Небо примет лучших. Второй шаг - Ирина Сон

Тархан оборвал мои слова коротким мрачным ответом:

– Зато я не дурак.

Я предпочёл сделать вид, что не услышал. Виктор хмыкнул.

– Ну, раз вы остаётесь, тогда советую уйти куда-нибудь к безлюдной окраине и найти заброшенный дом. Пейте только кипячёную воду, мойте руки перед едой, желательно с мыльным корнем… Ну, вы слышали.

Виктор был лекарем и, похоже, знал толк во врачевании, если судить по сосредоточенному Тархану, который только не записывал за ним, когда тот просвещал народ внизу. Я тоже послушно покивал, хоть и не совсем понял, как именно уксус, вино и кипячёная вода отгоняли демона Красной Чумы.

– На этом всё, – закончил Виктор. – Избегайте людных мест. Если что, я буду среди лекарей помогать заболевшим, пока заклинатели ищут этого демона. В общем, пока. Если не откину копыта, свидимся!

На этом добром слове Чёрный Певец распрощался с нами.

– Завтра. Мы уйдём завтра, – сказал я, когда за Виктором закрылась дверь. – Та девушка обещала принести вольную завтра. Заберём – и уйдём.

Тархан опустился на циновку и со стоном закрыл лицо ладонями.

– А если она не придёт?

– Мне бы не хотелось думать над таким поворотом сейчас. Если не придёт, тогда и решим, – сказал я.

Тархан оказался прав. Мы ждали весь день, но госпожа-служанка так и не появилась.

Я понимал почему. Хватило одной ночи, чтобы все постоялые дворы закрылись, рынок обезлюдел, с улиц исчезли дети и гуляющие богачи. Столица вся притихла и затаилась, выжидая демона Красной Чумы. Любой одинокий человек вызывал опаску. А вдруг та старуха не старуха вовсе?

Вечером, когда стало ясно, что девушку ждать бесполезно, мы захотели покинуть двор и найти бесхозный дом где-нибудь на окраине. Но когда мы пришли к хозяину постоялого двора, чтобы оплатить постой и попрощаться, тот разрыдался и начал кланяться:

– Не уходите, досточтимый жрец! Как же мы без вас будем защищаться?

– Не заблуждайтесь. Никакой жрец не сможет уберечь от демона Красной Чумы, – возразил я.

– Лучше уж какая-никакая защита, чем совсем никакой! – выкрикнул хозяин, раскланиваясь передо мной. – Можете жить сколько угодно, еда за наш счёт, только не уходите!

Чтобы никто не ушёл и не пришёл, работники закрыли ворота на замок.

Тархан от злости даже зубами заскрипел.

– Может, это к лучшему? Не нужно искать пропитание, ходить лишний раз по городу, искать место… – пробормотал я, когда мы вернулись в комнаты.

Тархан не взглянул – зыркнул, злющий, словно потревоженный призрак, и лёг на своё место. Мои неуверенные слова, не найдя отклика, повисли в воздухе. Я замолчал, вцепился в белоснежные рукава и сел на свою постель.

Я не знал, что делать. Бумаги Унура застряли у господина Шу. Если, конечно, та девушка была из его дома. Дома, в котором нашли красную чуму. Мы сами застряли на постоялом дворе, не имея возможности выйти за ворота. Впрочем, положа руку на сердце, мне не хотелось бродить по столице.

А вот если бы послушался вчера, то не пришлось бы думать ни о какой заразе!

Совесть, и без того неспокойная, вновь подняла голову. Я стиснул зубы.

Да, не подумал. Да, отдал купчую. Да, виноват, что мы задержимся в столице на неопределённый срок, хотя могли бы идти к Унуру и Еши. Да, мы не могли рассказать о целебном источнике заклинателям и кому бы то ни было, но мы могли бы уговорить Унура и Еши помочь столице!

Стоп. Мы всё ещё могли это сделать даже отсюда! Я схватил Тархана за руку:

– Тархан, давай передадим с Кунем письмо Унуру и Еши. Расскажем им о демоне Красной Чумы и попросим прислать целебной воды! Так мы не нарушим клятву, а Унур заработает репутацию спасителя. Уверен, они согласятся помочь!

Тархан ответил тяжёлым вздохом, сомневающимся взглядом, но кивнул. Я написал письмо, не поскупившись на красочные описания всяческих выгод, которые сулила помощь духа целебного источника, и мы вышли во двор, к колодцу постоялого двора. Тархан убедился, что никто из слуг на нас не смотрит, и дунул в свисток.

Тот издал настолько тонкий звук, что я почти не услышал его. Мы с Тарханом посмотрели в тёмную глубину колодца. Вода плескалась далеко внизу, отражая кусок голубого неба.

– Может быть, Куню неудобно? Всё-таки колодец глубокий… – предположил я, склонившись.

Вдруг вода вскипела, поднялась, обдав брызгами, и из пены вынырнула зубастая морда огромного усатого сома.

– Звали, досточтимый жрец, уважаемый ле… а… палач? – запнувшись на звании Тархана, сказал он человеческим, очень знакомым голосом.

– Кунь? – не поверив своим глазам, уточнил я.

Сом поклонился, мотнув усами.

– Именно так, досточтимый жрец. Желаете передать вольную господину Унуру?

– Не совсем. – Я протянул письмо. – Возникли сложности, и мы… Похоже, без помощи Унура и Еши вольную нам не получить так быстро, как хотелось бы. Передай им это письмо и принеси ответ завтра утром.

– Слушаюсь!

Кунь махнул неожиданно длинным языком, письмо исчезло в его зубастой пасти – и бурлящая вода опала в колодец, унеся с собой длинное хвостатое тело. В темной глубине что-то булькнуло в последний раз – и всё стихло.

– Как думаешь, помогут? – спросил я, заглянув вниз и вновь увидев лишь отражение голубого неба.

– Надеюсь, – ответил Тархан.

Мы поужинали, умылись. По просьбе хозяина я нарисовал несколько талисманов и обошел с молитвой двор.

Когда на столицу опустилась ночь, а мы уже подготовились ко сну, в ворота постоялого двора громко постучали. Из приоткрытого окна я отлично расслышал, как одна из работниц от неожиданности разбила кувшин и испуганно спросила:

– Кто там?

Ей неразборчиво ответили. Служанка переспросила и, услышав ответ, побежала к хозяину. Тот примчался, выслушал неведомого визитера и велел впустить пришедших. Когда ворота заскрипели, открываясь, я подошёл к окну и напрягся.

Во двор зашли два жреца. Зелёные одежды, длинные косы, священные мухогонки, знаки на поясах, которые я не мог точно рассмотреть в свете луны и бумажных фонарей – всё как полагается.

– Мы слышали, здесь остановился странствующий жрец, – сказал один из них. Судя по золотым отблескам на одежде и украшениям, вплетённым в косу – главный. – Мы хотим его видеть.

У меня перехватило дыхание. Они узнали! Они пришли за мной! Сейчас схватят – и всё, всю столицу облетит новость, что под маской уважаемого жреца пришел сын предателя, про которого не слышал лишь глухой. Меня опозорят, запрут, и я умру, так и не дойдя до своих земель, не узнав правды, не освободив Унура и… Демоны, да, мне хотелось очистить имя и своего рода! Но всё. Не успею. Больше нет.

Выскочить