Штрафбат магического мира - Дмитрий Морозов

— Командир, у нас правда есть какой-то шанс? Что-то не очень верится… — Марек, надев поблескивающий браслет на руку, безошибочно отыскал глазами Ируга. Тот задумчиво кусал седой ус.

— Так же, как и всегда — есть, но мало. Сегодня, пожалуй, даже меньше, чем обычно.

— Порядок действий?

— Нас десантируют как можно ближе к порталу. Не дальше сотни шагов, не ближе пятидесяти. В месте, где нет большого скопления людей. Это обычная тактика подобных операций. Впрочем, думаю, ронхарцы нас по-любому перехватят, так что пробиваться будем с боем. Пойдём ежом, на клине — Марек, с молотами Кордовы. Ими, кстати, проще всего разбить подобные артефакты — и уцелеть. Но в любом случае — метать молот не ближе десяти шагов. Откат будет фантастический. Если сделаем всё оперативно — от отката нас браслетики сумеют защитить, однако на большее не рассчитывайте. Дальше выбираемся на восход, там река делает петлю и разливается. Прыгаем в воду и плывем вниз по течению насколько хватит сил. Затем на наш берег. Специально для новобранцев: тех, кто не придёт до завтрашнего утра, записывают в покойники и, для верности, дают установку эмблеме. Думаю у каждого плечо уже заряжено медленной смертью. Если захотите предать — она сработает, захотите сбежать — то же самое. Это же касается и плена, и пыток. Так что по-любому не снижайте темпа. Следующий рассвет вы сможете встретить только тут же, в этом лагере.

Новичок, прибывший вместе с Ладаром, с трудом удерживая дрожь в руках, погладил подаренную ему секиру и робко спросил:

— А где наше место в вашем строю?

— В конце. Мы с вами ещё не сработались, так что прикрывайте нам спины… И старайтесь не отставать!

— Всё! Портал открыт! У вас минута!

На поляне вспыхнул светло-синий овал портала. Воины, приготовив оружие, один за другим исчезали в его дымке — вначале Марек, затем Ируг с Айяром… Последним, вслед за пепельно-белым новичком, шагнул Ладар, приготовив тёмный клинок, и сразу же окунулся в круговерть боя…

Солнце, только-только начавшее подниматься из-за горизонта, было скрыто лесом и небольшими валунами близлежащих холмов. Тёмные фигуры мелькали, поблёскивали рассекающие чужую плоть клинки, отовсюду летели брызги крови. Было страшно: не видно ни чужих, ни своих, и Ладар, вновь почувствовав нацеленные на него стальные жала арбалетов, начал только отражать направленные удары: он панически боялся зацепить кого-то из тех, кому он должен был прикрывать спину.

— Не отставай! — Клин атаки упрямо сдвигался к укромной низинке, в центре которой расцветал тёмно-красным цветом гигантский каменный цветок, озаряющий всё вокруг кровавыми отблесками.

Ладар торопливо двинулся за шумом боя, и внезапно перед ним появилось несколько гибких фигур с копьями. Увидев растерянность новичка, охрана решила оттеснить его и уничтожить. Мелькнул широкий наконечник — и полетел в сторону, встретившись с вставшей на его пути сталью. В их небольшом отряде копий не было, и тёмный меч наконец получил первую кровь сегодняшней ночи. Небольшой клинок, словно живой, сам потянул хозяина по кратчайшей дуге, заканчивающейся у чужого горла, и застыл на несколько мгновений, наслаждаясь вытекающей жизнью. Но сверкнула серебристая молния правой руки, отгоняя особо ретивых, и своевольный мрак вновь стал послушным, исправно перерубая плоть, дерево, металл. Круговерть боя захлестнула, ощетинилась стальными жалами, выстроила дорогу, ведущую к гибели, однако в ней скрывалась тропа теней, и сипал, умеющий идти по ней, закрутился в кровавой бане. Ему удалось пробиться к своим — всё тело ныло, чужая кровь ручьями стекала по одежде, руки норовили выпустить скользкие рукояти мечей, но Ладар остановился только тогда, когда услышал негромкое:

— Рикс! Спокойно, своих порубишь! Твои — те, что сзади. Ещё немного, мы уже почти на месте!

И в этот момент решил действовать маг. Он видел на нападавших защитные чары, оберегающие от чужого воздействия, но до последнего тянул, надеясь на охрану. И лишь когда кристаллу начала угрожать реальная опасность, не выдержал. Зачерпнув побольше голой силы, он сплёл гигантский феербол, способный проломить любую защиту. Позади отряда словно вспыхнуло маленькое солнце — яркое, полное переливающихся внутри его языков пламени и плюющееся огненными искрами, оно быстро надвигалось на растерявшийся отряд.

— Марек, молоты! — успел крикнуть Ируг, прежде чем…

Мир подёрнулся чёрно-белой дымкой и застыл. Свет огненного шара освещал белые лица штрафбатовцев, их противников, внезапно понявших, что ими решили пожертвовать, замершие клинки в руках приготовившегося к броску Марека. До вражеского кристалла осталось шагов пятьдесят, но, глядя на налитую силой фигуру, можно было не сомневаться — докинет! И пульсировал, просясь на свободу, небольшой амулет на груди у Ладара.

Преодолевая ставший плотным воздух, тот с трудом вытащил ракушку — жемчужина в центре её налилась красным и мигала. Времени оставалось в обрез. Развернувшись к шару, он торопливо ментальными струйками скользнул в центр феербола. Структура заклинания была слеплена наспех, творивший явно больше полагался на силу, чем на умение — куда ему было до ювелирной точности магических ловушек аристократов. Впрочем, никто и не ожидал, что на обезвреживание боевого заклинания у кого-то окажется больше времени, чем пара ударов сердца.

Узел. Второй. Оковы заклинания распались, и стихия огня получила свободу. Языки пламени устремились за пределы сферы, в которую были заточены, и встретились с тонкими ментальными нитями. Капля воды, нежная и слабая, способна разрушить гору, если получит необходимое для этого время. Ладар и сам не знал, сколько ему потребовалось, чтобы усмирить яростные порывы огненных лент и сплести их в новый, ничему не угрожающий узел. Лицо горело, словно он долго был на солнце, волосы на руках были опалены, пот градом лил по телу, разъедая воспалённую кожу, но сипал упрямо тянул и тянул нитями своего сознания частицы огненного ада, забываясь, пытался помогать себе руками и даже зубами. Как ни странно, это помогало.

— Ты опять вытворяешь нечто несусветное, перекраивая нити судеб по новой?

Ладар торопливо обернулся и встретился с тёмным взглядом, сверкающим из-под накинутого капюшона.

— Привет, Илис! Я собираюсь на свидание! И делаю соответствующий подарок своей девушке! Вот, держи! — Улыбнувшись, он протянул гибкой фигурке в тёмном плаще огромный огненный цветок, сплетённый из языков пламени.

Гибкая нежная рука, протянувшаяся навстречу цветку, помимо воли дрожала. Тонкие пальцы сомкнулись на огненном стебле — и чернота рванулась вверх, пожирая яростно бьющиеся пряди. Мгновение-другое — и огромный, в рост человека пылающий цветок замер, подёрнувшись белым пеплом. Девушка помедлила, дунула — и тот осыпался, оставив в её руке чёрную как ночь, живую розу.

— Сумасшедший! Ты хоть представляешь себе, сколько законов мироздания ты нарушил, сделав мне этот подарок?

— Основы мироздания нельзя нарушить, Илис. Если тебе кажется, что привычные тебе законы перестали действовать — это не означает конец света, просто вступили в действие иные законы, более высокие.