Связь. Два сердца - Анастасия Панфилова

Хрустальный звон повторялся в голове снова и снова. Кто-то звал меня по имени, и было непонятно, это эхо повторяет имя в голове или кто-то возвращает меня в реальность столь настойчиво.

– Алиса! – сказал кто-то снова. На этот раз слышно было чуть яснее.

– Ф-Фил… – попыталась выговорить я. Язык не слушался. Сознание то и дело возвращало меня к Темным душам и белому пятну. Эти мысли будто были барьером между мной и реальным миром.

– Елеазар, она может пострадать от кровопотери! – сказал другой обеспокоенный голос.

– Пока она не придет в сознание, мы ничего не сможем сделать.

– Но почему?

– Причина ран таится в ее голове. Ей нужно прийти в себя. Только так ей можно помочь. Что там с нашими ребятами? Они так и не вышли на контакт?

Ответа не последовало.

– Ясно. Будем надеяться, что с ними все хорошо.

– Ф-Фил… – повторила я. С каждым звуком я будто билась головой об лед, пытаясь выбраться из замерзшего озера.

– Что, что? Алиса, я прошу тебя, очнись! С тобой все хорошо! Все пройдет!

Передо мной мелькал размытый силуэт. Только так я поняла, что глаза были открыты. Меня слегка потрясли за плечи, и в чем-то это даже помогло. Картинка стала яснее. Я смогла распознать в силуэте Серафиму. Также стало ясно, что я лежу на траве, а она сидит рядом.

– Где… мы? Это… Долина? – выговорила я.

– Да, да, Алиса. Ты в Долине Звезд. Тебе нужно сосредоточиться на реальности.

Это был Елеазар. Я послушалась и начала вылавливать детали в том, что видела. Получилось не сразу. Но спустя несколько минут я разглядела обеспокоенное выражение лица Серафимы, темно-синее небо и, наконец, сверкающие звезды. Одновременно с этим звуки в голове становились все тише и тише. Я напряглась еще сильнее. Рывок – и я окончательно вынырнула из бреда.

– Ай! – тут же вырвалось у меня. Первым, что я почувствовала, была резкая боль в левой ключице. Секундой позже менее значительные отголоски этой боли стали ощущаться по всему телу.

– Тише, тише, – Серафима погладила меня по голове. – Все будет хорошо. Потерпи немного, пожалуйста, – она повернула голову на сидящего рядом Елеазара, – что нам дальше делать?

– А дальше нужно ждать Эрика. Если я все правильно понимаю, это не ее раны. А значит, заживут они тогда, когда исцелится их обладатель.

– То есть, это Эрик? Это он ранен? – в голосе Серафимы звучал еще больший ужас.

– Серафима, Елеазар… – я говорила медленно. Но не столько по причине плохого самочувствия, сколько потому, что не была уверена, что хочу все им рассказать, – я видела их. Как они сражались.

– Ты видела стражников? Как они? Ты не знаешь, почему мы не можем с ними связаться? – затараторила Серафима. Ее речь спотыкалась от беспокойства.

– Там было очень много Темных душ, – сказала я. – Они окружили их. Поэтому световой сигнал не доходит.

– Но… они же живы? С ними все хорошо? – продолжила она. Я молчала. Я не пыталась отвести взгляда, но и сказать ничего не могла.

– Ты, кажется, говорила что-то про Фила. Когда была без сознания, – голос Серафимы стал тихим.

В этот момент до нас донесся уже знакомый мне звук закрывающегося портала.

– Эрик! – я хотела пошевелиться, но Серафима удержала меня на земле.

– Не шевелись пока, это опасно. Полежи здесь немного, пожалуйста, – она смотрела в сторону звука, вставая с травы.

– Эрик! – крикнула она, направляясь в ту сторону. Елеазар тоже поднялся и отошел.

Но, несмотря на появление стражников, еще несколько минут никто ничего не говорил. Начала Серафима.

– Фил… – прошептала она хриплым голосом.

Снова повисла тишина.

– Другого выхода не было, – одновременно мрачным и виноватым голосом ответил Эрик.

– Мы бы все погибли, – подтвердила его слова Лиза.

Еще на несколько секунд повисла тишина.

В это время я осознала то, что произошло. Фил погиб. Его больше нет. Я не была знакома с ним близко, но была уверена, что он был хорошим человеком. Он был другом моего брата. И я могла познакомиться с ним ближе. У него могли быть тысячелетия жизни впереди. Тысячелетия счастливой жизни.

Но теперь его нет.

Эта осознание вселило в меня ужас. Я впервые осознала, насколько спонтанно человека может не стать.

Из этих мыслей меня вывел голос Серафимы.