Арагон - Маргарита Кольчугина

Не все люди хорошие, так и не все волшебники хорошие. На что мне магия, если мозгов у меня не хватает ею пользоваться? Реакция у колдуна оказалась то что надо, но с меткостью у него такие же проблемы, как у черного рыцаря с турнира. Поцарапал! Сколько можно мне уже в бинтах ходить? Желание сжечь колдуна возросло с удвоенной силой.

Но от столь маленькой царапины меня резко тряхнуло так, что я согнулась, приложившись об холодную каменную поверхность. Надеясь, что дело в моей чувствительности, а не в проклятом клинке, я прижала руки к ране. Сознание начало сковывать, и мне показалось, что я увидела перед собой свое отражение вместо колдуна. На меня смотрели мои собственные глаза.

«Нехило приложило!» — успела подумать я, прежде чем провалилась в беспамятство.

* * *

Адриан раздраженно вскинул голову, услышав, как стучат в дверь. Он добился от отца лишь одного признания — что в сундуке лежало оружие, способное убивать магических существ. Для этого он и сохранил его. Клинок Роз, как он назывался — за один лишь укол он поражал ядом тело ведьмы или колдуна до тех пор, пока проклятье не доходило до сердца. Кому могло понадобиться красть такое оружие — принц не знал. И потому он уселся за стол, глядя на черный меч — загадку, которую он так и не смог решить. И в тот момент, когда раздался стук в дверь, он раздумывал, почему гробница больше не открывалась — как только он не старался.

Стук настойчиво продолжался.

— Входите, — бросил принц, как можно больше вкладывая в голос раздражение. Чтобы не повадно было.

Увидев вошедшего гостя, который столь настойчиво оббивал руки об дверь, Адриан вскинул брови от удивления. С каких пор Мар научился стучать?

Не успел пройти шок от столь невиданного поступка его Тени, как Мар изящно поклонился. Тут принц начал с сомнением коситься на парнишку, которого словно по ошибке поставили в его защитники. Привидится же такое!

— Вы искали меня, Ваше высочество?

Адриану показалось, что ему послышалось. В голову закрались мысли о том, что Мар что-то совершил ужасное. Как минимум — убил стражника, которого принц отправил следить за своей Тенью, чтобы проверить, чем же тот занимается, когда отлынивает от основной работы.

— Как ты меня назвал? — решил уточнить на всякий случай.

Принц прислонился к спинке стула и внимательно стал разглядывать человека, стоящего перед ним, и чуял неладное.

— Прошу прощения, если обидел вас, — еще раз поклонился подозрительный Мар.

Нет, было что-то определенно не так. Сначала он стучится, вместо того чтобы врываться без спроса, а потом начинает умело кланяться и обращаться как положено? Другой любой принц бы обрадовался, что его слуга научился правильным манерам. Но Адриан с первого дня попросил Мара опустить формальности. И тот делал это с превеликой радостью.

Поэтому, схватив рукоять черного меча, лежавшего на столе перед ним, принц направил клинок в грудь того, кто никак не мог быть его Тенью.

— Кто ты?

Сначала ничего не происходило и Адриан даже засомневался в своих подозрениях. Но вдруг Мар, который не был Маром, рухнул на пол в новом поклоне.

— Пощадите! Что я сделал не так, Ваше высочество? — фальшиво визгнул не-Мар, подметая собой пол.

Тут Адриан уже не раздумывал.

— Стража! — крикнул он и, не опуская меча, обратился к лежащему самозванцу, — Где Мар?

— Вы… хоть знаете, кто он такой?! — визгливо крикнул самозванец, вскакивая с пола. За его спиной открылись двери и вбежали стражники, вопросительно уставившиеся на принца. Увидев свое невыгодное положение, Флавио, как звали сына кузнеца, решил, что раз он умрет — то только захватив с собой еще кого-нибудь.

— Он такой же как я, колдун! Как вы до сих пор не заметили этого, если так поворотливы на глаз! — как его так быстро разгадали, колдун не знал. Быть может, Беатрис права, и принц действительно обладал магией?

Увидев, как принц напрягся от его слов, Флавио продолжил:

— Я скажу где он! Скажу! И вы увидите, что я прав! Колдуны могут исцелять себя, значит он ещё жив! И если он жив — вы поверите мне и пусть он умрет вместе со мной!

— Где он? — холодно раздалось в ответ.

— В старой кузнице, — с готовностью ответил Флавио, скалясь. Морок постепенно начал сходить, возвращая темный цвет его волос. А тот слуга даже не заметил, что во время его разглядываний сын кузнеца творил заклинание!

— Уведите, — кивнул принц страже, которая немедля схватила колдуна, — Отцу я доложу сам.

* * *

Кажется, что от боли я лишь на мгновение прикрыла глаза, и тут же меня разбудило чье-то присутствие. Едва сфокусировав взгляд, я увидела лицо принца. К моему полному удивлению, я обрадовалась, увидев в первую очередь его.

— Адриан! — попыталась я встать, но от движения боль с новой силой сковала меня, и я снова рухнула уже не на каменные плитки, а на мягкую постель. Стоп, но где я нахожусь? Я заозиралась, оглядывая незнакомую мне комнату, но по запаху трав начала догадываться в своих худших опасениях. До лекаря я все-таки дошла! Правда, не своими ногами…

— Вот теперь это точно ты, — отчего-то усмехнулся принц, и встал, собираясь уходить.

Нет, нет. Так дело не пойдет! Нельзя оставлять меня в неведении!

— Что произошло?

— Я спас тебе жизнь, — самоуверенно прозвучал ответ от принца, и я недоуменно хлопнула глазами. И это все, что мне полагалось знать?

Стоило Адриану выйти за дверь, как зашла Алисия с таким серьезным выражением лица, что мне захотелось притвориться как минимум спящей.

— Тебе повезло, что королевского лекаря сейчас здесь нет, и заменяю его я. Иначе ты бы сегодня горела на костре вместе с сыном кузнеца.

— Его приговорили к сожжению? — расстроилась я. Ведь мне так хотелось сжечь его самой!

— Огонь очистит его душу, — взмахнула руками Алисия, присаживаясь рядом, — Он клеветал на тебя принцу.

— Что он ему сказал? — поморщилась я, чувствуя, как Алисия снимает бинты.

— Что ты такой же как он, что ты колдун. Но он не угадал. Есть разительная разница между волшебниками, колдунами, чародеями и магами. В кои-то веки тебе повезло, что ты не можешь исцелять себя.

— Что? — ошарашено спросила я, — Ты знала, кто я?

— Ты — маг, — был мне ответ. Больше ничего говорить тетя не стала, накладывая пахучую мазь на мою рану. Я присмотрелась к женщине, которая была родной сестрой погибшей жены короля. Если задуматься, я так мало о ней знала. Она никогда не приезжала в Оску, и я увидела