Звёздный Найдёныш - Mary Wolf

глазами застыл образ, как её жизнь изменилась бы будь Джек чуть быстрее в тот день, когда он решил пойти искать её. Как бы изменилась её жизнь, если его всё же сбила та несчастная машина. Сердце замерло, внутри потерялась мысль, которую она хотела внушить Гюнтеру и только ужас от многоликой судьбы, которая настолько сложно переплетена меж собой, что будь изменён в ней хоть грамм событий, она норовит сплести новый нитевидный узор будущего.

— Вера, прощение и любовь могут изменить жизнь, не убийство, Гюнтер. Что с того, что ты меня лишишь жизни? Найдутся ещё случаи подобных союзов. Не найдутся, так мы сами себя уничтожим, человечество себя погубит само! И я только сейчас поняла почему нашу планету занесли в список недопустимых для помощи! Потому что посмотри КАК ты хочешь помочь! Ты не видишь истины в поделённой тобой информации на хорошее и плохое. Почему мы так стремимся жить либо в безграничных оттенках, либо деля мир только пополам: белое-чёрное, добро-зло? Да потому что в первом случае мы боимся узнать истину и бежим от неё, скрываясь от ответственности за бесконечным, а во-втором случае, отрицаем возможности слияния ситуаций, где нет ни чётко плохого, ни чётко хорошего — безрассудное упрямство, отсутствие всякого мужества. Ты хочешь создать благо для остальных, совершив зло сейчас. Ты безрассуден. А как же мои друзья? Мои родные? Моё будущее? Оно неважно?

— Между спасением всех людей и одной тебя лучше выбрать первое.

— Я устала… Я надеялась, что смогу объяснить тебе, но ты не хочешь понимать.

Дракон внимательно следил за поведением девушки, недовольно взмахивая хвостом, потому что ещё немного и та может рухнуть от переутомления.

— Знаешь что, Гюнтер, надоел ты мне! — в глазах Эммы вспыхнул огонь, стали ярче и искры, которые обвивали Сидиана и её саму. Волосы пушились, приподнимались и бились током.

Гюнтер полез в кобуру за пистолетом, готовясь, как солдат без промедления совершить приказ.

— Ты пытался меня переубедить, перетащив на свою сторону, а я переубедить тебя, перетащив на свою. У нас ничья. — электрический ток застыл на руках девушки и неприятно колол кожу, вызывая желание разодрать место концентрации энергии. — Но эту партию всё равно выиграю я, хотя бы потому, что безумно обожаю переворачивать доску!

Гюнтер наставил пистолет и в этот момент Эмма выставила руку вперёд и с рвущимся от усталости и сухости голосом, рявкнула:

— Забудь!

В этот же момент в глазах мужчины что-то потухло, он всё ещё держал пистолет, но уже не горел желанием как прежде.

— Память — самое дорогое что у нас есть. А пастодóлис фиéра бри, дорогой Гюнтер. (У каждого действия свои последствия.)

Искры, окружавшие девушку, полетели вперёд и с жадностью впились в тело мужчины, сковывая и парализуя.

— Что ты творишь?!

— Забудь! — повторила она и от нескончаемой тяжести в руках и ногах пошатнулась, сваливаясь вниз. Сидиан подставил морду, ловя девушку и помогая ей усесться.

Туман, который заволок мысли и разум девушки выдал картинки её будущего, она видела с кем будет жить, кем станет, куда поедет, чего добьётся и эти знания приносили нескончаемую боль и слёзы.

— Я не должна была это узнать. — Гюнтер попытался подойти, но Эмма, заметив это, слабо махнула в него очередной порцией тока и прошептала.

— Ты забудешь о Драконе, также как и я. Я разрезаю наше время и все знания. Ты забудешь все моменты и забудут те, кому печально ты поведал о Драконьей вере. И я забуду о Драконе и даже о тебе. Ведь нельзя мне знать о том, что скрывается во тьме. Я сотру из головы то, что меня ждёт. Это непреложный мой обет, магией сожжёт.

Закончив говорить, искры выстрелили в мужчину последний раз и тот свалился на землю без сознания, а Эмма повернулась к Сидиану, который смотрел на человека гордясь и сочувствуя.

— Забери магию себе, она жжётся. — прикоснувшись к морде Дракона, девушка еле поднялась и из её рук полился красно-оранжевый свет, ознаменовывая возврат магии прежнему хозяину.

Сзади подъехали Гарольд и Джек, они подняли Гюнтера и усадили его в машину.

— Что происходит? Почему это похоже на…

— На хроники! — воскликнул Гарольд. — Это не прошлое было на фресках, а будущее! Они предрекали передачу Человеком Дракону! Всё это время историю передавали, искажая. — он всплеснул руками и громко рассмеялся.

— Прощай, Сидиан, спасибо, что прилетел ко мне. — прошептала та, сбивчивым от слёз и эмоций голосом.

— Прощай, моя Нерри. (Надежда)

Когда последние остатки магии вышли из девушки, а Дракон вновь засиял, она повалилась на него теряя сознание и облегчено выдыхая.

Ей не пришлось давать устного согласия, его Сидиан получил ещё утром, поэтому завершить эволюцию ритуалом было делом пары секунд.

— Она очнётся и не вспомнит тебя, словно ты никогда не существовал, а она не обретала мечту детства и лучшего друга. — просопел Джек, поднимая девушку.

— Так надо. Ей надо. Больше всего я боялся за её контроль, потому что не мог рассчитать, как повлияет на человека магия, соединяющая время. Я боялся, что она сгорит, потому что энергия это…

— В прямом смысле энергия, я вижу! — усмехнулся Джек. — Она шарахнула его током!

Дракон довольно улыбнулся. С Джеком ему не пришлось даже объясняться, они уже понимали друг друга «без слов». И о пожелании поберечь её и себя, и о пожелании всего наилучшего — всё читалось в глазах двух защитников одной девушки, которая поверила в них обоих, в лучшее, что могло быть в них самих.

В этот день Гарольд позаботился о Гюнтере, вернув его в штаб и забрав при этом все его бумаги о Существе. А Джек уложил Эмму на диване, как в прошлый раз, убрал следы «произошедшего», прибрал гараж и оповестил Харли и Скотта о случившемся и пригласил их в гости, по неведомой ему причине.

* * *

Утро следующего дня было прекрасным. Эмма встала в 12-ом часу дня и ощущала лёгкую боль в мышцах. Благодаря её вчерашнему подвигу, она переписала свою историю, перекроила себя и внушила некоторые идеи. Поэтому встав, её смутило лишь лёгкое головокружение и неяркое отсутствие воспоминаний за вчерашний день.

— Джек? Что вчера было? Ничего не помню… Такое ощущение что я напи…

На столе стояла пустая бутылка из-под вина, стаканы, кусок пиццы и записка.

— Лась.

«Эмма, я скоро буду, мы со Скоттом на рыбалке, Харли на втором этаже, не кричи, у неё болит голова».

— Хорошо мы так. окончание школы отметили. — Эмма решила навестить подругу, которая храпела так, что слышно было уже