Зов Уршада - Виталий Сертаков

— Он обманет тебя, домина. Втайне он мечтает, как изуродует девочку. Любое его слово будет ложью… Что, очко играет, засранец? — ласково спросила нюхач, посасывая пиво.

Кто ей дал пиво — я догадываюсь, но делать этого явно не стоило. Кеа развалилась в корзинке, с удовольствием обливалась вонючим пенистым напитком, рыгала, хрюкала и выдавала один за другим перлы, подслушанные на милицейской волне. Привязанный к решетке мент разглядел нюхача и больше не отрывал от нее взгляда. Кеа здесь на всех производила неизгладимое впечатление. Девочка Юля, кстати, тоже боялась в первый день приближаться к корзине…

— Ты согласен покинуть свой пост и навсегда уехать из города? — задал вопрос Кой-Кой.

— Согласен, отпустите…

— Он врет! — крикнула Юля. — Куда он уедет, у него же доля везде! И в казино, и в стриптизе… Ох, теперь меня точно прибьют!

— Говори, кому ты передавал деньги, отобранные у женщин?

— Никому. А-а-а… никому, никому, клянусь…

Кой-Кой сделал начальнику больно. Потом подумал немножко и превратился в мужчину с портрета. Наш пленник моментально забыл про все свои раны. Я испугалась, что у него раньше времени случится сердечный удар или выпадут глаза.

— Что, думаешь, белочку подхватил? — захихикала Кеа. — Давай, колись, кого еще на бабки кидал! Домина, он врет. Я чую след этих же денег, он платил другим. Но тех, кому он платил, он боится больше, чем тебя. Женщина-гроза, меня начинает это пугать. Ты ведь не можешь посвятить остаток дней корчеванию сорняков…

— Компьютер. — Девочка Юля указала на волшебный светящийся глаз. — Вся информация там.

— Так сломай эту дьявольскую игрушку!

— Из винчестера инфу удалить практически невозможно. — Юля принялась обрывать черные и белые хвосты, торчавшие из горячего тела ком-пью-те-ра. — Его надо сжечь или утопить!

Мне понравилось, что девчонка начала наконец действовать. Но костер из бумаг на столе почти прогорел.

— Говори правду, капитан. Кто еще имеет списки жриц?

— Никто…

— Он безнадежен, — подвела итог Кеа. — Убей его, домина, или он пойдет по нашему следу.

— Они все равно будут нас искать. — У девочки Юли застучали зубы. То ли от холода, то ли она принимала все это слишком близко к сердцу. — Нельзя просто так убить начальника райотдела. Они поднимут на уши всю милицию города…

— Во всех Александриях начальников стражи сменяют каждые два года. — Я взяла Юлю за руку и почти насильно подтащила к ее врагу. — Этот обычай установлен со времен Искандера. Меняют всех, от начальника караула при тюрьме для должников до тетрарха дворцовых покоев, чтобы звон монет не мешал службе. У этого человека звон монет давно усыпил совесть. Возьми нож, девочка. Не так, сверху, крепче!

— Я не смогу… — Она отшатнулась.

— Ты остановишь его сердце одним ударом. — Я безжалостно вернула рукоять ножа в ее потную ладонь. — Как ты можешь сожалеть о том, кто растоптал десятки таких, как ты?

— Не могу…

— Ты же рассказывала мне в машине, что девочек воровали прямо на вокзале, в поездах… а потом за каждую новенькую платили ему. Чтобы никто их не искал.

— Но я никогда…

— Тогда я выпущу этого пса, он пойдет по твоему следу.

Мы вместе замахнулись ножом. Я смотрела капитану в глаза. В последний миг он дрогнул.

— Стой, стойте, погоди. — Он попытался облизнуть разбитые губы. — Я начальству выручку сдаю, полковнику Харину… больше ничего не знаю…

Признаюсь, это оказалось непросто, но сообща мы сделали это.

Мы сделали это.

— Он умер? — заметалась Юля. — Почему он умер? Ведь я к нему даже не прикоснулась!

— Он не умер. — Я трижды выдохнула и взяла капитана за виски, — Кой-Кой, переведи ей. Он думает, что умер. Он проснется и снова станет ребенком. Добрым и искренним. А теперь оставьте меня в покое.

Я вернула его в детство. Свет моргнул и окончательно погас во всем здании. Но это еще не все. Загорелась бумага, которой здесь были обклеены стены, и портьеры на окнах. Когда я, пошатываясь, выбралась наружу, оказалось, что в темноту погрузились и два соседних дома.

— Где? — спросил Кой-Кой, когда мы вышли во двор.

Вначале девочку Юлю стошнило. Потом она устроила костер и кидала туда куски компью-те-ра, а перевертыш примеривал палец к замку зажигания длинной черной машины.

— Недалеко отсюда у берега стоит барк, который никуда не плавает, — проскрипел нюхач. — На нем много женщин и двое мужчин, запачканных в деньгах этой девочки.

— Я туда не пойду! — Юлю затрясло, когда она узнала, куда мы направляемся. — Там эти козлы, которые мне чуть глаз не выбили.

— Происходят удивительные вещи, домина. — Кеа словно рассуждала о посторонних философских предметах. — Я абсолютно уверена, что на прибитом к берегу судне находится человек, в кармане которого хранится часть денег из железного ящика. В то же время я абсолютно уверена, что этот человек проводит сейчас время в компании именно тех мужчин, которые избили нашу новую подругу…

— То есть они заодно? — озадачился Кой-Кой. — Стражники втайне водят дружбу с ворами?

— Сволочи они все потому что, — ощерилась Юля. — Эти ублюдки, они крышуют девчонок из стриптиза, а те сучки сказали, что мы путанили. А мы всего лишь хотели…

— Тихо, замолкни! — У меня от ее писка зазвенело в ушах. — Мы сейчас вместе пойдем туда и уничтожим всех, кто тебя обижал.

В тот миг я не подозревала, с какой гидрой столкнулась.