Ренегат. Империя Зла - Александр Шакилов

Похоже, у союзника в голове чуток прояснилось. По крайней мере перестал щипать себя.

– Не помню ничего. – Маршал пожал плечами, как делал обычно по поводу и без. На этот раз получилось виновато. – А ты, значит, следил за мной, да? С самого начала?

Тарсус равнодушно кивнул. Молодец. Эдак, пошевелив контуженными мозгами, сообразит, что начальство велело всячески потакать его порывам. И коль захотел мальчонка улизнуть от сопровождающего, пусть себе побалуется, а мы посмотрим – таков был приказ. Пока непонятно, удалась ли затея, но пошумел Маршал в гостях у Бадоева знатно. А вот до чего он никак не сумеет додуматься – это что в подземелье на коммуникатор пришло сообщение: готовится облава, срочно уходить. На жалкое «подполье» было плевать, а вот Мамонтенка терять не хотелось, потому Тарсус и предупредил его, чтобы быстрее делал искусственные ноги. Откуда начальство узнало об облаве? Верняк – есть стукач в Министерстве внутренних дел.

Из соседней комнаты, такой же громадной, как спальня, а то и больше, послышался лай.

– Собака? – Маршал приподнялся на локтях. – Кажется, я знаю, где мы. То-то все знакомо, будто был уже здесь. Это квартира Сидоровича, министра здравоохранения. Он и его супруга… они друзья моих родителей… – Маршал замолчал, скривился, потом продолжил: – Попросили за собакой присмотреть, пока в отпуске, ключ дали. Их дом недалеко от небоскреба, где живут Бадоевы. – Опять скривился.

– Больно?

Маршал кивнул.

– Да ладно тебе, симулировать хватит уже. Раны твои – ерунда. В ноге самая серьезная дырка, да и то пуля навылет прошла, я перевязал уже. Но «подвеску» искорежило знатно, и комбез твой в клочья – компенсаторы приняли на себя основной удар, искусственные мышцы тоже. Короче говоря, ни то, ни другое восстановлению не подлежит. Так что, Маршал, ты счастливчик: отделался гематомами да ушибами, даже костей сломанных нет.

– Да? Отлично. – Отбросив одеяло, он рывком вскочил с постели.

И рухнул обратно из-за жуткой боли в ноге. Иначе чего бы за нее схватился, скорчив гримасу страдальца? Но все равно встал – на сей раз не так быстро. По багровому лицу струился пот.

– Я должен освободить отца. Теперь я знаю, где его держат.

Ясно. Он вспомнил-таки все, что случилось накануне. Мешанина из разрозненных осколков превратилась в витраж: крыша небоскреба, красавица Лали, ее откровения о предательстве папаши-революционера, гибель охранника и прочее в том же духе. Тарсус ведь был рядом, все слышал-видел.

Присосавшись к пакету с соком, он присел на край кровати.

– Допустим, Маршал, тебе удастся освободить бывшего министра Жукова. А дальше что?

– Ну, дальше-то просто. Мы сдадимся милиции, проведут расследование, виновных накажут…

– Точно. С вас и начнут наказывать: расстреляют раньше, чем рот откроете. На крыше перед охраной Бадоева мало руки задирал? Еще пару дырок надо, чтобы понял наконец: это не ошибка, ты вне закона со своим папашей-заговорщиком? И ты убил человека. Те, кто устроил на тебя охоту, теперь точно знают: Иван Жуков – опасный преступник, а не мальчик, которого запросто можно списать со счетов. Ты, Маршал, – враг народа, враг режима, хочешь ты этого или нет.

Тарсус уверен в сказанном на все сто, он ничуть не лукавит. И Маршал это знает, но удержаться выше его сил:

– Да, убил. Но я защищал свою жизнь и жизнь девушки…

– Гурген Аланович пожмет тебе руку и спасибо скажет.

– Я и отец, мы уедем из Москвы, затеряемся в глубинке. Союз, в конце концов, большая страна!

Тарсус хмыкнул:

– Ты что, не в курсе?

– В курсе чего? Что ты псих? Это ясно каждому, кто тебя хоть раз видел.

– Зато ты у нас умник. А только не знаешь, что за МКАД нет ничего, кроме трудовых лагерей и радиоактивных пустошей. – Тарсус со злорадством заметил, как изменилось лицо собеседника – помрачнело, лоб наморщился, взгляд стал угрюмым, недоверчивым и в то же время испуганным. Ясно, что слова Тарсуса он счел бредовой – дичайшей! – фантазией, но зерно сомнения уже посеяно в благодатную почву. Абсолютная вера в Председателя и непогрешимость Героев Революции дала трещину. Заметив это, Тарсус невесело осклабился: – Элита и вообще союзники живут только здесь, в Москве. А снаружи… Туда лучше не попадать.

– Да-да, я уже слышал про радиоактивные пустоши. – Сказано это было с сарказмом, чуть ли не с издевкой. – И кто нам эти пустоши сделал? Кто нас атаковал? Америкашки гнилые? Или китаезы осмелились?

Пристально глядя в голубые глаза, Тарсус покачал головой:

– Ни те, ни другие. Вообще никто извне. Это было частью плана нынешнего руководства страны. Плана по захвату власти. Тебе что, папаша не рассказывал о своих подвигах?

Осторожно, стараясь поменьше тревожить простреленную ногу, Маршал шагнул прочь от кровати. На бинтах – разодранных на полосы рубашках, обнаруженных в шкафу, – выступила кровь.

– Конечно, отец мне рассказывал. И уж точно никаких ядерных ударов не было. Ты б завязывал с наркотиками, а? Я видел учебный фильм…

Тарсус перебил:

– Революция была лишь очередным государственным переворотом. Прежняя власть не могла больше управлять страной. Твой отец и его друзья были молоды, чуть старше нас нынешних. Военные их поддержали и… Кое-где на местах вспыхнули восстания, усилился сепаратизм. Если бы они чуть помедлили, то потеряли бы страну. Они решили, что усмирить несогласных ядерной плеткой – единственный выход. – Он замолчал, заметив, что сынок министра не слушает, смотрит по сторонам.

– Выход – это хорошо, плетка тоже… Где моя одежда?

– Выкинул. Ее неоднократно продырявили, залили кровью, и она попахивала. Кстати, как тебе поездка в мусоровозе? Понравилось? Лучше, чем в лимузине отца?

Заскрежетав зубами, юный союзник сжал кулаки:

– Исключительно из любопытства – твой бред имеет свое очарование – спрошу: а как же приграничные области соседних государств? Там все должно быть заражено…

– Верно мыслишь, Маршал. Соседи оставили эти территории. Боятся там жить. И правильно делают.

Доковыляв до большого шкафа цвета яичного желтка, Маршал, чуть помедлив, открыл его и зарылся с головой в шмотье. Вынырнув оттуда, он снисходительно посмотрел на Тарсуса и покачал головой:

– Неужели ты не понимаешь, что все это – бред? Этого просто не может быть!

Едва не подавившись иммуностимуляторами и разноцветными мультивитаминами, конфискованными из аптечного ящика в ванной, Тарсус неожиданно для себя вспылил:

– Да что ты знаешь вообще?! Ты бывал за пределами Москвы?!

Маршал натянул на себя футболку размера на три больше, чем надо.

– Конечно. В отличие от тех, кто торчит безвылазно в подземелье, мы каждый год отдыхаем в Крыму.

– Где-где?! От полуострова мало что осталось, его основательно отутюжили водородными бомбами.