Вредное волшебство - Крэйг Шоу Гарднер

«Сказки иногда становятся былью, случаются лично с вами, если, конечно, вы попали в королевство Матушки Гусыни».

«Записки об ученичестве».

Вунтвор. Ученик Эбенезума, величайшего волшебника Западных Королевств (работа над рукописью продолжается)

Жил-был юноша по имени Вунтвор, и было у него двое добрых друзей. Один из них был очень большой, как в длину, так и в ширину, и всюду носил с собой огромную дубинку. Второй, напротив, был мал и тщедушен и большой охотник поговорить о башмаках. Они прекрасно ладили друг с другом, хотя иногда и спорили.

Как-то раз Вунтвор сказал:

— Слыхал я, что в округе рыщет волк.

— Проклятие, — ответил его большой друг, которого звали Хендрик. — Что волноваться по пустякам!

— Правильно, — поддержал его маленький человечек по прозвищу Тэп, — к чему о волках, когда можно поговорить о башмаках?

Вунтвор подумал, что друзья, вероятно, правы. Это был чудесный, солнечный день, а Тэп так увлекательно рассказывал о тонкостях проделывания дырочек для шнурков!

— И все же, — возразил юноша, — нельзя так просто от этого отмахнуться. Надо соблюдать осторожность.

Двое друзей добродушно посмеялись над столь черными подозрениями в столь светлый и ясный день и вернулись к своим обычным разговорам. И никто из троих не знал, что в это время их видит и слышит тот самый волк, о котором говорил Вунтвор.

«Ням-ням, — подумал волк по имени Джеффри, — а вкусные, должно быть, косточки у этих троих! Коротышка, правда, годится только на закуску, зато великана хватит на целую неделю. Что до юноши, он-то настоящий деликатес. Можно приготовить из него соте. Но надо быть осторожным и ни в коем случае не обнаружить себя раньше времени, чтобы не пропал эффект неожиданности».

— Что ж, — наконец сказал Вунтвор, — было очень приятно поболтать с вами часок, а теперь пора и за работу.

— Проклятие, — согласился Хендрик.

— Искать рыщущих по лесу волков? — рассмеялся Тэп.

И двое друзей Вунтвора разошлись в разные стороны, потому что всех их ждали дела. По странному стечению обстоятельств все они в то время были заняты строительством жилья.

«Ага! — подумал Волк. — Вот и славно! „Разделяй и властвуй“ — прекрасная стратегия. Я их переловлю по одному и запасусь едой на несколько недель…»

Но с кого начать? Волк на минуту задумался, но ответ напрашивался сам собой. Перед главным блюдом всегда едят закуски. И Волк отправился за Тэпом. Скоро Джеффри пришел на поляну, где коротышка строил себе дом. Хищник засел в кустах и наблюдал, как Тэп заканчивает строительство.

— Здесь у нас будет башмак, — сказал себе Тэп и водрузил башмак на крышу домика. — А вместо ступенек — десять пар сандалий.

Волк весь извертелся в кустах, чтобы получше рассмотреть произведение коротышки, потому что ничего подобного он в жизни не видел. Сказать, что это куча мала, значило ничего не сказать! Дом состоял из бесчисленных черных и коричневых предметов из самых разных материалов. Волк долго не мог определить, из чего они все-таки сделаны: для глины — слишком темное, для кирпича — слишком гладкое. И вдруг он понял, что дом выстроен из… башмаков. Джеффри Волк был потрясен. Башмаки? Какой же это дом — из башмаков? Напрашивался ответ: плохой! Что вполне благоприятствовало осуществлению пищевых планов Волка. Ведь когда он нападет на Тэпа, у того не будет надежного убежища.

И Волк тихонько вылез из кустов и направился к строителю.

— Здесь башмак, здесь туфля, — напевал Тэп себе под нос, — здесь ботинок, тапка там… Башмаки, башмаки, везде мои любимые башма-ачки… Ты кто?

Тэп наконец увидел Волка. Джеффри улыбнулся своей самой обаятельной улыбкой и даже встал на задние лапы для солидности.

— Здорово, сосед! — сердечно приветствовал он коротышку. — Решил зайти полюбоваться твоим славным домиком.

Человечек просиял:

— Прекрасный дом, не правда ли? Выстроен из самых лучших башмаков.

— Без сомнения! — подтвердил Волк, глядя не на домик, а на его хозяина. Да, теперь он не сомневался: этого малыша можно проглотить за один раз, окунув предварительно в подходящий соус. Если бы только коротышка постоял минутку спокойно!

— Что ты делаешь? — обеспокоенно спросил Тэп.

— Как что! Любуюсь твоим домиком, — с самым невинным видом ответил Волк.

— Да нет же! Вовсе ты не любуешься. Ты здесь рыщешь, вот что! Мой друг Вунтвор предупреждал меня: следует опасаться всякого, кто рыщет. А ты к тому же еще и волк!

И Тэп бросился в домик и захлопнул за собой дверь. Джеффри усмехнулся. Он вовсе не расстроился. Наоборот, эту часть сказки он всегда любил больше всего. Волк прочистил горло и хорошо поставленным голосом потребовал:

— Впусти меня! Поговорить надо!

— Ни за какие шнурки! — ответил Тэп.

Волк широко улыбнулся и пообещал:

— Сейчас как дуну, как плюну — и от твоего домика ничего не останется!

И Джеффри сделал глубокий вдох. Для этого ему потребовалось целых полминуты. Потом, когда его уже распирало от воздуха, выбрал наилучшую позицию, то есть уткнулся мордой в стену домика, и… дунул. Ураган, который вырвался на свободу из волчьего носа, легко разметал хрупкую постройку Тэпа.

— Пряжки и шнурки! — воскликнул человечек. — Что ты наделал?

Джеффри в ответ улыбнулся так широко, что стали видны его длинные, острые клыки, и ответил:

— Просто убрал препятствие, которое мешало мне приступить к наиважнейшему делу — к обеду.

— Нет, ты не посмеешь! — воскликнул Тэп и вдруг пустился в пляс.

И рассыпавшиеся башмаки тоже пустились в пляс вслед за ним, подпрыгивая все выше и выше и, как заметил встревоженный Джеффри, подскакивая все ближе и ближе к нему. Он попятился, но башмаки наступали быстрее, чем он отступал. Они поднялись в воздух и обрушились Волку на голову проливным башмачным дождем. Джеффри повалился на землю и закрыл голову лапами.

Казалось, прошел добрый час, прежде чем башмаки угомонились. Джеффри со стоном выбрался из-под груды обуви. Что-то явно разладилось. Такого в сказке не было. Он снял с носа какой-то отвратительный ботинок и вдохнул наконец чистого воздуха без запаха кожи, но тут же снова затаил дыхание, потому что первое, что он увидел, был… башмак, и башмак гораздо больших размеров, чем все остальные. В нем свободно мог спрятаться человек или волк.

— Да уж, — сказал башмак.