Звёздный Найдёныш - Mary Wolf

— Ты быстро учишься. — сказала Эмма с улыбкой, а через секунду уже осознала немного другую истину. — Быстро… а это значит, что уже завтра я должна буду попрощаться с тобой.

— Ты многое знаешь? Скажи, веру можно изменить?

— Да.

— Как сильно?

— Насколько способностей хватит и внутренних убеждений человека.

— Веру Дэна изменили, не дав ей даже укрепиться. Что ж, я знаю, что делать, раз первая передача успешно пройдена, давай проделаем вторую.

— Последствия.

— Всё будет хорошо. Я в это верю.

Вторая передача была такой же ослепительной, но уже без потерь сознания.

— Тебе не становится плохо от потери энергии?

— Нет, у меня есть моя собственная энергия, данная планетой рода. Мы существуем много тысячелетий, когда-то мы не обладали тем, что сейчас плещется в тебе.

— Но обрели. Как?

— Люди.

— Что?

— Люди были первыми, кто стал нам верным другом, прошёл этапы эволюции и передал свои силы. Добровольно. От своей силы они страдали, не находили покоя и баланса. И по соглашению, они отдали все способности, после чего сами стали пустыми, а мы стали сосудами для их энергии.

— Мы не находили баланса?! Я бы не сказала, что сейчас мы прям в гармонии живём. Получается ты возвращаешь мне ту силу?

— Я возвращаю не чистую, а искажённую энергию, она вся перемешалась и это может тебе навредить.

— Но ты также не можешь рассчитать, что будет, когда наши этапы завершаться! Что ты получишь от меня. Так что в этом рискованном положении у нас есть своя собственная гармония.

— Силы, которые на Земле так редки, вы зовёте шестым чувством или экстрасенсорными способностями, но на самом деле это остатки той энергии. Ничто не исчезает бесследно.

Дракон фыркнул и посмотрел наружу

— Иди к Джеку, вам нужно поговорить. — только Дракон договорил это, как в дверях гаража появился парень.

— Ладно. А где тот, другой?

— Цузус направился к собрату, вместе они прилетят завтра, за мной.

— Эх… спокойной ночи. — Эмма ушла.

— Ты на полпути к завершению, как и я, разница в том, что ты будешь жить, а я нет. — положив белую морду на лапы, он закрыл глаза, погружаясь в сон.

Двадцать третья глава. Наедине с бесконечным

Ночью Эмме было трудно уснуть. Так трудно, что 6784 овцы, пересчитанные ей, сами заснуть успели. Находив пару километров по комнате, она не выдержала и вышла наружу. Тёплое дыхание выходило белой дымкой и растворялось в темноте, вместо фонарей каменных джунглей горели звёзды дикой природы. Девушка села в удобное кресло на веранде и завела свой мысленный монолог, пытаясь понять, что её беспокоит.

— Почему Дэн так поступил? Как он мог подставить Джека, смотреть в мои глаза и врать?

От сильного сжатия кулака, ногти впились в кожу, и Эмма шикнула от боли.

— Почему Гюнтер так уверен в том, что Дракон плохой, если не видел его даже.

Подняв свои уставшие глаза на блестящее небо, Эмма засмотрелась на красоту далёких газовых гигантов.

— И что ещё от нас скрывает этот космос? Мы же про него ничего не знаем. — она была не удовлетворена отсутствием ответов, поэтому пошла варить кофе.

Пряный аромат, нежный вкус и расслабляющий эффект озарили девушку.

— Не знаем его, вот в чём дело! Дэн не успел узнать поближе, а Гюнтер не знал в принципе о реальных вещах. Его представление было искажено, поэтому он такой агрессивный! — приятно радуясь своей маленькой, хотя и банальной победе, Эмма напрягалась, когда почувствовала что-то незнакомое внутри.

Она нахмурилась, пытаясь осознать в чём дело и машинально развернулась к двери, из которой через секунду вышел Джек.

— Ого.

— Ты чего не спишь? И что тебя так удивило?

— Не знаю… я, кажется, почувствовала, что ты идёшь. А спать не могу, мысли мешают.

— Кофе на ночь вредно.

— Ой, кто бы говорил. — подколола Эмма, приглашая друга за стол.

— И что надумала?

Выдохнув поглубже, она рассказала свои мысли, а по ходу додумалась до ещё некоторых моментов. Эта ночь была наполнена размышлениями, догадками и озарениями, которые вылетая из головы, очищали забитую голову девушки.

Двадцать четвертая глава. Благородство не терпит сослагательного наклонения

— Кофе, кофе, кофе!

— Что?

— Кофе убегает!

Джек обернулся к плите и увидел, как непослушный напиток быстро поднимался к краям турки. Вовремя сняв с разгоряченной конфорки ароматного беглеца, удалось избежать катастрофы в начале утра.

— Сегодня последняя передача, волнуешься?

— Не знаю даже. Жизнь лучше не стала от того, что я научилась предугадывать убегающий кофе или внезапно появляющегося тебя.

— И видеть прошлое.

— Да, но не всё! Я бы хотела увидеть детство Гюнтера, чтоб понять причину ненависти к Сидиану. Я бы хотела понять, чем именно он зацепил Дэна, что так отвратил его.

— Будь готова к тому, что многие вещи ты никогда не узнаешь и придётся либо смириться, либо мучиться от незнания.

Эмма не стала ничего возражать на этот счёт, она лишь грустно выдохнула и пошла к Дракону.

— Привет, Сидиан.

— Привет.

— Ты готов к ожесточенной битве, славным подвигам и бесконечной славе? — подбадривая, скандировала девушка.

— Я не умею воевать.

— Я пошутила. Я просто грущу, я готова тебя отпустить, но мне жаль, что ты не сможешь остаться.

— За всё приходится платить.

После этой фразы Эмму пронзило током, и она затаила дыхание, осознавая слова мастера Вэйдуна.

— Не уже ли он с самого начала обо всём знал? — обеспокоенно спросила себя девушка. — Давай покончим с этим. — тихо выдохнула та с раздражением.

Дракон недовольно хлопнул хвостом и начал светиться, скапливая оставшуюся магию внутри него для передачи. После завершения процессии, Сидиан ослепил девушку волной света от хвоста и быстро погас. На пару секунд свет оставался в глазах девушки от чего радужка необычным образом стала ярче, но затем также быстро потухла, как и тело Дракона.

— Пойдём на полянку перед домом. Этот день я хочу провести с вами двумя вместе.

Вытащив Джека под солнце, Эмма устроила мини пикник и притащила его фотик, чтоб сделать фотографии на память.

Это было по-настоящему божественно. И душа в такой компании отдыхала, и счастье летало вместе с благоуханием лета. И с тем, что друзья должны разлучиться Эмма смирилась, но всё же её успокаивало наличие памяти, как в ней, так и на фотике. Но память, хранимая верой — прекраснее памяти хранимой электронно.

* * *

Через несколько часов их идиллию нарушил приехавший Гарольд. Эмма договорилась с ним, чтоб тот побыл с задней части