Агни-3 - Ульяна Каршева

серьёзно, зачем я нужна в доме дайны Эннис? Ну, посмотрю я на неё… Но ведь я не вижу так, как Никас, а особенно – как Онора! А когда учиться? Если для имеющихся уже магов в этом доме нужен комфортный быт, потому что, несмотря ни на что, они обычные люди, которые могут мёрзнуть, голодать. И порой начинать надо с самого начала – всего лишь затыкать дыры в доме и покупать сытную еду, да ещё снабжать их всех тем, что требует душа. Кто ж знал, что для Оноры для счастья нужны всего три книжищи, для двойняшек – альбомы с красками, а для Кристал – уверенность, что она будет магом!»

Она отнесла посуду со стола на кухню, а на обратном пути к столам её уже сопровождала Кристал – Онора осталась мыть ранее принесённую посуду. Братья остались в гостиной – заниматься пробным отоплением печной системы… Но Аня о них не беспокоилась: не впервые им этим заниматься. Она шла к столовой зале и уносила на себе вопросительный взгляд Оноры, расстроенно думая: «Мне бы кто сказал про полтора года, чтобы я не зацикливалась на том, что будет с Онорой через час!»

Когда в столовой больше не осталось посуды, когда столы были тщательно протёрты, Аня кивнула Оноре:

- Зайди в кабинет. Надо бы поговорить.

Девушка улыбнулась ей и послушно последовала в кабинет. Последним вошёл Никас и закрыл дверь – известный знак для младших, что старшие хотят побеседовать о том, что им, младшим, неинтересно. За стол Аня садиться не стала – это ситуация для тех, кто приезжает для магической работы с образами силы. А совещаться, пусть и редко, между своими – это кресла.

Едва усевшись, Аня и Никас переглянулись. Аня пожала плечами: несмотря на то что брат выглядел спокойным до безучастия, вид поглядывающей на него с удивлением Оноры подсказал, что он всё ещё нервничает. Поэтому Аня и сказала:

- Онора, сегодня приезжал дин Лугус. Помнишь личного лекаря дайны Эннис? Это он и есть. Он сообщил, что дайна Эннис сильно заболела магически. У неё что-то вроде той болезни, которой переболела я после магической отравы. Дин Лугус подозревает, что это какое-то проклятие, и умоляет тебя приехать и посмотреть, можно ли что-то сделать, чтобы избавить дайну Эннис от этой болезни. Если это, конечно, по твоей части, как мага, снимающего именно проклятия. Ехать придётся не одной. Мы с Никасом будем рядом!

Девушка посидела немного в кресле, усваивая информацию, а потом удивлённо взглянула на Никаса.

- Именно из-за этого ты так переживал, Никас? – с сочувствием и со светлой, даже утешающей улыбкой спросила она. – Что мне придётся ехать к этой дайне, которая давно угрожает нашему дому? Что мне придётся слушать её гневные речи? Никас, я не боюсь её! Правда! Я поеду!

- Гневных речей тебе не придётся слушать, - с облегчением, что девушка не так поняла Никаса, объяснила Аня. – Её болезнь вошла в ту… стадию, когда она говорить почти не может. Но ты сама посмотришь, не так ли, Онора? Мы не хотим тебе заранее навязывать своё мнение.

- Конечно, - кивнула девушка и встала с кресла. – Я побежала переодеваться?

- Беги, - усмехнулась Аня. – Мы тоже поедем, а значит – нам тоже переодеваться. Никас, идём? И, Онора последнее: не забудь, что дайна Эннис не знает, что ты ей племянница. Лучше не упоминать об этом, хорошо?

- Хорошо!

За старших в доме решили оставить двойняшек, хотя на весть о том Кристал пренебрежительно фыркнула. Но, наклонившись к ней, Аня предупредила:

- Мальчики могут увлечься рисованием. Так что будь добра, внимательно проследи за Лиссой, чтобы она не учудила чего или не нахулиганила. И ещё не забудь: в кухне, на плите, остался чайник, почти полный и горячий, и ваза с печеньем. Если кому-то захочется чаю, накрой всем прямо в гостиной, как мы обычно делаем.

- Ты так говоришь, будто вы уезжаете надолго, - заметила Кристал, настроенная довольно легкомысленно.

- Мы не знаем, как долго будем в отъезде, - призналась Аня. – Но ещё, на всякий случай, вот что: наверное, Лисса очень быстро захочет спать. Как только уложишь, сходи с собакой (ну, с Красоткой) на улицу погулять, ладно?

- Схожу, - пообещала Кристал, видимо вспомнившая, как летом все бегали с Коаном – собачкой Конгали.

- Будь хозяйкой вместо меня, - напоследок велела Аня.

- Буду, - улыбнулась девочка и убежала к Лиссе, сидевшей на диване и игравшей с щенком, пока Красотка следила за ней с пола.

Одевшись в дорогу, Аня вышла в коридор. Здесь уже стоял только один Никас, с недоумением глядя на дверь в комнату Оноры.

- А где она? – удивилась Аня, ожидавшая, вообще-то, что они вдвоём ждут её.

- Женщины! – развёл руками брат и улыбнулся: - Она не знает, что надеть в дорогу!

Аня пожала плечами и, стукнув в дверь, вошла в комнату. Она-то, зная наперечёт весь пока ещё очень скудный гардероб Оноры, мгновенно поняла, в чём дело. Кроме светлых платьев, приличных для выхода в свет и для лёгких прогулок с Никасом в тёплое время вокруг дома, у девушки и в самом деле мало было вещей, скажем, для деловых выходов. Так что Никас зря улыбался.

- Агни! – бросилась к ней Онора, больше огорчённая отсутствием нужной одежды, чем самой поездкой к страшной дайне Эннис.

- Меньше сидеть в библиотеке надо, - проворчала Аня, внимательно разглядывая девушку, одетую привычно по-домашнему: плотные штаны, блузка и тёплый жилет. – Успела бы навязать или нашить что-то для себя. Ткани у нас есть. Нитки – тоже… Так, Онора. Ты едешь, не переодеваясь, в домашнем. Но под пальто наденешь мой длинный жакет. Он достаточно свободный и прикроет то, что ты одета в обычные вещи. В конце концов, мы едем не на светский приём. – И повернулась к двери, бормоча: - Хорошо ещё, что успели обувь закупить…

Жакет Оноре оказался к лицу, полностью спрятав домашнюю одежду. Потом пришлось закрепить её тёмные косы в деловую причёску, которую Аня подсмотрела у дайны Мадэйлеин. И только затем Онора облачилась в тёмное пальто – тоже когда-то из гардероба Агни. И в тёплую шляпку, которых у Агни было очень много. Вскоре Никас шёл под руку с дамой, одетой не просто деловито, но настолько строго, что и сам