Дети Империи - Олег Измеров

Сквер Советский был там, где потом сделали площадь Ленина. Сейчас на этом месте не было никакой площади, с одной стороны стоял невысокий особнячок горсовета в зелени, с другой – зеленый сквер. На месте коробочной гостиницы «Десна» и Дома политпроса красовался пятиэтажный дом, являвший собой смесь классицизма и модерна. Высокий первый этаж его, отданный под магазины, был отделан коричневым рустом; окна на третьем и четвертом этажах были вписаны в группы колонн, оканчивающиеся сверху и снизу удлиненными балконами, окна на пятом этаже были слегка выгнуты поверху пологой дугой, а по краю крыши шла балюстрада. Промежутки между окнами по вертикали были украшены барельефами.

– Дом стахановцев, – пояснила Зина. – Я как-то там была. Виктор, вы не представляете, какие там квартиры шикарные…

«Ну вот и элита, – подумал Виктор. – Интересно, там действительно все стахановцы живут? Впрочем, чего стоит построить один дом на виду, для стахановцев, а другой такой где-нибудь в тихом месте, для руководящей элиты? Вряд ли это чем-то хуже нынешнего положения, когда формально каждый может претендовать на квартиру в элитном доме, а на деле – фиг там, так прямо новая элита и даст рабочему персоналу на этот дом заработать».

– Тут хорошее место для гостиницы, – произнес он. – Центр города и зелень.

– А тут и гостиница есть, только она вон там. – Зина указала на здание за особняком горсовета, прямо на том месте, где в семидесятых вырос девятиэтажный столбик нового здания горисполкома. Здание было облицовано плитами известняка до самого верха, а на углу его возвышалась башенка с колоннами, которую, в свою очередь, венчала круглая стеклянная беседка, похожая на фонарь маяка. – А в доме напротив, там, внизу, художественная галерея. Правда, сегодня в ней выставок нет, а недавно была экспозиция дятьковского хрусталя – вы знаете, он на экспорт идет? Когда снова будет, обязательно сходите.

Дом Советов был весь в строительных лесах. («Реконструируют, – прокомментировала Зина. – Чтобы соответствовал стилю проспекта».) В лесах был и драмтеатр; тут Виктор вспомнил, что до войны он был актовым залом Дома Советов.

– Из актового зала делают театр, – вновь угадывая его мысли, сказала Зина. – А внизу, у Десны, прямо где сейчас рынок, построят цирк. А возле него будет детский парк и место для передвижных зверинцев.

– А рынок куда?

– Рынок будет крытый, построят на углу Красноармейской и Октябрьской. Там и автостанция недалеко. Это же раньше, когда в Брянск ездили на поезде, подъезжали сразу к рынку, а сейчас на трамвае удобнее туда. Там же почти все маршруты идут.

«М-да, в общем, примерно там его и у нас разместили».

И тут в глаза Виктору бросилась вывеска на другой стороне проспекта. Вывеска, знакомая по концу восьмидесятых: «Видеосалон».

«Интересно, это что у них, кассеты со Шварценеггером… то бишь Вайсмюллером, тут крутят?»

– Кстати, а видеосалон – это у вас что?

– Видеосалон? – Зина несколько удивилась детскому, на ее взгляд, вопросу. – Там цветное телевидение, зарубежные фильмы, например, показывают, которые в кино не идут. Разве никогда не были?

– Если честно… Зина, я хотел бы вас сегодня куда-нибудь пригласить, а кафе только молодежное, театр строят, галерея закрыта… а больше я пока тут ничего не знаю. Вы не возражаете, если я вас приглашу в видеосалон?

– Нисколько. По правде, я сама там ни разу не была. Открыли их у нас года три назад, ходят туда почти всегда парами или семьями, пойти одной или с подругой… не знаю, как-то неудобно было. Только давайте вот там перейдем, где светофор, а то оштрафуют.

…Видеосалон оказался небольшим залом с мягкими театральными креслами и экраном, к началу сеанса народ занял почти все места. Сзади стоял большой черный железный шкаф проектора.

– Это его от излучения проекционной лампы так закрывают, – пояснила Зина. – Для безопасности.

– Однако вы неплохой специалист по радиобиологии, – решил сделать комплимент Виктор.

– А я учусь на заочном в Москве. Когда-то имела глупость бросить, не закончив, теперь заново доучиваюсь.

В шкафу тихо зажужжало, как будто раскручивался кулер. Свет начал медленно гаснуть. В динамике раздались аккорды «Москвы советской», старой музыкальной заставки центрального телевидения, но вместо Шаболовской башни показалось циклопическое здание, по архитектуре похожее на сталинские высотки в Москве, только круглое и с огромной статуей наверху. «Дворец Советов, – догадался Виктор. – Значит, здесь они его все-таки построили».

Телевидение действительно оказалось цветным. Конечно, не плазменная панель, но какому-нибудь «Рубину» конца шестидесятых конкуренцию вполне составит. Насколько понял Виктор, была использована система с последовательной передачей цветов; расслоение было видно только при резких движениях. Вначале показали небольшой выпуск последних новостей в виде кинохроники с закадровыми комментариями дикторов; эффектные кадры плавки стали, сочные красные помидоры в тепличном хозяйстве, курьерский паровоз на фоне сопок, подсвеченных закатным солнцем (железнодорожники Приморья добиваются точного соблюдения графика), взлет реактивного истребителя… Дальше последовал небольшой видовой фильм с красотами уральских заповедников и путешествием по горной реке, после чего началась американская комедия «Поющие под дождем», причем не с переводом, как это было принято в салонах времен перестройки, а с субтитрами. Впрочем, это было и к лучшему – едва ли не большую часть ленты составляли музыка и песни. Зина увлеклась действием и с восхищением смотрела на экран – прямо как во времена Виктора подростки смотрели «Кошмар на улице Вязов», «Звездные войны» и «Терминатора». Из видеосалона она вышла под большим впечатлением.