Император и шут - Дэйв Дункан

В прошлом году он не возражал против «Тори». Теперь заважничал и меньше чем на полное имя – Эмторо не соглашается. Шанди это не понравилось – ведь так звали папу. Поэтому они сошлись на Тороге – так звали любимого героя кузена. Правда, книжку, где описывались его подвиги, отобрала тетя Ороси. Наверно, потому, что Торог из книжки вечно; торчал на женской половине, а кузен Торог во всем старательно подражал своему герою. Вот и теперь он хвастливо: рассказывал о разных услугах, которые он оказывал дамам, и – что невероятнее всего – о ласках, которыми дамы одаривали его.

Говорил кузен больше намеками и с таинственным видом; Шанди стало скучно и противно до тошноты. Для мальчика давно уже не было тайной, что именно взрослые делают ночью в постели. С его точки зрения, занятия эти были однообразны и достаточно глупы. Инос дело Торог из книжки – вот у кого была феерическая жизнь!

Кузену минуло тринадцать лет, и поэтому он уверял, что знает жизнь гораздо лучше, чем Шанди. Скорее всего, врал. В этом Шанди убеждали многочисленные прыщи кузена, его раскосые глаза и тонюсенькие ножки. Вряд ли нашлась бы в Империи девочка, которая захотела бы с ним целоваться, даже несмотря на то, что он сын герцога Лисофтского и такой же рослый, как его отец. Конечно, и для Шанди придет время познать радости поцелуев и всего прочего, а пока ему хватало и того, что он сумел подсмотреть в часы, когда предполагалось, что он безмятежно спит.

К своему искреннему изумлению, Шанди обнаружил, что они наедине с кузеном – вокруг вообще ни одного взрослого!

Мальчики были в комнате Торога – кузен как раз заканчивал одеваться. Собственного слуги у него еще не было… У Шанди был! Конечно, свадьба – торжество официальное, и аз вырядиться нужно соответственно, но по крайней мере не в церемониальные тоги! Торжественный наряд устарел всего лишь на сотню лет, а не на пару тысяч. Так что никаких тог!

Торог всей душой рвался обратно в Лисофт, хотя только что приехал в Хаб. Он все время твердил, что пропустит охотничий сезон.

– Почему бы тебе не остаться на мой день рождения? – с надеждой спросил Шанди.

– Нет. Только ты не обижайся. Я здесь не для того, чтобы веселиться, я представляю нашу семью на этой свадьбе. Папа сказал, что, как только торжества закончатся, я могу вернуться, и мне вовсе не хочется пропускать большую охоту на оленей.

– На улице дождь! – Шанди кивнул на окно, по которому хлестали потоки воды. Мальчик наблюдал за извивающимися по стеклу струйками и тоскливо размышлял о том, как это здорово – охота или хотя бы скачка на лошади. Ему хотелось и того и другого, но он даже не был уверен, что получит праздник дня рождения. Разве что угодит маме и Итбену своим примерным поведением на их свадьбе. В конце концов, они, должно быть, будут в хорошем настроении. Потом он стал гадать, знает ли он когонибудь из тех мальчиков, которых пригласят…

– Дома погода что надо! Это в Хабе вечно льет, а в Лисофте – нет.

– Откуда ты знаешь?

– Так сказал папа!

Возразить было нечего, и Шанди отступил перед таким авторитетом, как «папа». Кузен уже справился с костюмом, осталось лишь натянуть чулки.

– А на кого ты, кроме оленей, охотился? – тоскливо спросил Шанди. Список возможной дичи оказался невелик и вскоре иссяк. Пришлось изобретать чтонибудь еще. – А верхом ты каждый день ездишь? – снова попытался поддержать беседу принц.

Изумленный Торог даже про чулки забыл. Кузен был выше Шанди, и, естественно, ноги у него были длиннее, чем принца, но такие же тонкие. Шанди даже немного неловко стало за мизерную толщину икр кузена.

– А ты разве нет? – ахнул Торог…

От одной мысли оказаться в седле после вчерашнего официального церемониала Шанди стало страшно.

– Я никогда… почти никогда не езжу верхом.

– Неужели? – недоверчиво протянул Торог. – Ты что, лошадей боишься?

– Вот еще! Конечно нет!

– Уверен? – Оскорбительное подозрение прочно засело в глазах Торога.

– Абсолютно!..

– Тогда почему нет?

– Со временем туго, – как можно с большим равнодушием – пожал плечами Шанди. – Слишком много официальных церемоний. Зато теперь, когда наконецто дедушкин день рождения окончился, – радостно воскликнул Шанди, – с оффициальными церемониями тоже покончено и свободного времени у меня будет побольше.

– Что ты делаешь на этих цере… сборищах? – спросил Торог, засовывая ноги в башмаки, даже не расстегнув серебряные пряжки.

– Стою рядом с троном. Просто стою.

«И “ерзаю”. Всегда “ерзаю”. Сколько бы ни старался не “ерзать”, все равно не получается. Но свадьба – не протокольный церемониал, а семейное торжество. Так что порки сегодня не будет. Очень надеюсь, что не будет». Это Шанди не рискнул произнести.

– Шанди, – воровато оглядев пустую комнату, спросил Торог, – дедушка теперь говорит хоть чтонибудь?

– Нет, – качнул головой Шанди. – Неделями молчит. А что?

– Мама просила тебя спросить. Никому не скажешь?

– Конечно нет, – снова кивнул головой принц.

– Еще вот что. Когда они собираются объявить регентство?

– В этом месяце. Сначала они со свадьбой хотят покончить. Слушай! А почему мы шепчемся? Обо всем этом весь двор знает.

– Ууу! – Разочарование и удивление, отразившиеся на лице Торога, рассмешили Шанди.

Разговор иссяк както сам собой. Шанди показалось, что теперь самое время попробовать выпытать то, ради чего он пришел к кузену. Эта проблема давно мучила Шанди. Мальчику до смерти хотелось отыскать когонибудь, кто ответил бы ему прямо и без обиняков. В книгах – туманные недомолвки, слова придворного учителя – верх изворотливости. Поэтому Шанди решил рискнуть поинтересоваться у кузена.

– Торог… – глубоко вздохнув, принц выпалил: – Что ты знаешь о половом созревании?

– Все, – гордо выпрямился Торог. – Я, к примеру, в процессе полового созревания. – Он озабоченно крутился перед зеркалом, поправляя галстук.

– Ты имеешь в виду порчу галстука? – расхохотался Шанди.

– Нет, – важно ответил кузен, – я имею в виду пробивающиеся на верхней губе волоски, – и, понизив голос до шепота, с таинственным. видом добавил: – И в других местах тоже…

– Какие такие волоски на губе?

– Такие, – с нажимом произнес Торог. – Папа говорит, раз началось, то все быстро закрутится. А у меня это началось! – Гордость и таинственность распирала Торога.

– Где началось?..

– Внизу.

Наконецто Шанди подобрался к вопросу, который с некоторых пор изводил его:

– Торог, какого они цвета?