Танец мертвых девушек - Рэйчел Кейн

Поистине странно.

И все покупатели были вампирами. Здесь вообще их толпилось очень много, больше, чем, по представлениям Клер, обитало в Морганвилле.

Чем дальше она шла, тем страшнее ей становилось. Они смотрели на нее и Еву как на... коров, которых ведут на скотобойню, и Клер чувствовала себя ужасно беззащитной.

«Хочу домой. Клянусь, Господи, если Ты позволишь мне уцелеть, я вернусь к маме и папе. И никогда больше никуда не уеду...» — мысленно молилась она.

Гретхен подвела их к черному мраморному зданию, в верхней части которого блестели золотые буквы, образующие надпись: СОВЕТ СТАРЕЙШИН.

— Не волнуйтесь, — прошептал за спиной Хесс. — С вами все будет в порядке, девушки. Просто сотрудничайте с ними. Если спросят, говорите правду.

Поднимаясь по черным мраморным ступеням, Клер почти ног под собой не чуяла — как это иногда бывает во сне. Однако железная хватка Гретхен была вполне реальной и даже причиняла боль. Ох, не обойтись без синяков...

Ганс открыл большую изящную дверь, и они вошли.

Почему-то меньше всего Клер ожидала увидеть внутри телевизор, но именно он бросился ей в глаза. По круглосуточному новостному каналу в данный момент показывали сцены войны — взрывающиеся бомбы, стреляющие солдаты. И перед ним, сложив на груди руки, стоял Оливер. Сейчас на нем был не хипповатый прикид, как в кафе, а черный костюм в строгом стиле. Седеющие волосы стянуты в конский хвост, на шее галстук. Точнее, шарф со скрепляющей его бриллиантовой булавкой — вероятно, так носили во времена его молодости.

— Кое-что никогда не меняется, — заметил он, глядя на экран. — Люди продолжают убивать друг друга под самыми глупейшими предлогами. И они еще называют нас монстрами!

На последнем слове его взгляд метнулся в сторону Клер, и она вздрогнула. У Оливера были спокойные глаза, но почему-то они пугали даже сильнее, чем льдистые очи Гретхен. Может, дело в том, что Клер еще не избавилась от остатков расположения к нему — несмотря на все, что он сделал.

«Он убил Майкла!» — напомнила она себе.

Ну, почти убил, в общем-то.

— Приветствую. — Оливер кивнул ей и перевел взгляд на ее подругу. — Ева. Нам недостает тебя в кафе.

— О... — Девушка проглотила готовые вырваться слова, и Клер на девяносто девять процентов была уверена, что та хотела сказать: «Отвали!» — Спасибо, — вместо этого произнесла она, демонстрируя поразительное благоразумие.

Если кого по-настоящему шокировало и разозлило превращение Оливера в вампира, то это Еву.

Хозяин кафе пересек большую пустую комнату — если не считать телевизора с выключенным звуком и роскошного толстого красно-коричневого ковра, — открыл двустворчатую дверь и прошел в следующее помещение. Гретхен подтолкнула Клер и Еву вперед. Ковер под ногами приятно пружинил, в воздухе ощущался аромат увядших цветов. Так могут пахнуть розы — огромное множество роз.

Этот запах буквально обрушился на Клер, когда они вошли в большой круглый зал с висящими по всем стенам тяжелыми бархатными занавесями алого цвета и колоннами между ними. Скромная люстра отбрасывала неяркий свет. Ковер такой же, но в этом помещении имелась мебель — расставленные аккуратными рядами кресла с двумя проходами между ними.

Спустя мгновение Клер осознала, что это траурный зал. Гретхен продолжала тащить ее мимо рядов сложенных кресел туда, где перед одной из бархатных занавесей стоял Оливер.

— Сэр, — заговорил Джо Хесс, выходя из-за спин Клер и Евы. — Я детектив Хесс.

— Я вас знаю. — Оливер кивнул.

— Разве при процедуре не должны присутствовать другие?

Напряженность в голосе Хесса подсказала Клер, что если Оливер станет допрашивать их единолично, это может кончиться очень плохо.

— Здесь присутствуют другие, детектив Хесс, — негромко произнес холодный голос из дальнего угла, где мгновение назад никого не было — Клер могла поклясться!

Удивленно открыв рот, она всмотрелась: да, там стояла Амелия, выглядевшая так, словно была вырезана в камне еще до того, как вокруг нее возвели это здание. Ее тесно окружали телохранители (или слуги), числом четверо. Может, их столь обильное количество означает, что Клер и Ева впутались в серьезные неприятности?

— Вот-вот должен подойти и третий, — добавила Амелия и расположилась в кресле с таким видом, словно это золотой трон.

Одетая в черный, как и у Оливера, элегантный замшевый костюм с длинной юбкой и строгой белой блузкой, она скрестила бледные, совершенной формы ноги и сложила на коленях руки.

— Кого мы теперь ждем? — спросил Оливер, который отнюдь не выглядел довольным.

— Ты знаешь законы, даже если предпочитаешь обходить их. Мы ждем мистера Моррелла.

Долго ждать не пришлось: меньше чем через минуту из приемной послышались голоса и звяканье ключей. Клер никогда не видела мужчину, вошедшего в компании двух копов, но узнала одного из сопровождающих: это был Ричард Моррелл, брат Моники. Видимо, дородный лысый мужчина с самодовольным выражением лица — ее отец.

Он же — мэр Морганвилля.

Тоже одетый в костюм — голубой, в тонкую полоску, с широкими лацканами, со слишком длинными брюками и довольно вульгарный, с множеством золотых колец на пальцах, он... улыбался.

— Оливер! — жизнерадостно воскликнул мэр, но едва заметил Амелию с ее эскортом, как улыбка погасла, сменившись выражением гораздо более уважительным, по меньшей мере. — Основатель...

— Мэр. — Она кивнула ему. — Хорошо. Можем начинать.

Гретхен отпустила руку Клер. Кожу закололо — это возобновился ток крови. Клер потерла зажатое место — да, синяка не избежать. Она бросила взгляд на Еву — та делала то же самое и выглядела смертельно испуганной.

Оливер потянул за скрытый шнур, и алая бархатная занавеска отодвинулась.

На мраморной плите лежало тело в окружении расставленных по полу ваз с роскошными кроваво-красными розами. Оно выглядело голубовато-белым, как бы резиновым, и ужасающе, совершенно мертвым. Клер словно накрыло непроницаемое облако, в ушах зазвенело; еще чуть-чуть, и она потеряла бы сознание.

— О бог мой! — прошептала Ева и обеими руками прикрыла рот.

— Это Брендон, — сказала Клер и посмотрела на Оливера. — Это ведь Брендон?

Ей трудно было сопоставить застывшее белое лицо с живым человеком — точнее, вампиром, — которого она так боялась, который угрожал ей, преследовал и чуть не убил ее и Еву...

Оливер кивнул и до груди откинул прикрывающее тело Брендона алое покрывало, обнажив черные раны на шее. Клер ощутила запах горелой плоти, и на этот раз колени у нее подогнулись. Хорошо, детектив Хесс помог устоять.

— Его пытали. — Оливер говорил нейтральным, даже безучастным тоном. — Это продолжалось долго. Кто-то получал от этого огромное удовольствие.