Грани безумия - Олеля Баянъ

— Как тут не придёшь, — я стала обходить ее слева, внимательно рассматривая собеседницу. — Когда каждый день меня преследуют невидимые объятия.

Назвавшая себя моей сестрой была неказисто одета. Старый, местами потёртый тулуп. Поношенные сапоги выглядывали из-под коротковатого подола, на край которого нашита полоска ткани другого цвета, чтобы скрыть его обтрёпанность. Шарф и головной убор отсутствовали. Приглядевшись, заметила чуть резче очерченные скулы, которые говорили о недостатке питания или его нерегулярности.

— Вот видишь, — девушка развернулась ко мне, на её лице расцвела улыбка. — Это говорит о том, что мы с тобою одной крови.

— У моего отца не было детей, кроме меня, — охладила я ее пыл.

— А у нашей матери был, — не осталась в долгу незнакомка. — Ты же не знаешь, кем она была?

— С чего ты взяла? — спросила я насмешливо.

Хотя мне было очень интересно узнать об этом, но я постаралась скрыть свое любопытство. Нельзя врагам показывать свою слабость.

— Иначе бы ты знала, что это моя душа обнимала твою, — к концу фразы голос девушки сорвался, а из её глаз потекли слезы. — Прости, — поторопилась она стереть стекающую по щекам влагу. — Не нужно было приходить сюда и беспокоить тебя. Я больше не потревожу вас, — отворачиваясь, заверила меня собеседница, уже не скрывая своих всхлипов.

А я? Мой слух задело местоимение «вас», а начинающиеся рыдания девушки и пустота, образовавшаяся внутри меня, толкнули сделать то, о чём я никогда в жизни не пожалела. Я подошла и обняла ее.

Девушка подняла на меня свои яркие глаза и с затаённой надеждой заглянула в мои. От этого взгляда защемило в груди. Какой из неё враг с таким открытым взглядом?! И снова появилось ощущение чего-то родного. Я немного ослабила объятия, потому что в моих руках она выглядела слишком хрупкой. Маленькой. Я вдруг испугалась, что раздавлю её в объятьях.

— Давай начнем сначала, — прошептала я. — Среда, в которой я росла, не благоприятствовала доверию первому встречному, — шмыгнув в последний раз, девушка согласно кивнула. — Тогда, — улыбаясь, я отступила от нее на пару шагов. — Меня зовут Анрика.

— Знаю, — робко ответила она. — А меня — Зарина.

Мы обе замолчали, не зная, как продолжить разговор дальше. Внезапно сестра с жалостью взглянула на заходящее солнце, а потом посмотрела на меня.

— Извини, — проронила Зарина. — Мне пора.

— Хорошо, — я расслышала нотки разочарования в своём голосе.

— Можно мне прийти завтра? — несмело спросила она. — Ненадолго, — взволнованно добавила девушка, наверное, боясь отказа.

— Можно, — разрешила я.

Зарина помялась ещё немного, прежде чем произнесла:

— Велигора не будет еще целую неделю, — она отвела взгляд.

— Откуда узнала? — мой вопрос не хуже хлыста ударил её, и новообретённая сестра вздрогнула.

— У них проблемы на границе, — Зарина снова посмотрела мне в глаза. — Просто в этот раз больше монстров перешло границу, и они успели разбежаться по бОльшей территории. Это обычное дело для драконидов.

— Ты хотела что-то спросить? — напомнила я ей.

Неспроста она рассказала про это.

— Полетишь со мной? — выпалила Зарина.

— Полетишь? — озадаченно повторила я. — Как? — осмотревшись вокруг, я ничего подходящего не нашла.

Ответом мне стал её звонкий смех, вызывающий ответную улыбку. Сестра на мгновение прикрыла глаза, но я успела заметить расширившийся зрачок, заполнивший весь глаз. В следующую секунду мне стали видны светящиеся солнечным светом ленты, которые складывались вокруг девушки. Мои глаза заслезились от яркости, и я их закрыла.

Когда сияние исчезло, передо мной предстала улыбающаяся Зарина. Я взглянула на неё, да так и обмерла. Из-за её спины выходили крылья, источавшие мерное золотистое сияние вокруг себя. Каждое крыло достигало в длину не меньше трех метров. Девушка легонько их встряхнула, и у ног ее образовалась маленькая снежная пурга. Я отступила на шаг. Сестра лишь загадочно улыбнулась.

— Ну, так как? — протянула она мне свою левую руку. — Полетишь со мной?

Я перевела свой зачарованный взгляд с её прекрасных крыльев на её раскрытую ладонью кверху руку. И в этот момент забыла про всё. Меня впервые звали с собой. Звала с собой сестра. Всё так же завороженная я осторожно вложила свою руку в её. Она ободряюще сжала мою ладонь и … взмыла ввысь, унося меня за собой. Поднявшись над высоченными соснами, Зарина отпустила мою руку, чтобы в следующее мгновение подхватить меня под мышки и прижать к своей груди.

Признаться, я сначала обругала себя за доверчивость, но, когда меня сильнее прижали к себе и вновь появившееся чувство тепла, я расслабилась и отдалась этому волшебному ощущению полета.

Холодный ветер бил в лицо. Размеренные взмахи мощных крыльев. Дыхание родного человека. И чарующий мир белого снега, окутавшего лес. Я не могла поверить в то, что это происходит со мной. От красоты, простиравшейся под нами, у меня дух захватывало.

Летели мы долго, пару часов не меньше, но я не замёрзла. Присмотревшись еще в начале нашего полета, обнаружила прозрачную сияющую сферу, внутри которой находились мы с сестрой. Именно эта оболочка не пропускала леденящий холод.

За время нашего полёта мы успели даже немного подурачиться. Просто Зарина начала выделывать в воздухе всевозможные финты, а я с непривычки, когда земля вдруг меняется с небом местами, верещала так, что уши закладывало. Немного погодя я привыкла, и уже сама просила, чтобы сестра повторила тот или иной маневр. И она, заливисто смеясь, выполняла каждую мою просьбу.

На место мы прибыли, когда уже стемнело и на небе зажглись мириады блестящих звездочек. Из наших ртов валил пар. Не сразу мы зашли в её домик. Сначала мы поиграли в снежки. Заодно и размялись после длинного перелёта. Заметив, что руки сестры совсем покраснели от холода, я сказала, что замёрзла. Зарина тут же засуетилась и впустила меня в своё жилище.

Мое знакомство с домом сестры началось с … удара затылком о притолоку входной двери. Стоило мне выпрямиться, и нам стало ясно, что домик явно был низковат для меня, потому что я упиралась головой в потолок.

— М-да, — в притворной задумчивости протянула Зарина, когда у самой в глазах бесята прыгали. — Ну и много ж ты, деточка, морковки ела в детстве!

И эта «деточка» в моём исполнении с величайшей осторожностью села на лавку, которая подозрительно затрещала. Мы переглянулись с сестрой и громко засмеялись до слёз. Мне пришлось подняться с лавки, чтобы не развалить её, а девушка тем временем подтащила высокую табуретку. Сравнив комплекцию сестры и предмета мебели, пришла к выводу, что стул держали для гостей.

Пока Зарина гремела тарелками и собирала ужин на стол, у меня появилось время осмотреться в ее доме.

Для начала я отметила, что изба была маленькой. Правильнее её было бы назвать избушкой. Состояло жилище моей сестры всего лишь из одной комнаты. Даже сеней не было. В правом углу рядом с входом стояла небольшая табуретка, на которой стоял таз, а над ним висел рукомойник. Я заметила собранную шторку, закрепленную к потолку и стене, рядом с входной дверью. Ванная? По правой стороне шёл стол, метр на метр, за которым я сейчас сидела, и лавка у окна, которая едва не развалИлась подо мной. В правом дальнем углу стоял небольшой сундук. Скорее всего, в нем лежали её вещи. В дальнем левом углу располагалась кровать, застеленная затёртым покрывалом. Сверху лежала маленькая подушечка. С левой стороны по центру находилась печь, которая и обогревала дом, и служила местом для приготовления пищи, и могла быть сушилкой для фруктов и трав, которые выглядывали сверху. С левого бока печи стояла ещё одна кровать, у же дальней. Слева от дверного проёма стояла бочка с водой, которая сейчас была наполнена наполовину. А в углу находилась вешалка, куда мы повесили вещи при входе в дом.