помнишь, как мы вместе копались в архивах?

Такое забудешь. После этих архивов меня забирал Лайтнер, и мы вместе сидели в кафе.

Я обещала себе не думать об этом, но не думать оказалось сложнее. Потому что Лайтнер сидел прямо передо мной, и потому что Лира от него просто не отлипала.

— Да, это было круто.

Хар посмотрел на пустые бокалы:

— Кому еще какой коктейль?

— Мне «Полночное солнце», — отозвалась Лира.

— Мне ничего, — Кьяна подняла руки вверх.

— Мне то, что было у Кьяны в прошлый раз.

То, что было у Кьяны в прошлый раз, оказалось не менее вкусным, чем «Оранжевый закат». Разве что не таким цветным.