Связь. Два сердца - Анастасия Панфилова

И главным и единственным объектом в этой головокружительной буре красок было огромное темно-графитовое пятно. Это был прямоугольный камень исполинских размеров. Приглядевшись, я увидела, что его поверхность формирует рельеф. Но камень был недостаточно близко, чтобы разглядеть его детально.

Эрик потянул меня за руку вперед.

С каждым шагом рисунок был все яснее. Это были лица, искусно выточенные в каменной плите. И некоторые из них были мне уже знакомы.

– Мемориал Рождения, – озвучил Эрик, – он хранит память о связи девяти хранителей как одной семьи Астралис. Эта связь символизирует вечную гармонию миров.

– Если ты говоришь, что хранители поддерживают гармонию миров, – задумалась я, – то почему темный хранитель хочет разрушить эту гармонию, он ведь тоже часть их семьи?

Я вспомнила обрывок вчерашнего диалога, услышанного в бессознательном состоянии. Очевидно, что хранитель тьмы имел к нему прямое отношение.

– Среди иномирных ходит легенда, – продолжал рассматривать каменные лица Эрик. – До Соединения Мироздания хранители были детьми. Они жили в другой реальности, на земле Высшей магии. Тогда все девять были дружны. Они знали, что будут хранителями, но не знали, какие миры создаст Высшая магия, и чем они будут управлять.

Я тоже смотрела на лица, пытаясь представить, какими же детьми были хранители миллиарды лет назад. А Эрик продолжал.

– Душа Алистера была светла и чиста. Он больше всех остальных интересовался силами Высшей магии и тем, какое творение родится из этих сил.

Лицо темного властелина было расположено правее всех других. Увековеченное в камне, оно не выражало тех хищных эмоций, которые я видела в реальности. Отчасти свою роль играло и отсутствие черного символа. Он улыбался глазами. Хотя яркая внешность и не позволяла принять его за обычного человека, но сейчас я не видела в каменных глазах зла.

– Шло время, и Высшая магия создала новые миры. Самая первая в свой мир ушла Ева, – Эрик кивнул в сторону женщины, чье лицо было левее всех остальных. Прямые черты лица, заплетенные в дреды волосы и выразительный взгляд говорили о ее внутренней силе. – Она – самая старшая из хранителей, управляет силами самой жизни и Миром Ангелов. Следом за ней – София и Анастасия. С ними ты уже знакома.

Я посмотрела на лица, которые были расположены следом за Евой. София здесь выглядела особенно счастливой, как будто скульптор поймал какой-то сокровенно светлый момент. Даже не верилось, что столь тонкая работа выполнена из камня. Ее лицо озаряла тонкая и изящная улыбка, а волны волос рассыпались, как на ветру.

Потом мой взгляд перешел на Анастасию. Она чем-то была очень сильно похожа на сестру, но я не могла понять, чем. Ее черты были более открытыми и нежными. Портреты девушек были выполнены так искусно, что казались живыми.

– Далее ушли четыре хранителя стихий. Каэлим – воздух, Аден – огонь, Женевьева – вода, и Эверест – камень, – перечислил Эрик имена четырех хранителей, чьи портреты шли друг за другом после Анастасии. Посмотрев на них, я сразу увидела между этой четверкой невероятное сходство. Но оно казалось больше духовным, чем внешним. Каждое из лиц было с яркими чертами, которые здорово характеризовали их стихии. А у Эверест я заметила еще и сходство с хранительницей Жизни, Евой.

– На некоторое время новые миры перестали появляться. Елеазар и Алистер оставались в мире Высшей магии, не зная своего предназначения. И тут произошло великое событие. На Земле появился человек. А вместе с ним и два новых мира. Первый – мир Света. Или как он правильно называется, мир Сохранения Духовной Энергии. Как ты уже знаешь, хранителем этого мира стал Елеазар. И почти сразу после этого появляется последний, самый молодой мир – Мир Темных Душ, хранителем которого был Алистер. Для него это было настоящим ударом.

Эрик вздохнул, переводя дыхание.

– Алистер не мог поверить, что Высшие силы доверили ему власть над тьмой. Власть над проклятыми душами, полными жестокости. Другие хранители ему сочувствовали, но ничего не могли сделать. В то время как души не поддавались Алистеру, не чувствуя его авторитет. Он попытался изменить их, понадеялся, что его судьба состоит в том, чтобы искоренять проклятие и возвращать душам чистоту. Но нет. Его назначение было именно в управлении миром, в котором скопилась жестокость Земли.

Эрик вновь перевел дыхание.

– Алистер решил, что не имеет права идти против Высших сил, ведь умереть он не мог, а значит, должен был навечно повиноваться тьме. Блестящий ум и усердная работа позволили ему создать из черного камня первое и единственное оружие Темной магии. Это был проклятый кинжал, который может прорезать плоть иномирного. К слову, ни одно другое холодное оружие повредить перерожденного человека не может. Этим кинжалом он вырезал себе сердце, в надежде, что, будучи бессердечным, он сможет управлять черными силами. Он не ошибся. Вырезанное сердце окаменело, и Алистер разбил его на осколки. С тех пор он стал Великим Властителем тьмы. Но его душа тоже стала темной, и эта душа вновь возродила идею изменять темные души. Он захотел воскрешать их. Возвращать им человеческие силы, о которых стал мечтать и сам. С тех пор и так жадные до человеческой энергии темные души стали нападать на Абсолютный мир с десятикратной силой.

Теперь я начала рассматривать Алистера еще внимательнее. И только присмотревшись, заметила, что на камне, между лицом Елеазара и его лицом, проходит тонкая трещина.

– Этот камень создал сам Алистер. Он посвятил его своей семье и изобразил всех братьев и сестер до перерождения. В тот вечер, когда он решил вырезать свое сердце, он «отломил» свой портрет от других. Он не хотел быть изъяном среди людей, которых горячо любил и считал идеальными. Пошли, – Эрик встал с травы и потянул меня за руку. Мы обошли статую и оказались у другой ее стороны. Эта сторона была простым гладким прямоугольником. Лишь на той части, которая была отделена трещиной, и на которой, как я уже знала, был Алистер, был выцарапан символ.

– Это язык звезд? – спросила я у Эрика.

Эрик кивнул.

– Он просил у них прощения за то, что собирался сделать.

На несколько секунд повисла тишина. А когда Эрик заговорил, его голос звучал уже совсем по-другому.

– Даже если легенда правдива, с того момента прошло очень, очень много лет. Каким бы Алистер ни был тогда, проклятие изжило в нем человека. Сейчас он помешан на жестокости и власти. В его руках – черный кристалл.

Эрик посмотрел мне в глаза.

– Я не хочу тебя пугать. Но ты должна понимать. Алистер создал его специально для того, чтобы забрать сильнейшую энергию Мироздания. Ему все равно на владельца.

– Он создал кристалл специально, чтобы забрать мою энергию, – сказала я. Это звучало больше как утверждение, нежели как вопрос.

Эрик кивнул, опустив глаза.

– Он ничего тебе не сделает, – твердо сказал он, – обещаю.

Я кивнула и улыбнулась.