Каятан - Кирилл Довыдовский

1114 г. Термилион. Алеман.

1 день 12-го месяца

Лагерь наполняло все больше слухов: командование нервничало. Все сходилось на том, что поход не за горами.

Я до сих пор не мог понять, каким образом горстка легионеров — пусть и внушительная по размерам — будет гоняться за разрозненными летучими отрядами кочевников, но мое мнение, конечно же, никого не интересовало. Близость военных действий, а в этом уже мало кто сомневался, на нашей жизни отразилась увеличением продолжительности тренировок. Только теперь акцент делался на слаженность командных действий.

Я наивно полагал, что сержант немного ослабит хватку в отношении меня, но это и вправду было наивным. Впрочем, я не возражал. Строго говоря, келото не был магией. Хотя порой в это и трудно было поверить.

— И зачем я все это делал? — спросил я, закончив вкапывать в землю двенадцатый деревянный столб: еще несколько таких же, и мог получиться нехилый бревенчатый домик.

— Для упражнения, — просто ответил Киото, — шесть для тебя и шесть для меня. Сначала я покажу, а затем ты повторишь. Смотри внимательно.

Подняв с земли простой армейский меч, он встал в середину круга из шести бревен. Несколько секунд он стоял неподвижно, а потом… Сначала в опилки превратился первый столб, потом второй. Третий просто переломился надвое. У четвертого взорвалась верхушка, а у пятого только середина. Проткнув насквозь шестое бревно, меч просто застрял в нем.

Как это было сделано, понять было трудно. Сержант наверняка «расправлялся» с каждым из бревен по-разному не просто так, а чтобы намекнуть мне на способ. Просто ударить со всей силы здесь явно было недостаточно. Вряд ли бы меч выдержал больше пары ударов.

— Повтори, — предложил сержант, — с той же последовательностью и с тем же итогом. И, думаю, ты сделаешь это крастой.

Я нахмурился. Краста, как оружие, больше всего напоминала собой копье, но были существенные отличия. Шест из упругого металла длиной два метра, верхние восемьдесят сантиметров которого представляли собой обоюдоострое лезвие шириной в четыре пальца и резко сужающееся к концу. Нижняя часть тоже была заострена, но не в виде меча, а в виде пики. Так внешний вид этого оружия описывал сам сержант.

В общем, хотя и предпочитал меч, я был бы совсем не против попрактиковаться с подобной штукой, — но только если бы она у нас была. То, что мы использовали для тренировок на самом деле, было железной палкой, сплющенной на конце с помощью кувалды и весившей раза в два тяжелее этой самой кувалды. Махать этой штукой было не совсем удобно. Особенно учитывая, что держать красту нужно было обязательно одной рукой.

— В любом бою оружие имеет второстепенное значение. А в таком простом задании от него вообще ничего не зависит.

— А если с первого раза не получится?

— Бревен много.

В том, что бревен действительно много, в течение следующих дней я смог убедиться сполна. Поначалу у меня мало что получалось. Я уже был на многое способен, иногда мне удавалось сломать либо бревно, либо меч — красты хватило не надолго, — но Киото требовал от меня совершенно другого. Причем что-то объяснять мне он явно не собирался, предоставляя мне шанс добиться всего самому. Надо ли говорить, как я был ему благодарен за эту возможность…

В конце концов, мне удалось и это. Это был один из тех фокусов, что делался возможным благодаря глубокому познанию саабат.

— Саабат — слияние тела и духа, — я вспоминал одну из лекций Киото. — Сила мага заключена в энергетическом Ядре, которое находится в самом центре его сущности. Распространяя свои энергетические щупальца по всему организму, оно предназначается для того, чтобы быстро вбирать энергию из мира — и так же быстро выплескивать ее обратно в виде заклинаний. Маг может накапливать энергию внутри себя, но ее никогда не будет больше, чем способно вместить Ядро.